После дождя
Шрифт:
– Лучше тебе начать говорить!- прохрипел Мрачноглаз, нависая над ним.- Я не собираюсь играть в уговоры в этот раз!
Купер закашлялся на полу.
– Начинай. Рассказывать,- Баэльту искренне не хотелось продолжать, но иного варианта в этот раз он не видел.
Просто очередной грешок на его душу.
– Я ничего не знаю!- Купер попытался подняться, но Баэльт ногой подсёк его руки. Медик со стоном- всхлипом упал.
– Ты думаешь, мне сложно выбить из тебя нужные слова, Купер?- Баэльт склонился
Ему не хотелось применять силу. Ему вообще не хотелось мучать кого бы то ни было.
Но, похоже, в этот раз без этого не обойтись.
Купер поднял взгляд на Баэльта. Маска спала - тонкие губы задрожали, из глаз лились слёзы боли.
– Послушай,- он заговорил мягко и спокойно, пытаясь успокоиться и сам.- Мы можем обойтись без этого. Понимаешь? Просто сядешь и расскажешь мне всё, что знаешь.
Купер судорожно кивнул, всхлипнув.
– Вот и хорошо,- Баэльт отошёл от него на шаг.- Поднимайся. Вот так. Садись и…
Склянка взорвалась брызгами чуть правее головы, и Купер рванулся к двери.
Баэльт бросился на него, прижал к стене, выкрутил руку.
– Ты ведь понимаешь,- злобно выдохнул Баэльт,- что теперь я с тобой говорить не буду?!
Купер, скуля от боли, слабо пытался сопротивляться.
– Я ничего не знаю…
– Тогда зачем пытался сбежать, придурок?
– Испугался!
– Испугался, значит,- Баэльт сильнее выкрутил руку. Алхимик пронзительно завизжал от боли.- Ещё чуть- чуть – и я её сломаю, Купер!
– Прошу… Я не знаю!- захлебнулся визгом медик.
– А так?- плечо хрустнуло, и Купер вздрогнул, втянул в себя воздух – но не смог выдохнуть.
– О, больно, наверняка,- Баэльта тошнило от того, что он делает. Стыд и вина жгли его изнутри, но он продолжал. Так надо.- Будешь говорить?
– Мне нечего говорить!- алхимик уже открыто рыдал.
Баэльт резко бросил его на пол – подальше от двери.
– Это ведь твой занимательный эксперимент, да?- он утёр нос одной рукой, указывая другой на сложные системы алхимических приспособлений.
– Нет,- глаза Купера испуганно расширились, он протянул здоровую руку к Баэльту.- Не надо, нет!
– Я слышал, что за это изыскание тебя могут вернуть в Коллегию. Медицинские свойства вытяжки плакта?
– Нет, умоляю!- он пополз по полу к Баэльту и схватил его за ногу.- Мне нечего сказать!
– Тогда я сломаю всё это просто так,- проклятье, не доводи меня до этого, парень! Я не хочу! Не надо смотреть несчастными глазами – начни говорить!
– Уходите, прошу вас!- по впалым щекам медика покатились слёзы.- Если я скажу что- то, то они убьют меня! И вас! И наши семьи!
– У тебя ведь нет семьи,- холодно заметил Баэльт.- И у меня тоже. Так что на один страх меньше.
– Всех близких, дорогих, знакомых…-
– Начинай.
– Нет, нет…
Юстициар осторожно дотронулся до одной из реторт кончиком пальца.
– Всё ещё нет?
– Прошу, не надо, умоляю!
С разочарованным лицом, Баэльт нарочито медленно начал медленно наклонять реторту. Та протестующе запыхтела.
– Нет! Нет!- взвизгнул Купер, глаза от ужаса выпучились.- Хорошо! Я всё скажу, только не трогайте ничего!- он попытался встать, но лишь вновь упал в кучу свитков.
– Уже значительно лучше, Купер. Значительно лучше,- прошептал Баэльт, запаливая веточку плакта о горелку.- Можешь начинать говорить, я внимательно слушаю. Начнём с имён.
Повисло молчание. Купер утирал слёзы и всхлипывал, Баэльт терпеливо ждал, сев на стол и вдыхая терпкий дым.
Наконец, медик поднял голову. В его раскрасневшихся глазах юстициар увидел помесь страха, обиды и гнева.
– Я не знаю имён.
– Да ну?- юстициар недоверчиво приподнял бровь.- А если я…- он потянулся к инструментам.
– Они заказывали анонимно!- вскрикнул Купер.- Были в масках!
Просто великолепное начало. Лучше и быть не может.
– Ладно,- недовольно проскрипел Баэльт.- Лицо, одежда, голос - всё, что ты запомнил. Мне пригодиться любая информация.
– Маска орла,- Купер опустил взгляд и потерянно всхлипнул.- На них всех были маски орлов. Говорил только один, остальные, кажется, просто громилы.
– Так,- остановил его Баэльт, хмурясь ещё сильнее.- Их было несколько?
– Ко мне каждый раз приходили четверо, и ещё несколько ждало на улице.
«Несколько. Ожидаемо, но всё равно неприятно.»
– Хорошо. Ты у них ничего не спрашивал?
– Они платили столько, что спрашивать не особо хотелось.
– Звучит, сказать по правде, не особо убедительно,- разочарованно выдохнул юстициар и потянулся к колбе с каким- то жидкостью, что стояла под перегонным кубом.
– Но я же говорю!- отчаянно подался вперёд Купер.
– Правду ли?- задумчиво спросил Баэльт, побалтывая жидкостью.
Ему не хотелось причинять вред этому человеку.
Он был принципиален и умён. Холоден и целеустремлён. Да, он преступал закон – но лишь ради выживания.
Он напоминал Баэльту о том, каким он когда- то был.
– Клянусь вам,- затараторил медик.- Клянусь Сестрой! Клянусь бездной! Клянусь всем, что есть! Клянусь прахом матери!
Прахом матери? Да уж. Доказательства так доказательства.
– Ладно,- Баэльт поставил колбу на место.- Платили монетой?
– Нет, чеком банка Тердетти,- медик пристально глядел на юстициара, замерев в ожидании. Так боится, что дело его жизни разрушат.- Счёт был подписан. Рехан лё Шоп.