Посланник
Шрифт:
— Вставай, Са-а-ашка-а-а, — пытался разбудить друга Никита, умываясь над оловянным тазом. Вытерев насухо лицо, он принялся колотить Сашку. Тот, недовольно бурча, поднялся и, видя, что Никита уже одет, тоже стал торопливо одеваться и умываться.
— Я пошел есть, присоединяйся скорей! — крикнул Никита Сашке с порога. На столе хозяйки гордо красовались всевозможные блюда: рыба, сыры, забавные плюшки, молоко, сидр и ароматный кофе.
Сашка с Никитой с удовольствием и на радость добродушным хозяевам уплели почти все. Маленькая дочь хозяев с благоговейным трепетом
Ее щенок, заметив, что хозяйка поглощена своими делами, стал жалобно скулить, требуя внимания к себе. Внезапно Никите вспомнился бал у герцога Голштинского, Эву. То, что произошло потом, вспоминать он не хотел. Все случившееся Никита оправдывал простой мужской потребностью, которая могла заявить о себе в любой неподходящий момент.
Карл, хозяин гостеприимного дома, запряг отдохнувших за ночь лошадей Никиты и Сашки в карету и, пожелав доброго пути, проводил их за ворота своего дома.
К обеду друзья уже сидели перед могилами своих друзей и молча пили водку, поминая про себя боевых товарищей добрым словом. Долго задерживаться они не могли, так как Аксель должен был ждать их в порту. У него были свои обязанности перед купцами, и Никите вовсе не хотелось доставлять ему лишние хлопоты и неудобства своим опозданием.
Сашка в последний раз поцеловал свой нательный крест и повесил его на новую ограду могилы родного брата. Друзья нашли одну женщину, которая за хорошую плату согласилась ухаживать за могилками русских солдат.
Глава 32
В портовой гавани было так много народу, что Никита с Сашкой чуть не разминулись. Потом, решив держаться ближе друг к другу, они добрались до пристани. Голос Акселя обрадовал друзей. Он громко ругался с одним коробейником, а увидев Преонского и Брянцева, забыл о своем собеседнике вовсе.
Последовали взаимные приветствия и дружеские объятия. Коробейник же, который, как оказалось, торговал ценными и дорогими дамскими украшениями, теперь уже добродушно улыбался, уговаривая Акселя купить что-то по цене, которую Аксель сам назовет.
— Ба! Да у тебя есть дама! Почему мы о ней ничего не знаем? — шутливо спросил Сашка.
— Да есть одна, но вы прекрасно ее знаете, — сказал Аксель, рассматривая очаровательное жемчужное колье.
Никита с Сашкой недоуменно переглянулись и вопросительно уставились на него в ожидании ответа.
— Это Каролина, — смеясь сказал Аксель, разочаровав таким простым ответом друзей, уже подумавших о какой-то тайной возлюбленной.
Тут Никита вспомнил, что ему тоже надо привезти подарок Карине. Желательно, чтобы он был дорогим. Он спросил купца, где можно купить настоящие камни, оправленные в золото. Коробейник от удивления открыл рот.
— За деньгами дело не станет! — заверил его Никита, и купец поверил, как только тот показал ему увесистый кошель с золотыми монетами. Коробейник с невиданной резвостью помчался за товаром. Пока корабль загружали, появился и он.
Никита разглядывал одно из прекраснейших творений ювелиров, и в этот момент к нему подошел главный товарный дьяк,
— Никита! Это же прекрасная и бесценная вещь! Уж я-то тебе не посоветую дурного, бери — не пожалеешь! А потом я тебе расскажу, кому раньше принадлежало сие украшение, — тихо сказал дьяк.
Никита быстро рассчитался с коробейником и поднялся на палубу.
— Знаешь, я долго был в Испании и служил при дворе их величеств казначеем. Я видел этот убор на королеве. Потом, как я узнал позже, она подарила его своей внучке, которую, в свою очередь, похитил кто-то. Это история давняя и, наверное, уже забытая, Никита, но вещь ценна не только сама по себе, но и благодаря своей истории, — закончил он.
Обратный путь в Эстляндию прошел, как нельзя лучше. И море, и погода, как будто помня о нелегком прошлом плавании «Святого Петра», сторицей вознаградили путешественников благополучным возвращением.
Карина в ночь перед приездом своего жениха видела очень красивый сон и с самого утра отправилась к своей любимой цыганке Заре.
Та сидела у костра и что-то готовила в закопченном котелке.
— Здравствуй, Зара, — тихо проговорила Карина, еле-еле сдерживая свое радостное состояние.
— А, это ты, красавица, знала я о твоем приходе. Ну что ж, проходи и садись, — сказала Зара. Чуть располневшая старая женщина с черными волосами и голубыми пронзительными глазами давно знала семью Паас. Она многим была обязана им, но и сама была верной помощницей и подругой этой семьи. Ее ценили все: и Милан, и его жена, и две дочери, которые просто души в ней не чаяли. Она многому научила Каролину из того, что сама умела делать. Гадание и заговор, на удивление Зары, легко давались этой упрямой девчонке.
Карина же немного побаивалась Зары, испытывая перед ее словами благоговейный страх и трепет. Ее тонкая натура очень близко воспринимала слова цыганки, и потому она редко приходила к ней.
Зара многое знала о будущей судьбе Карины. Но сегодня она поняла, что не стоит все рассказывать этой хрупкой девушке. На долю Карины выпадет много счастья, но оно быстро сотрется в памяти ее лишениями и невзгодами, которые будут сопутствовать ей в жизни.
Зара поклялась, что последним ее гаданием для Карины станет именно этот день. Потом цыганка навсегда покинет Палдиски.
Ее сон и вправду пророчил Карине счастье.
— Рассказывай, милая, с чем пришла? — спросила Зара, подкидывая в костер побольше дров.
И Карина поведала ей свой прекрасный сон. Но Зара не слушала ее, задумавшись о своем. Ей отчетливо представлялась жизнь Карины.
«Да! Нелегкая жизнь тебя ожидает, милая. Но ничего с этим не поделаешь. Это предначертано нам судьбой и изменить ее мы не в силах».
— Зара, почему ты молчишь? — тихо спросила Карина.
— Я завидую тебе, девочка. Завидую по-хорошему. Счастье тебя ждет. Не сегодня-завтра приедет твой ненаглядный, и узнаешь ты, что значит быть любимой и любить. Судьба случайно вас свела и обвенчала на небесах. И этого уже не изменить.