Посейдон

Бэнкс Анна

Что-то со мной не так. Те двери хорошо съездили мне по голове. Иначе я не отталкивала бы так рьяно Галена. Только не тогда, когда он так просит, когда он склоняется ко мне с этим ароматом.

— Вот видишь, ты принимаешь это на свой счет, хотя здесь нет ничего личного, — шепотом говорю я.

— Для меня это личное, Эмма. Я не знаю тебя хорошо, это правда. Но кое-что я о тебе все же знаю. И хочу узнать больше.

Стакан ледяной воды не охладил бы моих щек.

— Единственное, что ты знаешь обо мне, — так это то, что я угрожаю

жизни окружающих, когда одеваю вьетнамки.

Его явно беспокоит, что я не смотрю ему в глаза и он приподнимает мой подбородок своим пальцем.

— Это не все, что я знаю, — говорит он. — Я знаю твой самый сокровенный секрет.

В этот раз, я не убираю его руки, как тогда на пляже. Электрические разряды в моих ступнях подтверждают, что мы стоим очень близко, практически касаясь пальцами ног.

— У меня нет никаких секретов, — говорю я растерянно.

Он кивает.

— Да я это уже понял. Ты просто сама не знаешь об этом.

— Бессмыслица какая-то, — или я просто не могу сосредоточиться, потому что случайно перевожу взгляд на его губы. Возможно, он и сможет уговорить меня искупаться...

Дверь распахивается, и Гален, хватая меня за руку, тянет за угол. Он продолжает тянуть меня, проходя мимо кабинета всемирной истории.

— И это все? — раздраженно спрашиваю я. — Ты собираешься оставить все, как есть?

Он останавливается перед дверью.

— Это зависит от тебя. Идем со мной на пляж после школы и я расскажу тебе.

Он тянется к дверной ручке, но я хватаю его за руку.

— Скажи мне — зачем? Я уже говорила тебе, что у меня нет секретов. И я не плаваю.

Он усмехается, открывая дверь.

— На пляже можно заняться еще кучей всего другого, помимо плавания, — затем он притягивает меня за руку так близко, что мне кажется, будто он хочет меня поцеловать. Но вместо этого, он шепчет мне на ухо. — Я расскажу тебе, почему у тебя такой цвет глаз.

У меня перехватывает дыхание, когда он нежно кладет руку на мою поясницу и заводит меня в класс. Затем он отпускает меня.

Глава 8

Раздается последний звонок и ученики высыпают из школы, словно тараканы со всех щелей. Автобус с шипением притормаживает невдалеке и младшеклассники устремляются к нему, толкаясь на входе, чтобы занять местечко получше. Школьники заполняют парковку нескончаемым потоком, концентрирующимся особо плотно вокруг Галена и его не-очень-уж-скромной машины. Он прислоняется к багажнику, кивая восхищенным взглядам мальчишек, пожирающих глазами его авто, и решительно избегая встречаться взглядом с девицами, пожирающими глазами уже кое-что другое.

Наплыв учеников создает пробку. Гремящий шум понемногу утихает, как только забитые подростками автомобили выезжают на трассу. Где-то неподалеку Гален слышит, как кто-то на скейте валится на асфальт, и вслед за этим соответствующий возглас боли.

Он оглядывается

на припаркованные поблизости машины. Где она?

Когда Эмма появляется из-за двойных дверей, кажется, что воздух между ними наполняется энергией. Она встречается с ним взглядом. Разочарованный, что она не улыбается, он отталкивается от своего автомобиля и подходит к ней сам, еще до того, как она успевает сделать с десяток шагов.

— Позволь мне взять твою сумку. Ты выглядишь усталой. С тобой все в порядке?

В этот раз Эмма не сопротивляется. Она просто отдает рюкзак и убирает свои белые волосы на одну сторону.

— Просто болит голова. И еще. Ты прокосил целый день занятий, после того, как устроил мне кипиш из-за смены расписания.

Он усмехается.

— Я об этом и не подумал. Просто понял, что ты не сможешь сосредоточиться на уроках, если я останусь. Целый день ты бы доставала меня со своим секретом, а ты и без того пропустила целую кучу занятий.

— Спасибо, папочка, — она закатывает глаза. Когда они подходят к машине, он закидывает ее рюкзак на заднее сидение своего кабриолета.

— Что ты делаешь? — возмущается она.

— Я думал, у нас планы насчет пляжа.

Она скрещивает руки.

— Ты сам настроил планов насчет пляжа. А затем свалил.

В ответ он тоже скрещивает руки.

— Ты дала согласие еще в понедельник. До того, как треснулась головой.

— Ты только это и твердишь.

Не долго думая, он берет ее руку в свою. Глаза Эммы распахиваются от неожиданности, и она так же удивлена, как и он. Что я делаю?

— Ладно, если ты не помнишь, о чем я тебя просил. Прошу тебя сейчас. Не могла бы ты пойти со мной на пляж?

Она выдергивает руку, взглянув на нескольких подростков, проходящих рядом и шепчущихся за желтой папкой.

— Что общего у пляжа с цветом моих глаз? И почему ты носишь контактные линзы?

— Рей.. э-э, моя мама, говорит, что они помогут мне проще вписаться. Она говорит, из-за этого цвета на меня будут обращать слишком много внимания.

Эмма фыркает.

— О, она права. С голубыми глазами ты и правда выглядишь, как все. На самом деле, я и не заметила, что ты тут стоишь.

— Это ранит мои чувства, Эмма, — он усмехается.

Она хихикает.

Он продолжает:

— Я бы подумал о прощении, если бы ты поехала со мной на пляж.

Эмма вздыхает.

— Я не могу пойти с тобой, Гален.

Он проводит по волосам.

— Честно говоря, Эмма, я не уверен, сколько еще отказов смогу принять, — выпаливает он.

По правде говоря, он вообще не помнит, когда бы ему кто-то отказывал, кроме Эммы. Конечно, это могло быть связано с тем, что он из королевской семьи. Или возможно, потому что он не проводит много времени с кем-то из своего рода вообще, не говоря уже о девушках. На самом деле, он не проводит много времени ни с кем, кроме Рейчел. А Рейчел готова отдать ему свое живое сердце, если он попросит.