Поселение
Шрифт:
— Ну что ж, неплохо сработано, я доволен! — вся компания сейчас собралась в мастерской, оценивая внутренне убранство и отделку вездехода — можно теперь на охоту ехать,… хотя на песочке тоже неплохо получается лежать, а-ха-ха-ха. Кстати, Фручо, как продвигаются дела с поиском второго транспорта?
— Я пока этим вплотную не занимался, сам понимаешь — все время ушло на твой «Хозус», но прямо сегодня начну усиленные поиски фургона,… кое-какие наметки в этом вопросе уже есть, но детально в состояние предлагаемых машин я не вникал.
— Хорошо, тогда я пока перегоню машину на площадку возле КПП периметра, а завтра отправлюсь покататься с Ляной по местности — тебя теперь не беру, извини, мест нет… хм.
Пару часов вдвоем с девушкой потратили на восстановление запасов воды и продовольствия на борту «Хозуса», заправку баков и других попутных мелочей — девушка немного
В любом случае договор ею подписан и назад дороги нет — еще на той стадии, когда она его изучала, девушка заметила, что в тексте контракта есть несколько серьезных пунктов, нарушение которых повлечет тяжелые финансовые санкции лично для нее. Например, пункт о неразглашении: указывалось, что Ляна не имеет права вести любые разговоры или передавать другим способом информацию третьим лицам обо всем, что узнает или увидит в процессе действия контракта — а это три года. Или, например, прямой запрет на обсуждение указаний Виктора и собственное мнение во время жизни в саванне — оба этих пункта крепко попахивали авторитаризмом и деспотизмом. Кроме того, ее наниматель установил штраф за нарушение условий договора в размере ста тысяч, что было вдвое больше, чем ее первоначальный долг по ссыльному контракту с миром Гронц. Но с другой стороны, если подумать, то парень в саванне является однозначно авторитетом и профи, и если он скажет — так делать нельзя, значит так делать действительно нельзя, а он опытнее их всех троих в несколько раз. Немного странно было ей читать пункт о неразглашении: ну что там такого в этой саванне может быть, о чем нельзя говорить — тут девушке даже стало немного смешно, но такие моменты она хорошо запомнила и приняла всерьез размер финансового штрафа за длинный язык.
Завтра для нее должны были начаться практические уроки вождения вездехода — базы по наземному транспорту за трое суток Ляна успела изучить, сейчас где-то в голове укладывалась первая база из пакета по медицине, но шло тяжело почему-то — сколько она будет учить «первую помощь» неизвестно. Утром, когда парочка пришла на стоянку, рядом со своим обнаружили еще два вездехода, а экипажи этих двух машин, очевидно, дожидались Виктора, так как заметно оживились, когда увидели их. Сам парень тоже заметил встречающих и заметно напрягся, ожидая каких-то претензий, но обнаружил среди незнакомых людей скупщика из «Вер-медикал» — последний факт его заинтересовал, учитывая, что вся компания не выказывала враждебности и, скорее всего, явно была заинтересована в чем-то, связанном с ним.
— Фран, это что за делегация? — сразу с ходу начал разговор охотник — случайно не первые желающие пойти ко мне на опыты?
— Кхе, ну… в какой-то мере, да — отреагировал корпорант — вчера состоялся обмен мнениями, в том числе по твоему вопросу, можно сказать, что положительно. А эти люди — часть наших охотников,… их мало, но у них есть желание заниматься дальше этим опасным промыслом, и в свете предстоящего соглашения с тобой эти первые добровольцы! Но, как я помню, это все будет не ранее чем через четыре месяца, а именно сейчас у них к тебе деловое предложение — и я вас тут оставляю, не буду мешать, всего хорошего.
— Я вас внимательно слушаю, охотники — суть вашего предложения? — парень приблизительно представлял ход мыслей этой четверки, но решил дать парням высказаться самим.
Короткий разговор с людьми сводился к следующему: Виктор берет их всех с собой на охоту и выступает чем-то вроде прикрытия — слухи о его возможностях уже расползлись среди немногочисленного состава местных трапперов, да и сильно скрывать их парень не стремился, по большому счету — от гронцев пакостей он не ждал. Парни хотели набить свои прицепы сырьем по максимуму и прицеп Виктора тоже, разумеется — по сути,
— На мясо я и так не претендую, парни — высказался охотник в ходе переговоров — а вот по поводу защиты тут сложнее. В случае чего, всех четверых я не успею прикрыть, поэтому предлагаю такой план работы: один экипаж работает с дичью под моим прикрытием, в то время как второй сидит в своем вездеходе и не высовывается. Будем постоянно меняться — в таком же порядке заполняем наши прицепы — и так, пока не забьете объемы. По поводу хищников и сырья с них — тоже делим поровну между тремя командами — каждый второй хищник идет мне.
— Э… а это как? — почесал затылок один из охотников — я не понял: поровну на трех, но каждый второй тебе,… что-то не могу сообразить?
— Не бери в голову, это такая математика — улыбнулся наш герой — поровну, но моя половина просто больше. Не волнуйтесь — как только я забью свои холодильники, все остальное пойдет вам, я не жадный. Еще есть вопросы по тактике?… Если нет, то в путь — я первый, все остальные за мной, не отставать!
— Виктор, а они в курсе, что у тебя холодильников в два раза больше, чем в любом из вездеходов? — хитро улыбнулась девушка, выруливая за ворота периметра — я бы сказала, что твоя половина будет намного больше их общей половины!
— Зачем людей нагружать лишней информацией, если она им ни к чему? — вернул улыбку охотник, устраиваясь в кресле оператора — чем больше знаешь, тем хуже засыпаешь,… но ход твоей мысли мне нравится, думаю, что мы сработаемся с тобой.
Как оказалось, эти четверо действительно были готовы рискнуть, и пошли добровольно на эксперименты к Виктору с целью получение ментальной стойкости — конечно, героями парни себя не считали, и им было страшно, но призрачная возможность стать полноценным охотником на этой планете и перестать ее бояться перевешивала все остальные страхи. Но все это у них еще в перспективе, а прямо сейчас парни хотели полноценно поохотиться, будучи уверенными, что их спины прикроют. В этот раз решили отъехать немного дальше от поселка, поэтому двигались почти пять суток, останавливаясь лишь на ночные привалы. Виктор дважды в день останавливался и вел разведку местности с тем, чтобы найти более-менее пологий подъем на плоскогорье, поскольку в прибрежной зоне океана почти ничего не бегало. Ну а крабы и им подобные организмы, которых время от времени обнаруживали по пути, никого не интересовали, так как морская кухня тут всем давно приелась. Удачным для поисков оказался шестой день монотонного движения — хоть Ляна подменяла Виктора на посту рулевого, но все равно это не добавляло разнообразия.
Так вот, на шестые сутки удалось обнаружить нечто вроде ущелья, которое врезалось в горную гряду на несколько десятков километров вглубь и вширь, немного повышаясь по мере удаления от побережья. Решив, что дальше ехать бессмысленно, свернули и немного углубились в территорию, предварительно через камеру изучив места будущей охоты. Поверхность смахивала чем-то на саванну, но часто попадались небольшие нагромождения камней, скалистые невысокие холмы и прочие возвышенности, затруднявшие осмотр, но не мешавшие движению больших машин. Живности здесь оказалось побольше, чем он встретил в свое время на плато в трех сутках пути от поселения гронцев: тут преобладали копытные, которых Виктор по аналогии отнес к семейству баранов или горных козлов. Как правило, это были животные с кривыми или закрученными назад короткими рогами, с длинной шерстью, свисающей почти до земли, крайне агрессивные и тупые до безобразия. Постоянные разборки между собой, причем, иногда с тяжелыми последствиями для проигравшего, а время от времени эти тупые бараны атаковали вездеходы, принимая их очевидно за какую-то угрозу или еще кого,… а может просто по своей агрессивности и тупости.