Портрет

Ярославна Долина

– Пей, не отравишься, – женщина села на стул рядом с гостьей. Инга глотнула еще и почувствовала, что все ее мышцы начали расслабляться. Стало непривычно легко. Она закрыла глаза и глубоко вздохнула – все на свете отдала бы за то, чтобы стать блаженной дурочкой и не чувствовать больше боли.

– Так лучше, – улыбнулась старушка и, подождав, когда Инга выпьет всю кружку, сказала: – А теперь слушай меня. Ты еще можешь спасти своего Джеррика.

«Ну, точно, старческий маразм», – скептически отметила про себя Инга, ненавидя себя за

крохотную надежду, которая уже загорелась в сердце.

– Не нужно про меня так думать, – лукаво пробормотала старушка.

– Вы позвали меня сюда, чтобы мучить? Вам весело видеть мои страдания? Всем вокруг весело видеть мои страдания!!!

Старуха только покачала головой.

– Ты никогда не замечала ничего странного в своем Джеррике?

Инга не хотела вспоминать о нем, не хотела воскрешать в памяти его мягкие волнистые волосы, зеленые глаза с густыми черными ресницами, его высокую мужественную фигуру. Это причиняло ей невыносимую боль. Девушка только с ненавистью посмотрела на старуху и покачала головой.

– Ну, вспоминай же, – сказала женщина, и в ее голосе неожиданно почувствовалась сдержанная сила.

Вопреки доводам разума, кричащего, что это погубит ее окончательно, Инга вспомнила, как они с Джерриком познакомились в приемной агентства «Гербовая печать». Воображение взорвалось тысячей чувств и эмоций, которые мгновенно снесли защитную стену, которую Инга возводила в своей голове в последние месяцы. Горло сжалось от боли, безмолвный крик захлебнулся в груди. Девушка судорожно вздохнула, изо всех сил сдавила ребра и улыбнулась, увидев перед глазами любимый образ, который старательно прятала в самые темные уголки своей памяти. Джеррик. Болезненно красивый. И глубокая зелена его глаз, и озорные волны его густых волос, и широкие плечи, и твердая грудь, и длинные руки… – все это в одно мгновение возникло перед глазами Инги. А она-то, глупая, думала, что ей удалось хотя бы частично забыть его. В тот день в кафе за углом Джеррик рассказывал ей, как мистика привела его в Челябинскую область. А до этого, в самом начале, она слышала его голос.

– Замечала, – тихо сказала Инга и опустила голову.

– Вот, – победно улыбнулась старушка. – А твой Джеррик никого тебе не напоминал?

– Нет, – сразу ответила Инга. Джеррик был единственным в мире, уникальным. Но память тут же нашла сохранившийся в ее недрах разговор с отцом Джеррика, который рассказывал что-то о портрете рыцаря Регнера.

– Хотя, нет, – неохотно сказала девушка. – Джеррик был сильно похож на своего предка.

– Портрет которого висит в его комнате?

Инга озадаченно кивнула. Старушка серьезно посмотрела на нее.

– А почему Джеррик вдруг задумал возвращать этому рыцарю доброе имя после стольких лет?

– Не знаю… – пробормотала Инга, болезненно перебирая воспоминания. – Он сказал, что еще ему нужен один замок, и он готов за него отдать все, что у него есть.

– Ты никогда не думала, зачем ему понадобился

именно этот замок и почему там, в фирме он выбрал тебя?

Инга посмотрела на старуху потрясенно. Эта женщина, действительно многое знала о ней.

– Нет, – хмуро покачала головой Инга. – Вы говорите загадками.

Незнакомка тяжело вздохнула.

– Понимаешь, – прошептала она. – Портреты всегда обладают очень сильной энергетикой. Они могут даже убивать людей, которых изображают.

По спине побежали мурашки. Разумеется, Инга слышала самую известную историю на эту тему – девушка, с которой Леонардо да Винчи писал Джоконду, умерла еще до того, как портрет был готов, – но никогда на самом деле не верила в подобные сказки. Современный мир, насквозь пропитанный скептицизмом и прагматизмом, научил девушку реально смотреть на вещи.

Старушка многозначительно прищурилась.

– Когда с человека пишут портрет, то вместе с внешней оболочкой личности на холст переносится ее характер, привязанности и, что самое главное, энергетика.

Инга нервно сглотнула, не зная, что и сказать. Какое сейчас все это имело значение?

– Представь теперь, – продолжала между тем старушка, – что происходит, если в это время человек испытывает какие-нибудь сильные чувства. Любовь, например, или ненависть. Разумеется, они пропитают холст насквозь.

Инга никак не могла понять, к чему ей сейчас эта лекция про живопись. Старушка неодобрительно покачала головой.

– Твой средневековый рыцарь, с которого и написан портрет, был страстно влюблен. К тому же… – задумчиво продолжила женщина, – насколько я знаю, портрет его возлюбленной тоже существует. Они были написаны одновременно. Ты можешь себе представить, какой энергетикой обладают эти картины, находясь вместе?

До Инги медленно начало доходить. Где-то существует портрет Элен! И вместе они обладают какой-то потрясающей силой.

– Но почему же их разлучили? – дрожащим голосом спросила она.

Старуха пожала плечами.

– Могу сказать только одно, – серьезно ответила она. – С того самого дня, как портреты расстались друг с другом, все беды и начались.

Инга потрясенно посмотрела на женщину. Так вот, где собака зарыта! Портреты!

– А если эти портреты снова встретятся? – дрожащим голосом спросила девушка.

– Вероятно, все образуется, – пожав плечами, ответила старушка.

– И где же можно их найти?

Женщина лукаво улыбнулась:

– Я думаю, ты лучше меня знаешь это.

14

Инга мчалась к хижине на пределе своих возможностей, не замечая обеспокоенных лиц прохожих. Люди, которых она случайно задевала, бросали вслед проклятия и грозили кулаками, но девушка неслась вперед, тяжело дыша и сбивая руки о стены домов. Нельзя было терять ни минуты. Когда впереди, наконец, появилась крыша знакомой хижины, Инга прибавила скорость, пролетев мимо охранников, вбежала в дом и схватила телефон.