Портрет предателя
Шрифт:
— Туше! — воскликнул наемник и опустил клинок. — Неплохо, совсем неплохо! Смотрю, мои наставления пошли тебе на пользу!
— Это уж точно, — тяжело дыша, ответил Себастьян. — Еще пара занятий, и, думаю, я смогу побить тебя!
— Жду с нетерпением!
Доминика подошла поближе, и оба собеседника повернулись к ней. На лице Себастьяна заиграла лучезарная улыбка. Ветер трепал буйную копну его каштановых волос, а золотисто-карие глаза смотрели ласково и весело. Рядом с ним Доминика чувствовала теплоту и уют. От Зигурда же веяло смутной опасностью, и порой Доминике
— Скилик! Готова? — окликнул ее хейдеронец и швырнул ей шпагу. Она поймала оружие и приготовилась к поединку.
Несколько секунд они легкими шагами двигались друг против друга, примеряясь, совершая ложные выпады и выискивая подходящий момент для удара.
Выпад! Шпаги столкнулись со звонким лязгом. Первые касания клинков короткие, спонтанные, невесомые, затем смелее, резче, чаще. Дыхание сбивается, сердце учащенно бьется. Клинки бешено движутся в разные стороны, сталкиваются и скользят друг по другу с громким скрежетом. Зигурд атакует властно, напористо, уверенно, Доминика едва успевает отражать его удары.
Доминика сделала глубокий выпад, но хейдеронец легко парировал клинок и тут же контратаковал. Она отпрыгнула, но он не отставал от нее ни на шаг. Короткая жесткая схватка, и вот она прижата к стене, а он навис над ней, взяв ее руки в захват и приблизив шпагу к ее горлу. Взгляд Доминики помимо воли жадно забегал по его лицу, подмечая каждую деталь — впервые она видела его так близко. Зигурд безотрывно смотрел на нее, его глаза отражали небо и казались льдисто-голубыми. Она слышала, как он тяжело и прерывисто дышит. Его красиво очерченные губы, наискось пересеченные шрамом, оказались угрожающе близко к ее рту.
Доминика почувствовала, как жар прилил к ее лицу. Она попыталась вырваться, но он удерживал ее прижатой к стене еще несколько секунд, после чего отпустил.
— Держишься хорошо, Скилик, — отметил Зигурд. — Но нужно еще поработать над защитой.
— Уф, — Доминика вытерла лоб рукавом, чувствуя, как дрожат ее колени.
3. Прогулка
— Зигурд нас убьет! — задыхаясь от смеха, прошептала Доминика, когда они с Себастьяном на цыпочках пробирались к воротам замка.
— А он не узнает, — ответил кузен, воровато озираясь по сторонам.
Было темно и тихо, и лишь несмелый сверчок время от времени нарушал тишину. Подростки подошли к будке привратника, и увидели, что тот забылся крепким сном, скрючившись в немыслимой позе, а рядом с ним валяется пустая бутылка из-под вина.
— Похоже, твое зелье сработало, дорогая кузина! — промолвил юноша. — Спит, как убитый.
— Еще бы! Мои идеи всегда срабатывают! — хвастливо заявила Доминика. Ей было чем гордиться, ведь это именно она стащила у маменьки флакон снотворного, подмешала в вино и подменила бутылки, пока кузен отвлекал стражника.
— А вот и ключи! — прошептал Себастьян и снял с гвоздя на стене связку ключей, болтающихся на широком металлическом кольце.
Подростки открыли калитку, прорезанную в
Стояло раннее утро. Солнце еще не показалось из-за горизонта, а лишь расцветило небо на востоке нежно-розовым перламутром. День обещал быть чудесным. Осень еще не пришла в эти края, деревья щеголяли зеленой листвой, и лишь выгоревшая трава на склонах холмов говорила о том, что жаркое лето уже позади. Улицы были свежи и пустынны. По обеим сторонам дороги возвышались кованые ограды, за которыми лежали красивые лужайки, обрамленные цветочными клумбами, фигурно подстриженными кустами и стройными кипарисами, а в глубине виднелись роскошные особняки богатых горожан.
Доминика и Себастьян шли по широкому тротуару, с любопытством озираясь по сторонам. Постепенно дома стали менее богатыми, парки — менее ухоженными, а на мостовой начали кое-где попадаться выбоины. Подростки пересекли канал по широкому каменному мосту и вошли в нижний город.
***
На рыночной площади царил шум и гам. Себастьян и Доминика сидели за столиком уличной харчевни и ели запеченную рыбу с овощами. Девочка вертела в руках кулончик, который кузен купил ей у торговца сувенирами. Это была капелька голубого стекла с заключенной в ней маленькой белой ракушкой.
— Отлично прогулялись, дорогая кузина, — заметил Себастьян, подцепляя вилкой очередной кусок вкусного филе. — Куда пойдем дальше?
— В порт, конечно же! — пробормотала Доминика с набитым ртом. — Смотреть на корабли!
— Представляю, какой переполох поднялся во дворце! — юноша отхлебнул яблочный сидр из высокой кружки. — Как бы Зигурда не наказали из-за нас!
— И поделом ему, — хмыкнула девочка. — Нечего было таскаться за нами по пятам.
— Так он же не по своей воле! — возразил кузен. — Это отец приказал ему охранять нас.
— Ну и зачем? Вот мы сегодня полдня ходили по городу одни, и ничего с нами не случилось.
Доминика откусила хрустящий кусок поджаренного хлеба. М-м-м, как вкусно!
— Говорят, в последнее время в городе стало опаснее, — заметил юноша. — Появилось много уличных банд.
— Что за чушь? Вот если бы дядюшка приказал выгнать всех хейдеронцев из Форталезы, то и не было бы никаких банд!
— Но кто бы тогда на нас работал, дорогая кузина?
— Как кто? Ангалонцы, конечно! Не пришлось бы постоянно слушать эти хейдеронские вопли! Вот как начинает Зигурд орать на своих солдат, так у меня голова от этого раскалывается.