Портрет Post Mortem
Шрифт:
– Да уж…
– Далее пропала девушка и в январе никакого тела мы не нашли. Пропавшая – студентка Оксфорда, Марта Эванс, 19 лет.... В общем, ничего особенного. 14 февраля нашли труп мужчины 66 лет, некий Эдвард Гумбольт, кузнец.... Нашли с выколотым глазом, в глазу торчало шило, такое купить в любом швейном магазине пара пустяков.... Сегодня утром – вот этот юноша – Фредерик Мессер, из семьи учителей, поссорился с родителями вечером 13 числа и ушел из дому. Сегодня в парке нашли с перерезанной сонной артерией. Странно, но парень сидел в какой-то уж больно непринужденной позе,
– Да, система есть, но мне не понятна цель его действий, чего он хочет добиться в итоге?
– Я не знаю, но однажды он ошибется… Однако, ждать мы не имеем права.
– Иначе он так перережет пол-Лондона.
– И вся ответственность лежит на нас. А мы даже предположить не можем, каков его род занятий. Сегодня проверяли врачей.
– Врачей?
– Да, потому что так тонко сонную артерию никто перерезать не смог бы, кроме человека, хорошо разбирающегося в анатомии. При том он ни разу не ошибся....
– Но ведь он сам должен был испачкаться.
– Да, но он, скорее всего, уже давно избавился от своей одежды.
– Да, но в одном ты прав, Стивен, рано или поздно он допустит осечку.... И лучше рано, чем поздно. Может ему нужно какое-то число? Скажем 13?
– 13 жертв?
– Ну да, он же убивает каждый месяц 13 числа.
– Робби, у тебя слишком богатая фантазия.
– Но мы не можем исключать ничего.
– И мы уже проверяем всех врачей города и окрестностей, патрулируем улицы усиленно каждого 13 числа, а результат нулевой!!
– Потому что он хитрее вас. Придется тебе это признать. – Роберт встал, и отошел к окну.
– Ну, уж нет, мы его обязательно поймаем!
– Смотри, как бы он сам нас не поймал.
– Ты на что-то намекаешь?
– Только на то, что он хитрее нас, а за счет этого и умнее. Ты понимаешь, он маньяк, в его убийствах есть какая-то система, и завтра его жертвой можешь стать и ты и я, и вообще кто угодно, понимаешь? Это самое страшное, мы не знаем, по какой системе он может убивать. Одно ясно – это не человек, а безжалостная машина. Без чувств и эмоций…
– Ты уверен в этом?
– Абсолютно.
– Тогда я уже не знаю, где искать, только разве что ждать, пока он споткнется. Но это еще страшнее… – Пожал плечами Стивен.
– Да, ты прав. Он может ошибиться. Я так думаю. Он тоже человек.
– Он? – Стив обернулся и удивленно посмотрел на друга.
– Да, не смотря на его звериные поступки, как и у любого другого человека, у него есть свои слабости. Главное понять, какие именно.
– И как нам это сделать?
– Нужно проанализировать мотив. Главное понять, зачем он это делает? У каждого поступка, даже у неразумного и порой нелогичного, есть определенная подоплека, фундамент. Наша задача – найти его.
– Это все конечно хорошо, и говоришь ты красиво, но… – Стивен поднялся с кресла и стал расхаживать по комнате, – Как нам узнать, что у него в голове?
– Нужно подумать, какие у него могли быть комплексы. Это однозначно уверенный в своей безнаказанности человек…
– И не безосновательно уверенный, между прочим! Не безосновательно! – Стив поднял вверх указательный
– Да, потому что он убивает где попало и кого попало. Да, именно это слово здесь наиболее уместно! Где попало и кого попало, а найти его не могут и почему? – Роберт обернулся к другу. – Стивен, вы все опираетесь на сухие факты, а здесь нужен психологический подход!
– Но одна улика есть. На месте последнего преступления в парке мы нашли светло-русый короткий волос. На пальто жертвы.
– Очень хорошо, но дальше что? Ты хочешь проверить всех светловолосых мужчин Лондона?
– А что нам еще делать, Робби? Что? Я теряюсь в догадках, мы сбились с ног, пытаясь распутать этот клубок!
– Вот поэтому вы его и не можете поймать. Вы спешите и паникуете, а он спокойно и расчетливо, несмотря на хаотичность его действий, убивает каждого тринадцатого числа. Нет, Стив, нужно притормозить, иначе Вы его никогда не поймаете.
– Мы, Роберт. Мы его никогда не поймаем.
– Я тебя не понимаю, вообще-то я отстраненный на три месяца от практики адвокат.
– Но от сыскной практики тебя никто не отстранял. Я говорил с начальством, он хочет, чтобы ты возглавил вместе со мной это дело, и тогда с тебя, в случае положительной развязки, будут сняты все обвинения.
– Что? – Роберт направился в прихожую. – Я тебе все сказал, Стивен, больше на меня не рассчитывай. Ты даже у меня не потрудился спросить, – он начал надевать пальто и не мог попасть в рукав, Стив подошел и помог ему одеться, – ты даже не протрудился спросить меня, хочу ли я такой участи. Нет уж, спасибо, но инициатива наказуема и я отказываюсь от этого навязанного тобой предложения. – Роберт накинул на шею шарф, взял шляпу и трость и вышел в подъезд. Уже сбегая вниз по лестнице, он услышал вдогонку голос Стивена:
– Ты все-таки подумай над моими словами, это твой единственный шанс.
– Да пошел ты. – Выругался про себя Роберт и не заметил, как ему навстречу по той же лестнице поднимался молодой светловолосый человек в сером клетчатом пальто и сером костюме. Они чуть было не столкнулись. Человек шел, опустив голову и как бы скрываясь под козырьком натянутой на глаза шляпы.
– Простите, сэр, – извинился Роберт, но человек лишь кивнул и продолжил подъем по лестнице вверх.
Глава четвертая
Он стоял посреди комнаты, камин все еще тлел, на столе горели черные свечи, и был накрыт ужин на одного человека. Стивен смотрел на своего непрошеного гостя расширенными от страха и ужаса глазами. Доран заставил его одеться в черный фрак и белую рубашку, накрыть стол на одного человека и взять в руки серебряный кинжал с рукояткой в виде головы льва.
По приказу Дорана, который держал в руке револьвер, Стив зализал волосы назад и уложил бриолином. Затем он сел во главе стола и в этот же миг вонзил себе нож прямо в сердце. Кровь брызнула фонтаном и попала на соседнюю стену. Стивен побледнел, его лицо исказила гримаса смерти, он замер, держа руку на рукоятке орудия собственного убийства. Он сидел почти ровно, только немного накренившись назад, как нерушимое фарфоровое изваяние.