Портрет Ласточки
Шрифт:
– В общем, это было обычное дело, мессира Альцира, атессира Овроллия. Сомневаюсь, что этот клинок проделал бы расстояние в несколько дней конными ради убийства стражников в одной из десятков чародейских академий, далеко не лучшей. Прощения, госпожа заместитель ректора.
Магистресса учтиво и наигранно улыбнулась. Юная чародейка, понимая, что с клинком больше информации выудить не получится, перевела тему на другой артефакт, который ожидала обнаружить здесь:
– Есть ещё кое-что, мастер Царвель... Из стен академии пропали реликвии, и есть подозрения, что злодей, ответственный за воровство,
Гигант открыл тот самый дневник, бегло изучил несколько страниц, затем посмотрел другой и уточнил:
– Когда могли пропасть эти реликвии?
– В течение двух-трёх последних месяцев, – отвечала Ови, борясь с искушением вновь заглянуть в чужие записи, пусть текст и был для неё перевёрнут.
Потирая закопчённую лысину, Царвель пролистал несколько страниц, пару раз остановился и выругался про себя, однако дошёл до какой-то записи, где девушка смогла разглядеть цифры, символизирующие начало года, и заявил:
– Ничего странного, госпожа выпускница. В этом журнале собирается и хранится информация обо всех загадочных происшествиях в течение последних двух лет. Как видите, – для наглядности он развернул книженцию в полный оборот, – за последние полгода здесь произошло столько, что умещается на одну страницу.
Ласточка заметно опечалилась. Сидящая рядом магистресса прижала её голову к своему плечу, успокаивая:
– Скорее всего, остальные осколки нужно искать в академии. Пойдём, не будем нервировать госпожу Лёдериц долгим отсутствием. Благодарим за оказанный приём, мастер Царвель. Ждём вас у нас, надеюсь, когда всё закончится, вы удостоите наш выпуск своим визитом.
В знак признательности хозяин завода поклонился, встал и, захлопнув журнал, повёл волшебниц по галереям в сторону лестницы.
– Послушай меня, хозяйка! – прощебетала птица. – Эй, не вешай нос!
Овроллия не слышала её, идя следом за Альцирой, как в первый день преступления. Подавленная, растерянная, чужая среди своих.
– Мессира! – воскликнула пернатая, вырвавшись из-под запаха мантии. Ови обратила взор на свою иллюзию, та подлетела к великанше и застыла перед её лицом. – Скажите своей воспитаннице, чтобы она хоть иногда или слушала меня, или хотя бы оглядывалась вокруг! Ведь самые очевидные вещи, как правило, видны невооружённым глазом!
– О чём ты, прелестное создание? – спросила великанша, переглядываясь с чародейкой.
– Давайте за мной!
– Ох, что это за чудесное существо? – удивился Царвель. – Госпожа чародейка, куда вы? Стойте!
Они вновь поднялись по навесной лестнице на подвесную галерею, птица медленно летела вперёд, ожидая, когда люди догонят её. Хозяин завода никак не мог поспеть за женщинами, потому заметно отстал.
Наконец, когда волшебницы добрались до одной из переходных галерей неподалёку от кабинета мастера Царвеля, птица застыла в воздухе и попросила осмотреться. Альцира сразу же стала изучать округу внизу: все эти бесконечные ряды чанов с расплавленным железом, из которых вверх уходили клубы пара, стойки
– Мастер Царвель, что это? – спросила Ови у хозяина, когда он догнал их.
– Не знаю... – гигант пригляделся и даже осмелился взять фонарь и поднести чуть ближе. – Ну и расстояние! Как вы заметили эту штуку?
– Не мы, она, – девушка кивнула в сторону пернатой. Магическая птица прицелилась, разогналась и врезалась в висящий под потолком осколок, однако ничего не произошло. Хозяйка спросила: – Что ты делаешь?
– Показываю, что его нельзя просто так снять, – ответила та.
– Подлети поближе, дай нам разглядеть его получше с помощью твоей ауры, – спокойно приказала Альцира.
Ласточка повиновалась и в два взмаха крылышек добралась до несущей балки. Овроллия пригляделась и едва сдержала крик от счастья:
– Это он! Магистресса Альцира, это тот пятиугольник! Как ты нашла его?
– Чтобы никто не обращал на меня внимания, я летала под самым потолком, – заявила птица, вернувшись к хозяйке и сев на цепные перила. – Прости, хозяйка, за обман. Теперь мы квиты.
– Обман? – спросил Царвель, пытаясь высмотреть загадочный осколок.
– Снизу этот осколок простой человек не увидит, – смекнула Ови. Пернатая едва заметно кивнула.
– Как он попал туда? Я сейчас же спущусь вниз и спущу шкуру и с Тольэ, и с Герхада, и с Риццарта! Не уходите, уважаемые чародейки! Скоро вернусь!
– Есть идея, как достать его? – спросила великанша. – Вокруг нет ни одного длинного предмета, которым бы можно было сбить его. Кажется, он приклеен, и весьма крепко.
Девушка осмотрелась: подвесной мост, на котором стояли они с магистрессой, медленно качался из стороны в сторону. Возможно, злодей раскачал его до такой степени, что смог в один момент с размаху приклеить заветный осколок под самый потолок.
– Под нами пустой чан, – сказала Ови. – Мессира, не в моих силах приказывать заместителю ректора, но прошу вас: догоните мастера Царвеля, попросите заполнить резервуар внизу водой. Думаю, другого выхода нет...
– Ты уверена в том, что задумала? – в глазах Альциры чародейка увидела если не упрёк, то сомнение. – Если оступишься, то ни один лекарь даже с помощью магии не соберёт тебя! Посмотри, сколько внизу металлических предметов! А подвешивать спасательный ковёр здесь некуда! И брать его, собственно, тоже негде!
– Прошу, госпожа, – умоляющим взором обратилась к ней девушка, – сделайте это.
Наконец внизу прекратилась ругань, но уже не из-за работ. Всё больше мастеровых поднимали вверх головы, не веря тому, как одна хрупкая девушка пытается раскачать подвесной мост, пока ласточка безуспешно выковыривает осколок. Ови качала галерею из стороны в сторону, железная конструкция отвечала звенящим скрипом. Откуда-то снизу, растолкав толпу зевак, показался мастер Царвель, который пробасил командирским гласом: