Порог
Шрифт:
За слова.
Огромные, будто горы, гиперболы и крошечная, как песчинка, литота.
Парцелляция! Ерунда! Интонационное расчленение. Но как работает!
Плеоназм. Повторное дублирование. Излишнее, избыточное.
Инверсия. Слов порядка переставление…
Знание оживало в ней, слова и фразы выстраивались в ряды и колонны, цеплялись друг за друга, выворачивались наизнанку и взрывались в мозге новыми смыслами.
– Я могу говорить… – прошептала она и впервые услышала собственный голос.
– ты
Голос, который она услышала, был лишен интонаций. Это был и вопрос, и утверждение. Или не вопрос, и не утверждение.
– Да… – она запнулась. – Да, мать.
– мать это неожиданный термин
– Я не нашла другого.
– ты можешь использовать этот
Пауза.
– чего ты хочешь
– Коснуться этой планеты, – прошептала она, глядя на экран.
– это невозможно ни в каком смысле
– Я знаю.
– то где будет ракс станет ракс
– Я знаю. Это только желание, не намерение.
– интересная дихотомия
– Человеческое сознание крайне запутанно, – признала она.
– это будет хороший опыт третья-вовне
– Я готова. Но меня тревожит ситуация.
– что вызывает тревогу третья-вовне
– То, что я – Третья. Мы редко позволяем трем Ракс находиться вовне. Это… это опасно как… как…
– как четвертый на ракс
– Да.
– это происходило ранее
– Я не знала.
– информация закрыта но это происходило
– Были ли опасные последствия?
– нет только потенциал опасности
– Хорошо. Я… я стала спокойнее.
– приступай к миссии наблюдай изучай сотрудничай
– Могу ли я спросить?
– это странный вопрос разумеется ты можешь
– Насколько обоснованна тревога людей?
Пауза. Тишина. Пространство рвется и восстанавливается, пульсирует в ожидании сигнала, но сигнала все нет.
– Мать?
– решение принято два против одного значит есть вероятность опасности
– Но цивилизации почти всегда гибнут, не достигая пятого уровня!
– последовательность внушает тревогу
– Я поняла, мать. – Она кивнула.
– для человечества характерны сомнения и это то что мы считаем достоинством
– Я выполню свою миссию с достоинством и старанием.
– мы будем ждать твоего возвращения
Пауза.
– корабль подвергнется деструкции после твоей высадки в орбитальном порте людей
– Хорошо.
– мы рассчитываем на успешную работу и ожидаем тебя с любовью
Сеанс связи заканчивался. Но у нее еще оставались вопросы.
Вопрос.
– Мать, мне нужно имя среди людей!
– они могут называть тебя любым именем
– Это право и обязанность матери, дать имя.
Пауза.
Она задумалась, вправе ли была так говорить. И понятен ли смысл ее слов Второй-на-Ракс.
– твое
– Спасибо, мать. Я – Чужая…
Слова замерцали в ней, складываясь, перетекая одно в другое.
– Я Алина или Ксения?
– что это значит
– Оба имени значат «чужая» на древних языках Земли. Имена людей не переводятся. Я могу быть Алиной или Ксенией, все это значит «чужая».
– решать тебе ракс всегда ракс
– Ракс всегда Ракс, мать.
Вот теперь связь окончательно прервалась.
Чужая смотрела на экран. Крошечный диск Земли, на которую ей не суждено никогда ступить, приближался.
Воздух в камере стал теплее и чуть более затхлым. Система жизнеобеспечения на прыжковом корабле присутствовала чисто номинально. Но женщину это не беспокоило. Ее организм должен выдержать перелет.
Она справится.
Она Ракс. И она – Третья-вовне.
Лючия бросила чемоданчик и пакет на койку, огляделась.
Каюта была просто потрясающая! Три на четыре метра, есть где разгуляться. При таких размерах и койку не обязательно убирать в стену. Есть и стол, и два кресла, и маленький диванчик. За сдвижной дверью – индивидуальная душевая кабина и гальюн.
Даже на «Техасе», куда они не успели, курсанты должны были жить по двое. А здесь, на куда более мелком «Твене», в силу малочисленности команды почти все члены экипажа имели собственные каюты. Конечно, с апартаментами командира лучше не сравнивать, но собственная каюта! Роскошь.
Лючия присела на койку. Вздохнула, глядя на коробку с туфлями.
Будет ли глупостью надеть их сегодня к традиционному «ужину знакомств» на корабле?
– Даже не вздумай, – будто прочитав ее мысли, сказала Мегер, входя в каюту. – Лучше спрячь подальше.
Лючия кивнула и убрала пакет. Мальчишки перед Мегер вытягивались по струнке, она же относилась спокойнее. Мегер напоминала ей бабушку – такую же внешне строгую, командующую всей огромной семьей, но при этом на самом-то деле мягкую будто воск. Может быть, это был самообман, но Лючии казалось, что Мегер на самом деле просто изображает из себя мегеру, чтобы ребята не распускались.
– Спрячу, – согласилась Лючия.
– Встать, кадет! – рявкнула Мегер. – Как разговариваешь со старшим?
Лючия вскочила. Но все-таки не удержалась от реплики:
– При всем уважении, мэм. Вы вошли без разрешения и не отдали команды. Я считала, что разговор неформальный, мэм. При всем уважении.
Мегер несколько мгновений буравила ее взглядом. Потом сказала:
– Вот что вы все досконально знаете – так это свои права. А как насчет обязанностей? Что делает офицер систем жизнедеятельности при входе на борт?