Порочный плен
Шрифт:
Подъезжаем к какому-то большому на вид зданию с высокими потолками и огромными окнами, и я начинаю напрягаться сильней. Потому что я вижу других мужчин, сидящих на улице за столом, на котором помимо карт лежат пистолеты.
Мысленно снова проклинаю брата и когда машина окончательно останавливается, я готовлюсь к драке.
Глава 2
Я даже боюсь представить, что здесь
– Че напряглась, лапа? – не заметила даже, что сосед меня пристально рассматривает.
– И лапы, и хвост напрягла, понял? Если думаешь, что я так просто сдамся, то вот ответ – хрен тебе.
– Мне хрен не нужен. Лучше твою киску сладкую мне, а вот я тебе хрен в упаковке.
– Киску? Боже, ты реально из шестидесятых.
– Ну не стану же я тебя дыркой называть. Я воспитанный парень, – он подмигивает и открывает дверь, захлопывая ее.
И вот вроде бы логично бежать. Рвануть со своей стороны. Но дело в том, что если я открою охоту на себя, то боюсь, что тогда точно останусь расплющенной их телами в ближайших камышах.
Меня передергивает от мыслей, и я наблюдаю за мужчинами на улице.
Они смеются и громче всех громила, что сидел рядом. Сразу видно, что он клоун. Водила тоже свалил и ключи в машине не оставил. Не повезло.
Вижу, как похититель двигается обратно, и все разом поворачиваются. Не пойму зачем. Мне кажется, они даже болтать и ржать перестают.
Ну точно. Он сейчас порвет на мне одежду и начнет демонстрировать мое тело. Сука. Мудак долбанный.
Сжимаю кулаки и выставляю их вперед.
Он улыбается мне и вздыхает.
– Ну блин, ты бы хоть погладила разок меня. Я ж ехал за тобой через весь город, – фальшивит на каждой букве.
– Я предупреждала. Я тебе глаза выдавлю пальцами. Я знаю, как это делается, урод.
– Потом покажешь. Выползай кроха. И да, я красавчик, я это знаю.
– Да пошел…
Но на этом его настроение улетучилось, кажется. Или желание дальше стоять, согнувшись надо мной. Он хватает меня за лодыжку и тянет на себя. Второй ногой я пытаюсь отбиваться, но он резко ее перехватывает, и я оказываюсь на животе.
Он держит мои ноги одной рукой, а второй, сука, бьет по ягодицам. Оттопыривает джинсы с трусами. Щипает за половинки попы и снова шлепает.
– Какая беленькая, прямо Белоснежка.
Он ловко вытаскивает меня из авто и, положив на плечо, тащит к огромным дверям. Я кричу, дерусь, щипаю его, но в ответ только страдает моя задница, а остальные смеются. Вот почему они повернулись. Им весело.
– Твари, – ору им всем разом, и они снова ловят волну веселья. – Я вас всех запомнила, поняли. Приду с автоматом, всех порешаю.
Они снова испускают гогот, а меня опускают на ноги в какой-то комнате.
– Что это за бомжатник? – оглядываюсь, увидев маленький диванчик и стол с единственным стулом.
– Посиди тихонько. В твоих
– Умно притащить меня к головорезам и сказать, что ты будешь виновата, если тебя порвут толпой. Оригинальный ты, однако.
Он широко улыбнулся и подмигнув вышел.
Но обрадоваться тому, что я не услышала щелчка замка, не успела, потому что он все-таки звякнул.
Я прошлась по комнате, которая была размером два на три, и ощутила панику.
Если до этого я ехала в машине и, общаясь с этими идиотами, удавалось сбавить напряжение, то сейчас стало куда страшней.
И все же у меня был один-единственный вариант спасения – брат.
Они могли получить, что он там им задолжал и отпустить меня.
Но этот шанс был настолько ничтожным, что не спасало от истерики, которая уже стояла за хлипкой дверью моей нервной системы.
Я пнула тот самый стул и когда он упал на пол, я сорвалась.
Схватила его и начала стучать им по стенам. Бросать его в разные стороны. Но никакого ущерба не нанесла бетонным стенам и деревянному полу.
Спустя время я запыхавшаяся упала на диван и зарыдала.
Это то, что я не делала почти никогда. Сейчас я ревела, видимо, за все годы до этого, что сдерживала эту соленую дрянь внутри себя.
Закрыла глаза и, кажется, задремала. Но меня напугал и привел в чувство слышимый отдаленно до этого мужской смех, во множественном числе. Сейчас он был очень громким и я, вскочив оказалась права, дверь открыли. И в нее тут же вошел тот самый амбал.
Какой же он все-таки огромный мужик.
– Скучала, лапа?
– Ужасно. Успела тут навести порядок, и пыль протереть.
– Я заметил, – оглядывает остатки стула, который в итоге сломался.
– Ты пришел меня выпустить?
– С чего бы это? Я тебя только привез, а мы еще не познакомились даже.
Он сел с другой стороны дивана, в самый угол и расставил свои ноги и руки так, будто мнил себя хозяином чертовым.
– Слушай, – издаю нервный смешок. – Ты, видимо, будешь удивлен или шокирован, но мы девушки, порой не желаем даже смотреть в сторону таких вот неандертальцев как ты. Кто-то может и тяготеет к таким самцам, но большая часть старается избегать переломов и сотрясений.
Он слушал и кивал, периодически почесывая бороду, а потом изобразил улыбку и похлопал по своим коленям.
– Сказки лучше рассказывать на коленях дедушки мороза, а я уже исполню все что пожелаешь. Ползи ко мне.
Он издевался. Скотина.
– Я смотрю, тебя не волнует особо желание женщины?
– Думаешь в тебе мало желания?
– А мы снова говорим о сексе?
– Ага. Ну так что, не хочешь, говоришь? – он подмигнул мне и двинул бедрами.
– Слушай, ты бы себя поберег. Потому что я не знаю, как действовать при инфаркте сердца и оказывать первую помощь после.