Попаданка

Ахминеева Нина

— Доброе утро, — поздоровался, отодвинул стул и уселся напротив меня.

— Доброе, — отозвалась я и перевела взгляд на пузатый белоснежный чайничек. Если и в нем какая-то гадкая трава заварена, то впечатление, что гостей в этом доме привечают лишь в первый день, подтвердится.

Едва слышный перестук каблучков нарушил повисшую за столом тишину. Увидев вошедшую официантку, я грустно вздохнула. Именно она, не задав ни единого вопроса, принесла эту… жижу. Вчера же за ужином прислуживал седой обходительный мужчина.

Может,

причина моей сегодняшней голодовки в смене официанта и повара?

Вернувшись к созерцанию чайника, незаметно проследила, как миловидная девушка в черном форменном платье и белоснежном фартучке подошла к столу, аккуратно сняла с подноса большую тарелку, накрытую специальным колпаком, и поставила ее перед главой рода. Затем налила воду из кувшина в высокий стакан.

Тут до меня донесся аромат мяса, и я позабыла о чайнике. Голодный желудок сжался и несчастно заплакал. Выходит, хозяину дома предложили сочные, отлично прожаренные колбаски и зелень, а мне… И вот как это понимать?

Впрочем, у всех свои тараканы. Вдруг здесь действительно так принято: вечером гостей кормят отлично, а утром держат на голодном пайке?

Заметив, что Константин взял вилку и нож, я спокойно сказала:

— Приятного аппетита.

— Взаимно, — любезно откликнулся Росс. Мазнув взглядом по моей нетронутой тарелке, он заботливо поинтересовался: — Ты не голодна?

Усмехнувшись, я откинулась на спинку стула и честно призналась:

— Голодна. Но, видимо, не настолько, чтобы есть овсянку на воде.

— Не понял, — барон озадаченно нахмурился. — Ты разве не это блюдо попросила?

— Нет.

Хозяин дома строго посмотрел на наливающую уже мне воду официантку и грозно приказал:

— Объяснитесь.

Густо покраснев, девушка втянула голову в плечи, опустила глаза и сбивчиво залепетала:

— Господин, на кухне сказали, что ваши гостьи всегда требуют именно такой завтрак. И жуть как сердятся, если им предлагают другую еду. Владислава Юрьевна была с вами ночью в библиотеке, вот мы и подумали… Не хотели ее расстраивать, потому подали как всем.

Ого, да Костик-то, оказывается, ходок! Еще и жениться собрался при таком гареме!

Покусывая губы от едва сдерживаемого смеха, я искренне посочувствовала Константину. Его любовь к женскому полу больше не тайна, причем пикантную ситуацию без малейшего злого умысла создали собственные слуги.

Избегая глядеть на меня, барон распорядился ледяным тоном:

— Уберите. Принесите Владиславе Юрьевне нормальную еду. И впредь чтобы подобного не было.

— Слушаюсь, господин, — прошептала испуганная официантка. Торопливо забрав тарелку со злосчастной кашей, посмотрела на меня виновато. — Извините. Мы думали, вы как все. Ну, поутру фигуру бережете.

— Ступай, — сквозь зубы процедил барон и принялся сосредоточенно разрезать колбаску.

Браво, Константин Александрович! Железная выдержка! Аплодирую стоя!

Старательно скрывая улыбку, я прислушалась

к ощущениям. И с удивлением обнаружила, что наличие многочисленных женщин в жизни барона Росса вызывает лишь легкую досаду. Уж не знаю почему, но ало-синяя сила после весьма активной ночи вела себя прилично.

— Ты когда планируешь ехать в школу? — отвлек от размышлений голос Кости.

— Через полчаса.

— Хорошо. Артефакт привезут с минуты на минуту, так что не волнуйся, без защиты из моего дома не выйдешь. Как сегодня твоя сила? — в его тоне чувствовалась искренняя забота.

— На удивление нормально. Даже с эмоциями порядок, — не удержалась я от подтрунивания. Однако уже через миг, став серьезной, озабоченно поинтересовалась: — Как Аннушка?

— Как мне сообщили, она чувствует себя отлично. Сейчас позавтракает, и Алевтина Федоровна сопроводит ее к твоей машине, — успокоил Костя, а заметив мое удивление, пояснил: — Это врач. Так же, как и Гуров, — слуга рода. Они оба по роду деятельности знают о твоей силе, но клятва верности не даст передать кому-то информацию, — он едва заметно усмехнулся и добавил: — Твоя Аннушка тоже дала клятву о неразглашении.

— И она уже обо мне знает?

— Нет, ей не говорили. Захочешь — сама расскажешь, это только твой выбор. В любом случае можешь быть уверена — Анна Васильева никому и ничего про тебя не скажет, хоть в смертных грехах кайся.

Внезапно Константин насторожился. Замолчав, быстро повернулся к двери.

Буквально через минуту в столовую вошла официантка. В повисшей тишине девушка подошла, поставила предо мной тарелку с умопомрачительно пахнущими колбасками и сочной зеленью, сноровисто заменила чайник. Похоже, я не ошиблась, и пить мне предлагали действительно пакость. Впрочем, узнавать, какой именно напиток предпочитают по утрам женщины Константина, желания не возникло.

Закончив за мной ухаживать, девушка низко поклонилась и быстро вышла.

Посочувствовав глупо провинившейся служанке, я принялась за еду. Положила в рот первый восхитительный кусочек идеально приготовленного мяса и едва не застонала от удовольствия.

— Вкусно? — негромко спросил Костя.

— Бесподобно, — улыбнувшись, я полностью сосредоточилась на завтраке.

Спустя время барон заявил:

— Елизавета работает в доме первый день. Подменяет отца. Мне жаль, что так вышло.

— Бывает, — я небрежно пожала плечами. — Девочка вроде неглупая, надеюсь, выводы сделает правильные. Зла она не желала, напротив, стремилась угодить очередной гостье, заодно и тебя порадовать. Ты же не планируешь ее как-то наказывать?

— Хорошо, забыли про официантку, — Костя поморщился. — И я обещаю, в моем доме женщин, кроме тебя, больше не будет.

Не спеша комментировать столь громкое заявление, я аккуратно промокнула губы полотняной салфеткой, положила ее на стол. Затем посмотрела в голубые глаза мужчины и уверенно сказала: