Попаданка
Шрифт:
— Безусловно, Константин Александрович.
— Рад, что мы друг друга так хорошо понимаем.
Это же время. Императорская южная школа
Войдя в приемную ректора, я сразу же увидела что-то непонятное: в полуметре от входной двери воздух отсвечивал голубым и дрожал как при мираже. Ближе к окну, между столом и напольной кадкой с огромным зеленым растением, в абсолютной тишине стояли две женщины. Они, однозначно, эмоционально общались, но я не слышала ни звука.
Красивая
И вот как это понимать?
Раздумывая, что делать, прикрыла дверь, прислонилась плечом к косяку. Все так же не замечая меня, собеседницы открывали рты, как рыбки, и спорили в полной тишине.
Я внимательнее присмотрелась к воздуху. И с изумлением обнаружила, что он словно образует тонкую защитную пленку. Это какое-то местное ноу-хау? Забавно. Похоже на телевизор с выключенным звуком. Интересно, а пройти сквозь это нечто получится? Или как-то привлечь внимание спорщиц? Ну не век же здесь куковать!
Прежде чем пытаться приблизиться к женщинам, я пару раз громко хлопнула в ладоши. Реакции — ноль. Похоже, блондинка и седовласая, кроме своих голосов, ничего больше не слышат. Как по мне, это явное упущение. Звука нет, но картинка-то есть. Я вот, допустим, уже догадалась, что седая на чем-то настаивает, а блондинистая не соглашается. Причем молодая доминирует над старшей.
Приглядевшись, с удивлением поняла — а спорщицы-то друг на друга сильно похожи. Не иначе как близкие родственницы. Скорее всего, мать и дочь.
Совсем ополоумели. Семейные проблемы надо решать дома за закрытыми дверями.
Я включила диктофон и положила телефон в сумочку. Теперь-то запись стопроцентно понадобится. Остается надеяться, что все запишется внятно. Держать в руках аппарат точно не стоит.
Ну да, Минаева я просто-напросто провоцировала, нарочито демонстрируя телефон. Пытаться записать разговор с начальником охраны посчитала бесполезным занятием. И, как показала практика, не ошиблась.
Понадеявшись, что глушилок в приемной нет, ну и заодно успев поволноваться, не шибанет ли меня током или еще чем-нибудь, протянула руку. Лишь на секунду задержавшись, осторожно прикоснулась к «пленке» пальчиком. В этот же момент голубое свечение пропало, а в уши ввинтился звонкий злой голос блондинки:
— Мама, прекрати! Я все равно сделаю как решила! — затем, видимо осознав, что чего-то не хватает, девушка резко обернулась и заорала: — Мы разговариваем! Вас стучаться не учили?!
Не оборачиваясь, я отвела назад руку и демонстративно постучала по косяку двери.
— Добрый день, — произнесла невозмутимо и направилась к спорщицам. Подойдя, скупо улыбнулась обеим. — Мне нужен ректор или его заместитель.
Сжав губы в узкую полоску, старшая женщина нервно поправила растрепавшиеся седые волосы и надменно сообщила:
— Ректор в отъезде, заместитель занят. Ожидайте в коридоре. Как только личный помощник ректора освободится, она уделит вам время.
Вот не знаю, какой черт в меня вселился, но я не пошла, как разумная женщина, в коридор.
— Это вы о себе в третьем лице говорите?
Гордо вскинув подбородок, та мазнула по мне злым взглядом. На миг задержавшись на моем сером браслете, презрительно усмехнулась и с пафосом заявила:
— Девушка, с этикетом у вас явные проблемы. Рекомендую подучиться. А еще вам не помешает знать в лицо руководящий аппарат учебного заведения, в котором обучаетесь. Я — главный бухгалтер Императорской южной школы.
Да ладно?! Ну тогда сам бог велел по горячим следам нам пообщаться. Раз главбухша попалась, то буду ее бесить и выводить на чистую воду.
— Понятно, — кивнула я пыжащейся от собственной важности женщине. — А к должности ничего больше не прилагается? Если мне память не изменяет, у человека есть как минимум имя и фамилия. Бывает еще и отчество.
— Рябцева Авдотья Никитична, — сквозь зубы представилась главный бухгалтер, снова демонстративно посмотрев на браслет, и язвительно добавила: — К вашему сведению, от бухгалтерии зависит очень и очень многое. Особенно это касается бюджетников-простолюдинов, — в ее голосе отчетливо прозвучала смесь из торжества и злорадства.
Краем глаза отметив, как блондинистая величественно уселась за рабочий стол, я быстро проанализировала ситуацию.
Блондинистая — это помощник ректора. А главбух, конечно, не дура, но после ссоры с дочерью практически не думает над словами, просто желает самоутвердиться за мой счет. Причем, не понимая того, глупо сливает важную информацию.
Впрочем, махинации со стипендиями и что там еще мутит бухгалтерия мне сейчас не интересны. Гораздо важнее, что Рябцева дала ясно понять, за кого меня приняла. По всей видимости, такие серенькие браслеты дают бюджетникам-простолюдинам. Минаев с перепугу взял первый попавшийся? Повезло. И ситуацией грех не воспользоваться.
— Обязательно приму к сведению, Авдотья Никитична, — ответила я спокойно. — Несомненно, без визы главного бухгалтера ни одна финансовая операция не проходит. Вы очень важный человек в школе.
— Боюсь, из-за собственной невоспитанности вы утратили шанс со мной подружиться, — ехидно скривилась женщина.
— И все же попробую вас заинтересовать, — я мило улыбнулась. Дождавшись, когда спорщицы удостоят меня своего высочайшего внимания, представилась: — Аристократка Владислава Юрьевна Метельская. Глава рода, студентка первого курса факультета управления Императорской школы магии.
О да, мое лицедейство того стоило!
Лицо главного бухгалтера пошло ярко-красными пятнами, глаза испуганно забегали, пальцы нервно затеребили ткань длинной юбки.
Я быстро перевела взгляд на помощницу ректора. Побледневшая блондинистая красавица замерла, очевидно, придумывая, что в данную минуту можно, а главное — нужно сделать.
В это было сложно поверить, но факты — вещь упрямая. Я много раз присутствовала на допросах и уверена, что главбух причастна к покушению на мои деньги. А вот белобрысая удивила. Она-то здесь с какого бока? Просто в курсе затеи матери и Минаева или и есть идейный вдохновитель?