Попаданка с бабушкой
Шрифт:
– Почему же вы не снимете? – видимо, я одна была не в курсе, остальные просто тяжело вздохнули.
– Потому что такое проклятие может снять только тот, кто его наложил, – объяснил мэтр Фэридан, подойдя к своему столу. – А Томасидан еще и время упустил. Если бы обратился ко мне не через полгода, а сразу, то по остаточным эманациям мы бы вычислили ведьму, а он и сейчас молчит. Хотя, теперь поздно уже, голословные обвинения король не рассматривает, а доказательства со временем развеялись.
– Но какая ведьма могла сделать
– Это его мачеха, – не выдержал Джес и отмахнулся от Тома, попытавшегося закрыть другу рот. – Да хватит тебе молчать, ничего она твоему отцу не сделает!
Парни удивленно охнули, а я так и вовсе поразилась.
– Как же так? Откуда у вас мачехи? Да объясните уже толком, ничего не понимаю.
– Мама Томасидана погибла, когда он был еще маленький, – торопливо заговорил Джес. – Попалась тварям и не смогла отбиться. Его отец, разумеется, страдал, но сына воспитывал и жил ради него. А год назад он внезапно женился, и его жена невзлюбила Тома. Наслала на него проклятье и сказала, что если он проболтается, то и его отцу не поздоровится.
Студенты молчали, слышно было только возмущенное сопение парней и всхлип Тома, который прикрыл лицо руками. Первым нарушил тишину Василек:
– И чем же ты так насолил ведьме, что она прокляла?
Парень опустил голову еще ниже и уткнулся лицом в ладони, показывая всем своим видом, что отвечать не собирается.
– Мэтр Фэридан, но как же так? – меня интересовал другой вопрос, чем провинился пасынок, я кажется, догадалась. – Я думала, в этом мире добрые все и преступников нет…
– У нас другая проблема, Линария, – избалованные дети! Некоторые не могут достойно воспитать ребенка, он вырастает жадным и думает, что ему все позволено. Мало вымолить и родить дитя, надо знать меру. В основном, – мэтр обвел руками группу, – хорошо воспитывают, сама видишь, но бывают исключения. Особенно опасно, если среди исключений попадаются одаренные магией или ведьмы.
– Теперь мне все понятно. Том, тебе сколько лет?
– Двадцать один, – буркнул парень. – У меня недавно потенциал открылся, поэтому поздно поступил.
– Значит, полгода назад ты был уже совершеннолетний, – подытожила я, – и твоя мачеха стала тебя домогаться. Да?
– Откуда ты…
– Не сложно догадаться. Ты отказал, и она тебя прокляла.
Мэтр Фэридан в ужасе схватился за голову и запричитал:
– Что же ты сразу не пришел? Какая гадость разгуливает теперь на свободе!
– Линария, ты же разрушаешь магию, – вскрикнул Освальд, вскакивая с места. – Попробуй, может, получится и проклятие разрушить?
Ребята загомонили, поддерживая предложение Оськи, вся группа с надеждой уставилась на меня. Я посмотрела на ректора, он отрицательно покачал головой, горестно поджав губы и зная заранее, что ничего не получится, но тоже смотрел с надеждой. На его лице было такое выражение тоски
– Линария, пожалуйста, – пролепетал Том.
– Ничего не обещаю, ты только не расстраивайся, если не получится.
Я вскочила с места, обошла стол и встала напротив бедной жертвы. Парни притихли, ректор приложил руки к груди.
– Мэтр, я не срываю вам урок? – поинтересовалась на всякий случай.
– Давай-давай, действуй, – нетерпеливо прикрикнул Фэридан. – Очень интересно, вдруг и правда…
Я протянула руки к лицу парня и приложила ладони к его щекам. Под ладонями синева исчезла. Мальчишки ахнули, а Оська стал командовать:
– Нос потрогай, нос. О, да у него красивый нос! А теперь губы, надо же и рот нормальный. Да он симпатичный парень!
Студенты заразились азартом и с интересом, постоянно ахая, следили за метаморфозами, происходящими со страшным лицом. Это я не видела, как крючковатый нос становился ровным и красивым, а остальные находились в шоке, наблюдая за изменениями. Не смотрели они наших фильмов. Выполняя указания друга, я поочередно пощупала все части лица, как художник, извлекая из синей кляксы нормальные части тела, и убрала руки. Синева вернулась. Парни разочарованно застонали.
– Так я и думал, – обреченно сказал ректор, и устало опустился на стул.
– Нет, погодите-погодите, мэтр, на прошлом уроке вы говорили, что эмоции в магических пассах играют большую роль, – я не собиралась быстро сдаваться, во мне кипела злость. Неужели какая-то ведьма будет торжествовать? Ректор заинтересованно кивнул. – Так вот я зла! Я очень зла! Немыслимо зла! Знаете, я вспомнила одну сказку из моего мира. Там злая ведьма предрекла смерть принцессе, когда та вырастет и уколет палец.
– Смертельное проклятие! – ахнул Орис и кровожадно взмахнул кулаками. – Ее нужно было схватить на месте и предать суду.
Я удивленно приподняла бровь, но продолжила:
– А добрая ведьма, сказала, что может изменить проклятие и принцесса не умрет, а просто уснет.
– Перебила контр-заклинанием! – вскрикнул Кир. – Если сразу, то это срабатывает. Еще нужно условие поставить, надеюсь, она поставила?
Я тяжело вздохнула и опустила плечи.
– Какие вы зануды, студенты академии! Я же вам просто сказку рассказываю.
– И что дальше случилось? – тронул за руку Джес.
– Принцесса уснула, а через сто лет ее нашел принц и разбудил своим поцелуем.
– Да-да, так может быть, – согласно закивал головой ректор, – очень правдоподобная история. В поцелуе больше всего эмоций, даже передача энергии в случае необходимости легче всего происходит при касании губами.
Группа опять затихла, соображая, о чем сказал мэтр и к чему веду я.
– А ты бы могла… – робко поинтересовался, нет, не Том – Джес. Хороший у парня друг.