Попаданец совсем не герой. Том 4

Туров Артем Всеволодович

Однако даже объемная энергия с моей характеристикой регенерации и с перками для восстановления энергоканалов, не позволили мне сразу же в полном объеме восстановить тончайшие энергоканалы, связывающие тело и душу.

Теперь осталось надеяться, что за несколько дней, пока меня тут не было, южане не устроили снаружи грандиозную ловушку. Однако я не была бы собой, если бы не подготовила на этот случай свои заготовки.

Пока дверь была плотно отварена с моей стороны, в принципе ее невозможно было открыть снаружи, но с каждой секундой пребывания тут, я давала врагу часы

и даже дни, на расследование инцидента и определения местонахождения виновницы.

Так что решила действовать все тем же способом. Выпив зелье огнестойкости, и понадеявшись на крепость дверей, я приоткрыла дверь и бросила в коридор мину. Поскольку я не была в прямой досягаемости лучей, то мне они вреда почти не нанесли, правда дверь растеклась на пол как пластилин.

Однако выбравшись наружу я поняла, что удача-сука вновь отвернулась от меня. В нескольких метрах от меня стоял рослый негр, от которого шла аура силы, почти что сопоставимая с аурой архидемона.

— Стой рабыня.

Я послушно замерла.

— Скажи, как тебе удалось обойти запреты ошейника?

Я молча взирала на него, не смея говорить.

— Приказываю, говори.

— Господин я заставила себя забыть о приказах.

— Но ведь все твои навыки были стерты.

— Господин, это не системный навык, а медитативная техника.

— Ты одна из имперских разведчиц? Как ты оказалась у нас в плену?

Контролировать безупречно всю свою мимику, особенно почти без помощи системы, было совсем не легко.

— Я обороняла город Им, господин.

Разговаривая с ним, я двигала только губами, послушно замерев на месте, и притворяясь что ошейник работает.

— Ты принесла много хлопот разведчица, о которых даже не подозреваешь. За это ты удостоишься быть принесенной в жертву нашему богу, иди за мной.

Пришлось покорно следовать за этим дядькой. Внутреннее чутье исправно подсказывало, что в случае, если я откажусь, меня ждут огромные неприятности, и я никак не смогу ни убежать, ни как-то поранить этого монстра, из которого просто перла ки тьмы и в малом количестве ки гниения.

Не знаю откуда у южан появился такой монстр, но он был сильнее всех людей, кого мне удалось до сих пор повстречать на Лаире. Правда я так ни разу и не увидела таинственных грандмастеров сект и архимагов, но скорее всего даже те будут равными, если не слабее этого дядьки.

По всему выходило, что моя песенка спета, и скоро мне предстоит поближе познакомится с темно-гнилимы божками южных пиратов, что не очень-то и радовало меня. С другой же стороны, по крайней мере я сделала все, что было в моих силах, чтобы спасти свою жизнь. А то, что мне все время так фатально не везет, ну что же, хотя бы отдохну на том свете, а то уже три жизни пашу без передышки.

Глава 29

Несмотря на мое унылое состояние, я все же осматривалась по сторонам, все время пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Мой надзиратель, хоть и казался мне кем-то сверхсильным, но все же не дотягивал до ранга «архи», то есть не являлся полубогом.

Просто у мужика была очень приличная

прокачка и очень высокий слой в его культивации, и учитывая то, что культивировал он, как и я тьму, то давление на меня было больше, так как я была более чувствительна к этой стихии, несмотря на мои поврежденные, и все еще не восстановившиеся каналы.

Вел он меня, куда-то за город, и многие увидев его с уважением склоняли голову. Для теста, я несколько раз попыталась чуть отстать, но как только расстояние между нами увеличивалось больше пяти метров, на меня падало такое давление, что я падала лицом на мостовую, после чего поднималась и покорно следовала за ним.

Правда кроме дистанции, ничего более он не охранял. Я незаметно вынула из инвентаря кубик сухпайка, но он либо не заметил, либо не обратил внимания.

Естественно, я не могла не воспользоваться этим моментом, для организации побега. Следующее, что я достала, это зелье сопротивления огню, должна заметить без всяких побочных эффектов, который создавал Дрекс, получая более приличные ресурсы.

Незаметно выпив его, я вернула склянку в инвентарь, чтобы не создавать лишних звуков. Даже зелье я не глотала, а позволила беззвучно течь мне в желудок. Дальнейшие шаги не блещут оригинальностью, заранее приготовившись к адской боли, я вынула два огромных рубины, которые выйдя из инвентаря, тем самым грубо говоря разморозившись, взорвались бы по любому, я бросила их в сторону моего надзирателя, в то время как сама покатилась в канаву рядом с дорогой.

Молясь всем богам об удаче и ожидая феерии света, я пролежала всего две напряженных секунды, пока не услышала неприятный смех, больше похожий на воронье кряхтенье. Смеялся естественно этот утырок, который меня пленил. В очередной раз на этой проклятой планете я познакомилась с птицей обломинго, когда увидела застывшие в воздухе рубины, из которых видимо была выкачена вся мана. Я даже не знала, что такое в принципе возможно, то есть оперировать чужой маной, в данном случае моей.

Дело в том, что когда мана из окружения втягивается в организм, он как бы получает свой, уникальный грубо говоря отпечаток или идентификатор. Связано ли это с душой и с ее частотой, или же с телом и ее характеристиками, я без понятия, так как никогда не влезала в дебри науки.

А в тот момент, южанин смог как-то выкачать из рубинов мою ману, либо же каким-то иным способом повлиять на нее и уничтожить. Как результат, мины не сработали, а рунная вязь, нанесенная на камни, уничтожилась, оставив грубые сколы на поверхности.

Сам же, великий и могучий, хотя и не совсем русский, стоял и ухмылялся, одобрительно кивая головой. А после, давление сзади, созданное его аурой, выкинуло меня из канавы к его ногам. Но никакой дальнейшей экзекуции не было, а он лишь развернулся и продолжил свой путь, ничуть не сомневаясь, что я как шавка последую за ним.

Отдышаться и прийти в себя от разочарования я не смогла, так как давление ауры вновь заставило меня шагать за ним. Мой боевой дух был не в лучшем своей состоянии. Враг превосходил меня настолько, что даже мысли о побеге больше не возникало.