Попаданец не туда
Шрифт:
Мизинец ничего не понял, но кивнул головой и вышел из зала.
— Мейстер Пицель, — обратился я к седобородому старцу. — пошлите, письмо с пожеланиями скорейших побед моему деду, в Харренхолл. Обязательно напишите там, что он может не беспокоиться по поводу моих дядей.
Пицель встал и, важно кивнув, сказал:
— Непременно, ваше величество! Знаете, вы принимаете очень мудрые решения…
— Да, Великий Мейстер, приготовьтесь к тому что теперь все мои решения будут мудры. — я благодушно улыбнулся.
Пицель
— Джофф, что ты себе позволяешь! — начала было вопить Серсея.
Я её понимаю, её сынок вдруг резко меняется и начинает в кои-то веки управлять страной, берётся за ум и раздаёт приказы. Любая мать бы заподозрила неладное.
— Король делает, что хочет! — в духе прежнего Джоффри осадил я её, и затем спокойно продолжил. — Матушка, вчера мне приснился очень странный сон. В нем ко мне пришли древние и легендарные короли Утеса и сам Ланн Умный, и они ругали меня. Упрекали меня в том, что я забыл, что значит быть королём, позорю великий и древний дом Ланнистеров.
Серсея молча смотрела на меня. Конечно слова бредовые, но тут же, считай, средневековье и суеверия в самом расцвете сил, сами лорды зачастую допускают существование нечистой силы. Плюс, я приплел сюда именно Ланнистеров, хотя по идее я Баратеон и прийти ко мне должны были легендарные Штормовые короли. Но Серсея не в курсе, что я знаю то, что я никакой не Баратеон, а чистокровный выродок близнецов-Ланнистеров.
— Сон длился будто бы целую вечность и я проснулся словно другим человеком. — продолжил я.
Воцарилось молчание. Я видел, что Серсея мне поверила, а вот Тирион нет.
— Думаю, заседание можно объявить закрытым.
Серсея и Тирион встали и стали расходиться. В дверях я нагнал Тириона и, поравнявшись с ним, обратился к нему:
— Дядя, как насчёт пропустить стаканчик вина за обсуждением трактата мейстера Янделя?
Тирион прищурился и посмотрел на меня.
— Дорогой племянничек, думаешь я поверю в эту байку рассказанную моей сестре?
Понятно, значит надо его убедить.
— Ну знаешь ли, она скорее поверит в это, чем в то, что я давно уже притворялся и играл маленького садиста, ведь с дурака спроса нет, — брови Тириона поползли вверх. — Это было необходимо тогда, но сейчас, когда король Роберт скончался, да хранят его боги, пора сбросить маску.
Это объяснение, кажется, показалось дяде более логичным и правдивым. В конце концов, игра на публику и ношение масок для здешней аристократии дело привычное и обыденное.
Тирион минуту молча шёл, о чём-то раздумывая. И, остановившись, сказал:
— Хорошо, Джоффри, у меня как раз припасено три кувшина отборного вина для этого случая.
Глава 5.
Я с трудом разлепил веки.
Где я? Неужели это был дурной сон? Ну, слава богу…
Лишь встав с кушетки, я понял, что размечтался, и я всё еще нахожусь в поганце Джоффри. Почему так раскалывается голова? И пить хочется… И почему я с трудом вспоминаю вчерашнее?
Оглядев помещение, я нашел ответы на свои вопросы. Кругом валялись осколки от разбитых кувшинов и пустые бокалы. На столе же лежал внушительных размеров талмуд, в котором нецензурной руганью были исписаны некоторые страницы.
Подойдя ближе, я прочитал «Лжвый Яндль нчего не знте о дрконах». Так, почерк явно принадлежит Тириону.
Кажется, я что-то припоминаю…
Мы вчера упились с ним в хлам, играя в игру «Кто кого перепьет». Изначально у нас было три кувшина вина и весьма спорный труд мейстера Янделя «О драконах». Затем к этому всему прибавилось еще два кувшина, которые приносил испуганный слуга.
А потом мы вместе с Тирионом вслух читали книгу и выяснилось, что этот мейстер ничегошеньки не знает о драконах, по словам Тириона который очень много времени посвятил изучению этой темы.
Ну действительно, заслуживает ли уважения научная работа где сказано, что пламя дракона это есть газы, которые дракон испускает через рот (почему не через другое место книга молчит).
Вот Тирион и решил, изрисовав ни в чем не повинную бумагу, отомстить непутевому мейстеру, который очернил его светлые детские мысли о драконах.
Вдруг раздался страшный и громогласный звук, заставивший меня схватиться за отсутствующий меч на поясе.
В шагах пяти от меня, на полу, лежало нечто и громко храпело.
Я медленно, осторожной поступью, приблизился к неопознанному объекту.
Объект всхрапнул, медленно встал и потянулся, издав при этом протяжный зевок.
Почесав пузо, он поднял с пола уцелевший кувшин и, выпив остатки, довольно крякнул.
— Да уж, неплохо мы вчера погуляли, Джофф, — сказал объект, оказавшийся Тирионом. — может самое время опохмелиться?
Я разделял его мысли и открыв дверь крикнул слугу. Через минуту он прибежал.
— Чего изволите, ваша светлость? — пугливо спросил тот, поклонившись.
— Огурцов соленных бы… — ляпнул я.
Слуга вытаращился на меня как на белого ходока. Я понял, что тут огурцы не солят. Вот ведь дикость!
— Ах, с похмелья ляпнул! Кувшин вина подай. — сказал я и слуга умчался выполнять приказ.
Тирион сел на кресло и перелистывал страницы несчастной книжки.
— Ну ты шутник, конечно, Джофф. Соленые огурцы, попойка с человеком, которого прозвали Бесом, подбивание его поглумиться над единственным экземпляром спорного, но все-таки труда «О драконах».