Попаданцы
Шрифт:
Совещание состоялось вечером в "избушке без окон, без дверей" как Иванов окрестил комнату Ильи, узнав, что Мария делает её полностью непроницаемой извне. Собрались вчетвером - Илья с Андреем, Мария и Горшечкин, который согласился помочь им бежать при условии, что его берут с собой. Лиза, которая, к радости Иванова, без каких-либо уговоров согласилась покинуть ЭКОР вместе с ними, отсутствовала - Кеша вызвал её на очередной доклад.
Пятым участником совещания, который появился последним, материализовавшись у закрытой изнутри на защёлку входной двери, был отец Марии - Георгий Фомич Канин. Вернее то, чем он теперь стал. Полупрозрачный силуэт Канина, почти двухметрового
Как только странная фигура показалась в комнате, все растерялись - как к нему обращаться? По имени-отчеству - язык не поворачивался, по фамилии - ни господин Канин, ни товарищ, ни гражданин к тому силуэту, который возник из ничего у них перед глазами, тоже не подходило.
Выручил сам Канин. Он сразу понял их замешательство и предложил называть его Бастардом.
– Так переводится фамилия "Канин" с санскрита - пояснил он.
– Причём здесь санскрит?..
– недоуменно подумал Илья но, вспомнив о небывалых способностях приёмного отца Марии, приказал себе вообще ни о чём не думать. Однако тут же услышал мысленный ответ Канина:
– Санскрит довольно близок к языку моих... давних предков.
– Если на иностранном "бастард" звучит облагорожено, то по-русски это... "выродок", - покраснев, заметил Горшечкин, не посмев назвать ещё один, не совсем цензурный, но довольно часто употребляемый перевод этого слова - "ублюдок".
– Неудобно, ей-богу! Давайте мы вас как-то иначе назовём - Джинном, например.
– Это почему же?
– раздался в ответ телепатический смешок Канина.
– В Коране говорится, что джинны созданы из огня без дыма, в отличие от ангелов, которых создали из света. Если верить Исламу - первыми, ещё до появления рода человеческого, на Земле жили джинны. Арабское слово "джинн" происходит от "джанна" - прятаться или скрываться. Некоторые считают, что джинны и сейчас обитают параллельно с людьми и очень похожи на нас: едят, пьют, женятся, заводят детей и умирают. Хотя живут они гораздо дольше человека. Они многое умеют. Совсем как вы! Например, принять любой облик человека, животного, растения. Джинны могут летать и быть невидимыми, овладевать разумом и телами других созданий. До прихода Аллаха джинны могли подниматься к седьмому небу и подслушивать разговоры ангелов о событиях будущего. Но потом ангелы стали более тщательно охранять небеса. Если взглянуть на летнее ночное небо, можно увидеть фонтан падающих звезд - это ангелы гонят джиннов...
Иванову надоело слушать лекцию о несуществующих джиннах, тем более что надо было как-то определяться с "джинном" настоящим, и он бесцеремонно прервал тираду Горшечкина:
– Ну, ладно, мы уже поняли, что ты об этих джиннах всё знаешь.
– А я компьютерную игру про них писал пару лет назад - занятная вещица получилась, - ещё более оживился Горшечкин.
– Могу ссылочку дать... Там такая тема закрученная! Один из джиннов по имени Иблис был вхож в окружение ангелов. А потом он поднял восстание и превратился в Сатану. Кстати, джинны бывают разными: ифрит, гуль, силат, марид. Каким из них вас называть? Гуль отпадает - это джинны женского пола. Может, Ифритом? Ифриты самые могущественные.
"Вот зануда!
– раздражённо подумал про Серёгу
– А ещё вместе в бега двинем. Он же в дороге все мозги высушит и вые..." - майор оборвал мысленную фразу на полуслове и косо посмотрел на зловеще переливающуюся красным двухметровую фигуру Канина.
– Зовите меня Дассан, - ментально предложил Канин, положив конец ликбезу Горшечкина и негодованию Иванова.
К обсуждению побега предлагалась единственная версия - через забор в месте складирования катушек с дефектным кабелем. День и час побега были также определены вполне конкретно: пятница, начало девятого вечера - именно в пятницу в двадцать ноль-ноль Сергей Горшечкин заступал на смену. Все остальные моменты требовалось обсудить весьма подробно.
Горшечкин оседлал стул, перевернув спинкой к себе. Его веснушчатое лицо порозовело, а белёсые брови приобрели красноватый оттенок.
– Придержать на экранах видеокартинки с трёх камер - с двух ближайших, что на стойках ограждения периметра и с одной, установленной на тополе - технически проще пареной репы, - с некоторой беспечностью, объясняемой отличным знанием вопроса, заявил он.
– Я их дистанционно отключу на полчасика, а потом они сами - автоматически - включатся, и запись продолжится в режиме текущего времени.
– А что будет показывать таймер на мониторе в течение того получаса, что камеры будут отключены?
– Да что надо, то и покажет. Я в технические вопросы вдаваться не буду, вам оно надо?
Все участники совещания дружно покрутили головами.
– Я к чему разговор веду, - продолжил Сергей.
– В плане того, что наш побег не будет зафиксирован техникой видеоконтроля - это без проблем. Проблема в другом. Даже две проблемы. На дежурстве за камерами наблюдения постоянно находятся два человека. Пятница - моя смена и Мишки Мызина. Со мной всё понятно, а что с Мишкой будет? Мы с ним не то, чтобы друзья, но как-никак... вместе работаем. Вы его что - убивать собираетесь? Извините, но я в такие игры не играю! Одно дело - побег, а совсем другое - физическая расправа.
Закончив свой монолог, Горшечкин с вызовом посмотрел на Репина, а тот почему-то - на Марию. Но не с вызовом, а растерянно.
– А кто говорит об убийстве?
– усмехнувшись, промурлыкала девушка.
– Есть много способов временно лишить человека активности. Например, усыпить.
– Снотворного в кофе подсыпать, что ли?
– хмыкнул Горшечкин.
– Обойдёмся без снотворного. Я тебе помогу, Серёжа. В оговорённое время ты мне откроешь дверь в дежурку, я войду и погружу твоего напарника в гипнотический сон. Он проспит до утра и при этом отлично выспится. Здоровый сон и никакого кровопролития.
– Ну...
– Сергей пожал рыхлыми плечами.
– Ты говорил, что видишь две проблемы, - напомнил ему Репин.
– Две?.. Ах, да. Я, наверное, неточно выразился. Вторая - это не проблема, а скорее вопрос... Допустим, всё у нас удастся: я отключу камеры, Мария... усыпит Мызина, мы удерём... Правда, боюсь, у меня не получится через забор... я видите ли несколько грузноват...
– Ничего, - успокоил Горшечкина майор.
– Я тебя в жопу подтолкну, а наверху тебя Репин примет.
– А потом?
– А потом я перелезу и уже на земле тебя приму.
– Иванов со смехом добавил: - Не ссы карбидом, парень, не делай пыли. А и уроню, так насмерть не разобьёшься - там земелька мягкая и травка растёт.
– Откуда ты знаешь?
– заметил Илья.
– Ну не асфальт же!
– Это да...
– вздохнул толстый компьютерщик.
– Это как-нибудь... Но мы отвлеклись, однако. Я хотел об Иннокентии Ивановиче спросить.
– А что Иннокентий Иванович?
– обеспокоено спросили Андрей и Илья в один голос.