Понравиться леди
Шрифт:
— Вы просто задержаны ради вашей же безопасности, пока мы не найдем… э…
— Робби Карра? Или это имя застряло у вас в горле, Джеймс? Вот уж не думала, что и вас терзают угрызения совести!
Ее глаза сверкнули горячим негодованием, заставившим Куинсберри немного помечтать о пылкости иного рода. Не знай он точно, что Роксана не испытывает к нему ничего, кроме отвращения, не постеснялся бы предложить ей себя. Но прелестная графиня пользовалась счастливой возможностью с самой юности выбирать себе любовников по собственному вкусу.
— Значение угрызений совести сильно переоценено, дорогая. При таком неудачном выборе любовников вам следовало бы это знать.
— Я выбираю любовников за их умение ублажить меня. Не за размер кошелька. А это означает, что у вас нет ни малейшей надежды.
— Поберегитесь, дорогая! Как бы грубость подобного рода не поставила под удар ваше будущее!
— К счастью, у меня отныне новый покровитель в лице Аргайлла. Его интерес — вполне достаточная защита от ваших угроз. Или вы снова в милости у королевы? — непочтительно осведомилась Роксана.
Куинсберри с усталым вздохом поднялся; расстроенный неудачной попыткой поимки молодого Карра, он был не склонен обмениваться оскорблениями с женщиной.
— Позвольте все же предостеречь вас, дорогая. Я всегда добиваюсь цели, как это достаточно быстро поймет Аргайлл. Наш молодой генерал — новичок в игре, которую ведет. Поэтому предлагаю оставаться в доме до тех пор, пока не разрешу вам выезжать. Надеюсь, вам ясно?
— Посмотрим, будут ли так же ясны герцогу ваши приказания — кажется, мы встречаемся сегодня на званом вечере у Кэтрин.
— В таком случае желаю Аргайллу получить от вас как можно больше удовольствия. Если, разумеется, вы уже заключили с ним сделку. Помните, дорогая, он умеет вести переговоры и добивается всего, чего захочет. Свидетельством этому служит мое присутствие в Шотландии, несмотря на яростные протесты королевы. Так что не продавайте себя слишком дешево, иначе ваш возлюбленный Карр будет вынужден вызвать на дуэль Аргайлла, чтобы защитить вашу честь.
Он с язвительной улыбкой поклонился и шагнул к двери.
— Вам повезло подцепить такого блестящего поклонника, как Аргайлл! — мягко добавил Куинсберри на прощание. — По крайней мере он не закончит свои дни на виселице.
С этими словами он вышел из комнаты, оставив за собой грубую реальность своих угроз. Куинсберри умел сыграть на уязвимости противника — в этом был его величайший талант.
Этим же утром он встретился с герцогом Аргайллом, которому рассказал о событиях минувшей ночи.
— Вам следовало бы уведомить меня, прежде чем вламываться в спальню графини, — холодно заметил Аргайлл. — Вы превысили свои полномочия.
— Время было дорого, милорд комиссар. Получив послание Агнес Эрскин, я не мог медлить. И хотя мы действовали без промедления, ее любовник все равно
— Уверены, что он там был?
— Графиня держала один из его пистолетов. Карры предпочитают оружие работы венецианских мастеров — легко узнаваемая метка их владения. И он оставил свои перчатки. — Куинсберри швырнул на стол перчатки. — Флорентийские, как видите. Для Карров — все самое лучшее.
— Позор, что у вас не нашлось достаточно солдат, чтобы окружить дом, — пренебрежительно бросил герцог. — Беда кроется в том, что у вас мало военного опыта.
Проглотив унизительный упрек и ни словом не возразив, поскольку нуждался в сотрудничестве с Аргайллом, Куинсберри стал беззастенчиво льстить:
— Я склоняюсь перед вашим боевым опытом, милорд. Как думаете, может, следует организовать поиски Карра? Его поимка станет пышным пером в вашей шляпе, милорд комиссар!
— Сомневаюсь, что поимка Робби Карра повлияет на переговоры о заключении англо-шотландской унии, — резко возразил герцог, едва скрывавший раздражение.
Аргайлл прекрасно понимал, почему Куинсберри так хотел смерти Карров. Но его личные распри не имели ничего общего с приказами королевы Анны и ее министров.
— Предпочитаю не нагружать моих солдат лишними обязанностями. У них и без того полно дел, — категорично заключил он.
— Да, милорд, — пробормотал Куинсберри, тщательно скрывая ярость. Что стоит за поведением Аргайлла: стремление намеренно пренебречь им или нежелание расстраивать прекрасную графиню Килмарнок? — Однако при подобных обстоятельствах, учитывая, что Карр может… э… снова навестить графиню, я посчитал нужным посадить ее под домашний арест.
Куинсберри намеревался просветить Аргайлла относительно отношений его соперника и Роксаны.
— Что? Что вы сделали?! — рявкнул Аргайлл, не допускавший, когда оспаривали его власть как комиссара, тем более что это было первым пунктом в его договоре с королевой.
— Я посчитал это необходимым, милорд, — повторил Куинсберри, самолюбие которого было сильно задето тем, что человек с его политическим опытом вынужден подчиняться какому-то юнцу. Однако он спрятал гнев за льстивой улыбкой и почтительно наклонил голову. — По крайней мере до тех пор, пока вы не вынесете решения.
— Я не собираюсь превращать эту страну в патрулируемый лагерь, Куинсберри. Желания королевы и моя миссия будут выполнены с куда большим тактом. А если вы собираетесь осуществить личную месть Каррам, будьте добры делать это, не используя солдат королевы. Надеюсь, мы поняли друг друга?
— Да, милорд.
Хотя его голос ничего не выражал, на висках Куинсберри проступили вены: он явно был вне себя.
— Я навещу графиню и извинюсь за ваши действия, — продолжал Аргайлл, вполне понимая гнев Куинсберри, но ничуть не тронутый интригами прожженного политика. — На будущее позаботьтесь посоветоваться со мной, прежде чем предпринимать… подобные шаги. Доброго дня.