Пономарь
Шрифт:
– Я сам с таким сталкиваюсь только второй раз. Помнишь, я твоего недруга зондировал.
– Но ты же что-то там увидел!
– Ага. Кармические связи общего типа. Такое ты и сам мог бы рассмотреть. Но конкретики-то я не нашел. В общем так, я над этим помедитирую. Ты тоже. Потом сравним.
– Договорились. А теперь, что мне с женой делать?
– Идеально было бы сделать гемосорбцию. Кровь почистить.
– Это можно. В Кащенко есть у меня знакомый в наркологическом корпусе.
– Хорошо.
Игорь Сергеевич развел руками:
– Со скрипом.
– Операции на мозге проводил?
– Да.
– Гипнозу я сам тебя учил. Так что, давай действовать.
Работа в паре с Виктором Анатольевичем Дарофееву была приятна. Разин всегда брал на себя ведущую роль и Игорю Сергеевичу оставалось лишь следовать его указаниям. Такое положение дел, создавало иллюзию, что всю ответственность за происходящее берет на себя ведущий. Пономарь же брать на себя ответственность за пациентов не любил, хотя и признавал, что целитель это обязан делать.
– Начали. Сказал Разин. – Снхронизируем дыхание.
– Готово.
– Выходим. Что видишь?
– Зеленый.
– Давай выше. Не отставай.
– Мы в космосе.
– Видишь меня?
– Да.
– Подлетай ближе и меньше “Я”.
– Так хватит?
– Можно и посильнее, но сгодится. Теперь ищем Лизу.
– Так, вот она.
– Теперь я делаю развертку по архетипам. Как ощущения?
– Вижу лизино пространство. Оно ограничено.
– Каждая точка – вариация ее индивидуальности.
– Принял.
– Теперь ищем ее путь.
– Нашел линию использованных личностей.
– Это он. Она сейчас – точка на конце.
– Как ее вбок занесло!
– Вот это сейчас и будем исправлять. Не вываливайся на эмоции! Спокойнее.
– Хорошо.
– Смотри. Выходим на векторное поле архетипических градиентов развития. Не теряйся.
– Я здесь. Вижу пересеченную местность. Лиза в овраге.
– Заметь, она движется под уклон.
– Вижу.
– Наша задача – вывести ее за этот гребень.
– Что он означает?
– Условная граница между здоровым и больным.
– Понял. Что делаем?
– Резко менять нельзя. Небольшой импульс, чтобы ее траектория повернула на несколько градусов к здоровью.
– Вижу. Начала карабкаться на склон.
– Ты понял? Такие импульсы надо давать регулярно. Раз в час.
– А чаще?
– Слишком резкая перестройка. Нехорошо. Теперь вторая часть. Ищем место, куда она должна прийти.
– Характеристики?
– Выбирай сам. Какой она была или какой ты ее хочешь видеть.
– Хотелось бы, чтоб она вернулась к занятиями энергетикой...
– Тогда
– Ну, на вершину ей не надо, а вот сюда...
– Хорошо. Запомнил эту точку. Теперь сканируй.
– Готово.
– У тебя должен получиться отпечаток личности. Наложим его на “Лизу-сейчас”.
– Взаимодействие прошло.
– Изменения?
– Повысилась активность.
– Прекрасно. Вываливаемся отсюда.
Они одновременно открыли глаза и посмотрели друг на друга.
– Да, – Вздохнул Игорь Сергеевич. – Тяжеловато с непривычки.
Разин только улыбнулся.
Посмотрев на Елизавету Игнатьевну, Дарофеев обнаружил, что ее уже не трясет. Дыхание, хотя и осталось поверхностным, было более спокойным. Лишь бледность осталась такой же, как до сеанса.
– Ты пока передохни. – Посоветовал Виктор Анатольевич. – А я ее мозгом займусь.
– А ты не устал?
– Не беспокойся, меня еще надолго хватит!
Оставив друга и учителя заниматься с женой, Пономарь вышел в гостиную. Присев около телефона, он собрался и набрал номер Синельникова.
– Капитан Дроздов. Ответили на том конце.
– Это Дарофеев...
– Здравствуйте, Игорь Сергеевич.
– Здравствуйте.
Испытывая неловкость, целитель несколько секунд молчал.
– У нас уже приказ повесили. Посмертно наградить капитана Синельникова орденом “Красной звезды”. Вдруг сказал Петр Никитович.
– Все из-за меня... Понуро проговорил Игорь Сергеевич. – А каким он был замечательным другом...
– Не вините вы так себя! Кто ж мог знать, что эти подонки наблюдение выставили?
– Я! Я должен был знать!
И они опять замолчали.
– Вот, что я хочу сказать, – Вздохнув начал Дарофеев. – Эти же люди убили Марину Игнатенко. Подругу моей жены.
– Да. Я знаю. – Петр Никитович кашлянул и продолжил, – Я читал ночную сводку, но никак не решался позвонить.
– Записывайте их приметы...
И Пономарь продиктовал капитану описание марининых убийц. Внимательно выслушав, Дроздов в недоумении хмыкнул.
– Что-то не так? – Поинтересовался Игорь Сергеевич.
– Их уже нашли.
– Как? Искренне удивился Дарофеев.
– На двадцать шестом километре Щелковской трассы была авария. Погибли трое. Два человека обгорели до неузнаваемости, а третьего выбросило взрывом. По описанию, это один из тех, о ком вы рассказали. И на руке у него наколка. Рыбка.
– Есть все-таки Высшая справедливость! Воскликнул целитель.
– Да, но это же только исполнители. Вероятно, их просто убрали, заминировав машину. А заказчик – ходит на свободе!
– Но я же давал Коле список...