Шрифт:
Был поздний вечер. Луна висела над морем спинкой вниз, толстая и неуклюжая, как больная желтая лягушка. Черный контур близких гор был четким, как аппликация на фоне зеленоватого неба. Сезон еще не начался и людей в городе было немного. Вдоль всего пляжа расположились маленькие открытые кафе, некоторые из них уже работали круглосуточно. Играла электронная музыка.
Холодный ветер пах солью и йодом.
Вдруг послышался шум. Автомобиль, стоявший на набережной в смоляной тени старого платана, наклонился и поднялся на задние колеса. Гул нарастал.
Автомобиль перевернулся, легко отброшенный, будто спичечный
Из-за тени разглядеть детали было невозможно, но фигура двигалась и двигалась быстро, в то же время оставаясь на месте. Это движение напоминало бессмысленный неуклюжий, кошмарный танец.
По улице молча бежала женщина. Глаза, выпученные от ужаса, волосы, присыпанные мельчайшими красными искорками светящейся пыли, тело, светящееся едва видимым голубым контуром под прозрачным платьем – обычная ночная косметика курортного города. Женщина споткнулась, упала, поднялась и скрылась в переулке.
Фигура увеличивалась и гул становился слышнее. В приморском кафе выключили музыку и послышались крики. Вдруг задрожала почва. Почва плыла, уходила из-под ног. Ночные роботы-уборщики уже валялись на дорожках, проворачивая воздухе бесполезные колесики. Несколько автомобилей скользили вдоль наклонной набережной так, как будто она была ледяной. Люди бросились на улицу; и вдруг людей оказалось неожиданно много. Никто не понимал, что происходит, большинство кричали о землетрясении. Несколько человек успели снять это событие, но сьемки производились издалека, из нагорной части города. Электричество внизу, у моря, быстро отключилось и происходящее освещалось лишь светом луны и разноцветными ночными панелями трех приморских небоскребов. На пленке видно нечто огромное и округлое, вращающееся как волчок и при этом быстро растущее.
Когда фигура выросла размером с десятиэтажную гостиницу «Олимп», от нее начали отрываться куски и разлетаться во все стороны. Сама гостиница, стоявшая неподалеку, к этому моменту уже разрушилась, развалилась, превратилась в груду каменного мусора. Здания продолжали падать, хотя в верхней части города не было никаких толчков – лишь ухала земля и сотрясался воздух, когда падал очередной особняк или многоэтажный дом.
Кемпинг «Магнолия», пустой по причине внесезонья, стоял среди леса, на склоне. Из людей здесь был только сторож, который смотрел телевизор сидя на на скамейке, под гигантскими зонтичными рабинами. Сторож жевал пластинку симулятора вкуса. Телевизор в ту ночь был нестерпимо скучен и сторож включил генератор анекдотов. Минут через десять он задремал, усыпленный глупостью.
Вдруг он проснулся и вначале не понял, куда он попал. Телевизор молчал, тихо шуршали ночные роботы-уборщики, но фонари-контрольки, слабо освещавшие спортплощадку и терриротию за ней, теперь погасли. Над деревьями светили только звезды да еще небо со стороны моря подсвечивалось невидимой отсюда луной. В городе что-то происходило. Был слышен низкий гул, как будто гул очень большого двигателя, работающего на низких оборотах. Затем послышался удар, дважды отразившийся эхом от гор. От удара дрогнула земля. Сторож прислушался – с опозданием донесся длинный шипящий звук непонятной природы. Затем он услышал свист.
Это было похоже на метеор. Черный камень упал с небес,
От ладони веяло жаром; чтобы проверить, горячая ли она, сторож плюнул, но не попал, потом сходил за чашкой остывшего кофе и выплеснул бурду на метеорит.
Жидкость зашипела и превратилась в пар. В этот момент послышался тихий писк на очень высокой ноте и ладонь шевельнулась. Она пошевелилась еще раз, затем подпрыгнула и продолжала двигаться, переворачиваясь. Она начала расти и с каждой секундой росла все быстрее. Сейчас это уже была не ладонь, а просто бесформенный, быстро движущийся кусок камня. Сторож бросился бежать, но упал.
Он попытался встать и не смог, земля ушла у него из-под ног. С землей что-то происходило – на нее нельзя было опереться. Земля таяла, земля плыла, земля была жидкой и твердой одновременно. Сторож барахтался еще секунд пятнадцать, а затем его накрыла каменная волна.
Военные вертолеты появились над городом только через сорок минут. События развивались так быстро и так неожиданно, что военным просто никто не сообщил.
Несколько звонков на пограничную морскую базу были совершенно невразумительны: звонящие не могли объяснить, что происходит и чего они хотят. Наконец, военные всполошились и послали вертолет. Вертолет опустился слишком низко и был сбит электрическим разрядом. Местность внизу уже ни капли не напоминала город – это была каменная пустыня, пустыня огромных движущихся валунов. При этом камни оказались наэлектризованы. Разряд статического электричества желтой шипящей молнией ударил в вертолет и машина упала в море, которое кипело у берега в облаках пара. За первым вертолетом прибыли еще шесть.
К рассвету все успокоилось. Прошел небольшой дождь и, когда солнце поднялось над морем, его лучи окрасили рваные облачка пара в светло-розовый цвет. Пар поднимался над остывающими камнями, над тем местом, которое еще вчера было городом.
Полиция сработала оперативно: уже к утру был захвачен человек, звонивший, чтобы сообщить о теракте. Это был карлик ростом девяносто семь сантиметров.
Карлик имел голос, крикливый и будто птичий, и восточные черты лица.
По-английски он говорил без акцента. На следующий день задержали было еще двоих сообщников, но те успели проглотить яд. Карлик, очевидно глава этой маленькой группы, вел себя нагло и вызывающе. На допросе он плюнул полицейскому в лицо.
В результате его избили до полусмерти, точнее, до такого состояния, когда ни о каком дознании не могло быть и речи.
В тот же день пришел недвусмысленный приказ этим делом больше не заниматься. В газетах сообщили о локальном землетрясении, уничтожившем приморский городок. Свидетелей, видевших происходившее в ту ночь, осталось совсем немного: все жители городка и окрестностей покоились под двенадцатиметровым слоем камней. Карлик так и не пришел в себя. Его полумертвое тело погрузили в вертолет и отправили в неизвестном направлении.