Полюбить раздолбая
Шрифт:
— Федька! — проворчала она громко. — Что это ты так набрался на самом первом твоем корпоративе! Эх, молодо — зелено! Иди, возьми надувной матрас, поспи под березкой. Погодка — то просто отличная!
— Я…. Я…. Я вас люблю, Ксения! Я вас люблю! — продолжал тянуть губы Яхонтов. — Если и пойду на матрас, то только с вами! Только вы, я и матрасик! Пойдемте со мной на матрасик! Я пузырь…. Хм…. Бутылочку «Мартини» Захвачу!
Ветрова улыбнулась было, но тут случайно наткнулась на колючий взгляд коммерческого директора. Лицо Ксении сразу приобрело суровое
— Оставь меня в покое, Яхонтов! Мне и твоим коллегам по работе неприятно, что ты так напился на нашем празднике! Наша телекомпания — большая семья! А ты ее позоришь!
Федька Яхонтов умолк на время, переваривая информацию. Сначала Ветрова вроде бы с ним кокетничала, а теперь гонит прочь и совершенно к нему холодна.
— Ты хотишь сказать, Ксения, что в семье не без урода? — икнул стажер достаточно вульгарно, — И…. И…. Это я, что ли, этот урод?
Ветрова вновь прострелила взглядом пространство и увидела, что начальник на них теперь не смотрит, а занялся своим Ipad. Бухгалтерша повернулась к нетрезвому воздыхателю и уже по — доброму предупредила:
— Да нет, Федька, никакой ты не урод! Но ты явно перебрал «Мартини». Иди, поспи, Федька, на матрасике. Видел, как недовольно уже на тебя Алмазов смотрит? Не буди лихо! Проспись! Ты же на испытательном сроке!
— Алмазов! Алмазов! — пьяно прорычал юноша, — Зануда он, этот Алмазов! Зануда…
— Тише ты! — шикнула на него Ксения. — Услышит и уволит! Иди лучше поспи, Федька! Прошу тебя.
— Просишь? — икнул Яхонтов.
— Прошу.
— Эх…. Ладно. Иду спать. А то мутит что — то.
— Вот и умничка! Отдохни на матраце, и мы с тобой переговорим.
Яхонтов встал, шатаясь, двинулся к палаткам, у которых лежали прижатые грузом уже надутые воздухом матрасы, взял один из них и поволок его в лесную чащу. При этом парня основательно качало из стороны в сторону, а матрац постоянно выскальзывал из рук.
— Иди ко мне, мой надувной дружок! — пьяно бормотал стажер. — Девушки живой у нас нема. Ксюха меня не ласкает. Даже резиновой, надувной женщины нет. Пойдем с тобой, мой воздушный дружок!
Анжела Токарева и Герман Алмазов наблюдали за спиной стажера, исчезающей между веток и стволов деревьев.
— Не рассчитал со спиртным юноша! Не рассчитал! — прокомментировала молодая женщина поведение стажера. — Молодой еще, нормы своей не знает!
— А должен бы знать! — сдвинул брови Алмазов, — По правилам — должен знать!
— А ты разве в его возрасте так не напивался, не зная своей дозы? — выдохнула Анжела.
— Было дело. Но только один раз. Мне потом так плохо было, что запомнил этот урок надолго.
— Может и у Феди так же получится, — Анжела подняла веточку с земли и стала рассматривать ее на ладони.
— Посмотрим! — уклончиво пробасил Герман Тимофеевич. Он внимательно обвел взглядом молодую женщину и аккуратно положил свою ладонь ей на запястье. — Ты подумала над моим предложением, Анжела?
Токарева застыла на мгновение, но руку мужчины
— Мне нужно еще время, Герман.
— И сколько тебе его нужно?! — с каменным лицом коммерческий директор телеканала «Мир вокруг нас» и убрал руку.
— Хм…Не торопи события. Не знаю.
— Ты что, меня мало знаешь? Ты во мне сомневаешься? Что тебя беспокоит?
Токарева замялась. Она чувствовала некий дискомфорт всякий раз, когда кто — то торопил ее с принятием решения. Алмазов по привычке давил на людей, а сейчас и на нее. Пусть и мягко в ее случае, но — давил. «-Он, вроде бы, мужчина видный. Мне нравится. Успешный, физически крепкий, стабильный и предсказуемый», — думала на досуге Токарева, — «-Но вот это стремление подчинить себе все и всех, занудство, жизнь только по правилам — это утомляет».
— У тебя появился кто — то другой? — услышала она очередной вопрос и вздрогнула.
Этот жест не остался незамеченным собеседником. Молодая женщина молчала, так как сей вопрос застал ее врасплох. Она мельком просканировала лицо мужчины и не увидела на нем никаких эмоций. Алмазов задал вопрос и хотел получить на него исчерпывающий ответ. Токаревой вдруг так захотелось разбить это непроницаемое, каменное лицо правдой. Она вобрала в легкие побольше воздуха в легкие и…ничего не произнесла, так как нагрянули нежданные гости.
— Так-с! Что это тут у нас? В нашем лесу тусовка! И без нас! — чей — то громкий хмельной голос прервал разговор Токаревой с Алмазовым.
Все участники корпоратива разом обернулись на этот бас, прорезавший теплый лесной воздух с веселой трелью птичек. Семеро парней в возрасте примерно от шестнадцати до двадцати пяти лет, явно деревенские, с хищным выражением лиц стояли шеренгой на окраине поляны, где расположились отдыхающие сотрудники телекомпании «Мир вокруг нас». Бас принадлежал самому старшему из них, долговязому, с неприятным лицом. Он держал в левой руке огромную бутыль литров на пять — семь с несколько мутноватой жидкостью. Судя по тому, что бутыль уже ополовинили, незваные гости изрядно приняли «на грудь» этого подозрительного напитка.
Алмазов молниеносно прикинул расклад сил в случае возможного, а вернее, весьма вероятного конфликта. Всего на загородный пикник выехало двадцать два сотрудника. Коллектив и так преимущественно состоит из женщин. Мужчины более пассивны в деле поддержания и организации корпоративов и совместных походов. Так получилось и на этот раз: восемь мужчин, четырнадцать женщин. Из восьми ребят двое — Федя Яхонтов и курьер офиса Коля, перебрали «Мартини», на солнышке их разморило, и они отчалили «баиньки» на матрасах. Два компьютерщика — Олег Симонов и Василий Прогин — тщедушные на вид ребята, оба очкарики. В расчет их брать сложно. Остается четверо, включая его самого. Против семерых молодых и, надо признать, плечистых парней, правда, уже расслабленных от, очевидно, самодельного спиртного. «-Расклад сил вполне терпимый» — выдал мозг результат анализа сложившейся обстановки.