Полюбить ковбоя

Райкер Ли

Поставив грузовик в тень клена у заднего крыльца, мужчины, болтая, смеясь и по очереди шлепая друг друга по плечам и по спине, неторопливо поднялись по ступенькам в бело-голубую кухню ранчо, и Люк замер на пороге.

– Чем это так пахнет?

– Не навозом, – заверил его Денни.

Раскрасневшаяся у плиты, босая, в клетчатой блузке и джинсах, непреднамеренно подчеркивавших ее красивые, по-молодому стройные бедра, Мег нагнулась к духовке, вытащила противень с пирогом и поставила его на мраморную подставку остывать на рабочем столе.

– Мама,

оторвись от плиты, у нас гость. Познакомься с моим партнером Люком Хастингсом.

Мег выпрямилась и обернулась, а Люк стянул с головы свой черный стетсон и откинул с глаз темно-русые волосы, при этом стало видно, как у него внезапно покраснел затылок.

– Доброе утро, мадам. Я столько слышал о ваших пирогах, что решил сам взглянуть на них.

– Ну, пирог существует не только для того, чтобы на него смотреть. – Она кивнула на кухонный стол, еще засыпанный мукой. – Добро пожаловать, Люк, садитесь. И ты, Денни, садись, я отрежу вам по кусочку.

– Или по три, – подсказал Денни, вытирая стол.

Последний ее пирог с черникой еще не остыл, поэтому Мег отрезала каждому из них по большущему куску испеченного вчера вечером пирога с клубникой и ревенем; Денни его не очень любил, но Люк, очевидно, был непривередлив и набросился на свою порцию со всем энтузиазмом человека, многие годы не знавшего домашней еды. За десять дней Денни забыл, что сам когда-то был так же голоден, а сейчас он чувствовал, что здорово располнел, и это явилось еще одной причиной, по которой он взялся ремонтировать изгородь.

Мег к ним не присоединилась, а принялась скрести миску из нержавеющей стали, которая служила ей для замешивания теста, очищать мерные ложки и полукруглую кондитерскую лопатку, которой рубила жир, добавляемый в муку, и, проверив по очереди все предметы, тихо выругалась и взялась перемывать все еще раз.

– Мама, сядь.

Она повернулась и пригвоздила Люка тем строгим взглядом, которым смотрела на Денни, когда он был мальчишкой, считая, очевидно, приятеля сына источником всех неприятностей.

– Полагаю, это означает, что вы оба скоро уедете.

– У нас есть еще в запасе день-другой, – постарался успокоить ее Денни.

Люк уставился на друга, его вилка застыла в воздухе, и из пирога на стол посыпалась начинка.

– Брось это, иначе можешь повесить свое снаряжение до следующего сезона. Мы…

– Я сделаю несколько звонков и выясню, как обстоят дела. До Ларами мы доберемся за десять часов, так что можно остаться до пятницы, – возразил ему Денни. – Ты можешь помочь мне отремонтировать изгородь. Мы с Эрин расклеили объявления о работе, и к ней уже приходили несколько человек на переговоры, но сегодня днем я еще нужен ей в магазине. – Люк в изумлении таращился на него, а Денни подтащил к себе по столу противень с пирогом и бросил еще один кусок на тарелку Люку, как бы предлагая ему закрыть рот. – До пятницы, – повторил он. – Куда спешить?

Значит, он пропустит еще один раунд, но все же попадет туда на уик-энд.

– Тогда

я должен договориться о замене. Я всего лишь тореадор, – буркнул Люк своему пирогу. – Что я понимаю?

Последние аргументы Денни совсем не убедили ее, но Эрин просто не хотелось, чтобы он донимал ее. Что он понимает в торговом бизнесе? – рассуждала она про себя, прислонившись к торговому прилавку и скрестив руки. На протяжении шести лет она вела его самостоятельно, а в Суитуотере даже небольшую прибыль можно считать удачей. Она не признавалась во всеуслышание в том, что сомневается, получит ли в этом месяце хоть какую-то прибыль. Но Денни вряд ли сможет помочь ей наладить бизнес.

– Дело не в Суитуотере, – сказал Денни, ставя на полку консервированную зеленую фасоль. – Возможно, город уже пережил свой расцвет, но здесь всегда будет достаточно людей, которым нужны продукты. Мясная промышленность возродится, но для меня и Кена слишком поздно использовать это в своих интересах, впрочем, его, похоже, устраивает то, чем он занимается, да и меня тоже. – Он сделал паузу, давая возможность сказанному дойти до ее сознания и повторил: – Дело не в городе, Эрин.

– Тогда в чем же?

Почему Люк не увезет его отсюда? По ее мнению, Денни прекрасно разбирался в родео и умел флиртовать – периодически – и все. Для себя Эрин уже наметила взять на работу пожилую женщину, с которой разговаривала накануне. Или рискнуть еще раз и опять взять подростка?

– Во-первых, – Денни посмотрел на окна, – эти занавески. – Он разглядывал их, и его губы складывались в ехидную усмешку, ставшую для него обычной с тех пор, как она выгнала Джейсона Баркера и он стал работать – временно – вместо юноши.

– Мои занавески, – нахмурилась Эрин, так как полагала, что Денни вообще не обращал внимания на такие мелочи, как занавески; она позволила себе потратиться на материал и сама сшила их с помощью Мег.

– Ну да, эти штуки в мелкие цветочки. – Денни указал на занавески с зелено-голубым рисунком, отделанные кружевом и украшавшие оконные витрины. Его взгляд задержался на висячих растениях в витрине, но, посмотрев в лицо Эрин, Денни решил, что лучше не упоминать о них, и, вспомнив о двух больших консервных банках, которые все еще держал в руках, быстро поставил их на полку.

– А чем плоха «Лаура Эшли»?

– Совсем не плоха. – Он аккуратно переставлял банки с фасолью, стараясь выстроить их по краю застеленной бумагой полки. – «Лаура Эшли» чертовски хорошая ткань, самая лучшая из всех, что я видел, но здешняя публика…

– Владельцы ранчо, – уточнила Эрин.

Денни обернулся и сквозь стекло входной двери увидел, как подъехал пикап и двое молодых людей в рабочей одежде выпрыгнули из него через задний откидной борт.

– Они приходят сюда, и им кажется, что они случайно оказались в небольшой уютной гостиной или в каком-то салоне и ожидают, что сейчас кто-то появится из полумрака и предложит сделать им маникюр.