Полюби меня такой
Шрифт:
— Громов, ты придурок бесчувственный!
Не собиралась больше к нему лезть. Решила дать возможность остыть этому пыхтящему паровозу. Больше не говоря ни слова, пошла в комнату, оделась, вышла, чмокнула Тима в щеку и удалилась.
— От лица Германа ~
Стою и слышу как защелкивается на тугой замок входная дверь. Лишь на минуту я думаю что я ей нужен, как она доказывает обратное. По первому зову срывается к своему недоженешку. О чем здесь ещё говорить, когда у неё на первом месте всегда стоит он. Стеклянная чашка которую я держал в руках, с дребезгом лопнула в моих руках, а
— И что это было сейчас?
— Блять!
Матерюсь и только сейчас замечаю один осколок зажатый между пальцами. Но я не ощущаю боли. Плевать! Душа саднит больнее.
— Нормальная такая ревность, кто-то конкретно влип.
— По полной, но сука! Как же бесит, что по каждому его звонку, она срывается и едет к нему.
Сука! От своего же бешенства наорал на нее, обидел… Придурок блять! Стряхиваю острый осколок разбитой чашки и пытаюсь под краном промыть сочащуюся кровь. Да и бок сразу начинает болеть. Что это твою мать?! Что за фантомная боль. Как только её не становится рядом, этот долбанный порез адски пульсирует. Впиталась в мою кожу, залезла под самые вены. Как вылечится от этого убийственного вируса?! Где искать это противоядие.
— Ну, так он же жених.
— Охуенная поддержка с твоей стороны!
Пытаюсь скрыть эту боль под маской безразличия. Что я ей сейчас хотел доказать, что буду жить, но жить без нее, как и она без меня? Только сделал хуже.
— А чего ты хотел? Что она бросит его и будет с тобой иногда встречаться, в перерывах между Соней?
— Все! Закрыли тему.
— Брат, послушай, она мне конечно очень нравится, но у тебя скоро будет ребенок, это не совсем правильно по отношению к Соне. Определись окончательно.
— Знаю я. Но ничего не могу сделать, просто люблю ее.
Ho она раз за разом расхерачивала моё сердце на мелкие осколки, не понимаю, почему это все называют разбитым сердцем, полное чувство того, что все кости внутри сломаны.
— Улька тоже любит, это видно. Но вам не быть вместе… Уже…
Тим подошел сзади, по-братски сжимая моё плечо. Закрываю кран и со всей дури луплю обеими рукам по столешнице, а алая _кровь хлыщет новым безостановочным потоком.
— Харэ себя колечить!
— Малой, не лезь! Нашелся проповедник сопливый.
— Как она вообще у тебя оказалась?
Тим берет небольшое полотенце и передает мне в руки, обвязываю руку в тугую повязку и опускаюсь на пол, прислоняясь спиной к нижним шкафам кухонного гарнитура.
— Ночью в драбадан приехала, в рупор орала на весь двор.
— Где только взяла его ночью?
— Знаешь, как-то не успел спросить, не до этого нам было..
— Ну да, ночью-то, разговоры вести, ишь я чего удумал.
— Лучше же потрахаться, причём, очевидно что всю ночь, а на утро прогнать ту, без которой подыхаешь как надоедливую шлюху.
Тим садится рядом на пол. Между нами царит немая тишина. А потом и вовсе, малой лупит меня по затылку. Пиздец! Сижу в ахере и нихера не соображаю, за что только что отхватил.
— Охуел?!
Ответно кулаком прохожусь по его плечу.
— Гандон ты агрессивный,
~ 19 глава ~ Один шаг.
Переступив порог дома, первым делом привела себя в порядок, нужно было ехать в аэропорт. После такого отношения Германа, я решила дать шанс нашим с Игорем отношениям. А что, если у Германа есть невеста и все в порядке, то я должна страдать по нему? Нy, уж нет. Я буду счастлива, даже если и не с тобой.
— Сволочь! Самая настоящая бездушная скотина!
Пока я мысленно проклинала этого человека, краем уха услышала звук разрывающегося телефона, который быстро нарушил всю мою безмятежность.
— «Уже остыл?! Приступ бешенство купировал?! Чего тебе? Я спешу!»
Злость заволакивала меня полностью, я была совершенно не настроена на милые беседы с ним.
— «Остыл… Давай нормально поговорим?»
— «А давай поговорим. Я тебе сейчас скажу, а ты запомни! Если тебе дорога девушка которой ты слепо клянешься в любви, никогда не гони её от себя, а если так легко прогоняешь, значит это не твоя любовь о которой ты так красиво поешь.»
Минутная тишина, которая противно давит на оголенные как провода нервы, а потом я слышу его твердый голос.
— «Может уже пора сделать окончательный выбор, а не метаться от одного к другому?»
— «Это мне говоришь ты? Человек, у которого невеста беременна?»
— «Мы говорим сейчас о тебе! А не обо мне.»
— «Интересная позиция… А знаешь, вали к своей невесте, в моей жизни все было нормально, пока я с тобой не встретилась.»
От бушующей ярости внутри, даже не дослушав Германа, отклонила вызов. От сказанных мною слов, самой было больно, но я прекрасно понимала что нам не быть вместе, нам просто не позволяют обстоятельства. Томно вздохнув и разогнав все терзающие душу мысли, быстренько собралась, надела легкое, воздушное платье и выпорхнула из своей комнаты. По пути встретила мать с отцом, в последнее время мы совсем перестали с ними общаться нормально, они все сидели в своем недоступном коконе, строя планы на мою дальнейшую женитьбу с выгодой для себя.
— Милая?
Наигранно спрашивает и кладёт свою тонкую руку на моё плечо. Что это с ней? Милая? Я?! Мне не послышалось? Но от неё так и веет приторным притворством, она даже свою фальшивую улыбку натягивает с великим трудом.
— Она самая.
— Не дерзи матери.
Вмешался отец. Тут тоже все без изменений, каменное выражение лица, впрочем, такое же черствое как и его сердце.
— У вас что-то срочное? Или так, просто языками зацепится? Я спешу.
— Позволь поинтересоваться, куда ты так спешишь?
Пока родители устроили для меня не запланированный допрос, я не теряя времени, присела на небольшой пуфик и стала застегивать свои босоножки.
— К вашему любимому Игорьку… Довольны?
— Очень, милая! Пригласи его сегодня к нам на ужин.
Кто бы сомневался, при упоминании Игоря, её улыбка приобретает совершенно другой вид. Более искренний что ли. Если раньше я на это обижалась, то сейчас мне было абсолютно все равно. Пора уже привыкнуть, что Игорь для них роднее чем я.
— Действительно, мы давно его не видели, сегодня в 20:00 чтобы были у нас.