Полупризнание
Шрифт:
На втором этаже располагались все подразделения административного департамента. Сики, обитавшему на пятом этаже, редко доводилось ходить по этим коридорам. А уж в кабинете начальника главного управления он был лишь однажды, сразу после своего повышения.
Но Сики не чувствовал волнения. С каждым следующим шагом его все больше переполнял гнев. Почему нужно было срывать его с расследования? Конечно, новое дело очень серьезное, но Кадзи Соитиро находится под строгим надзором в центральном управлении, поэтому вероятность побега или самоубийства исключена.
– Разрешите войти?
Сики
У всех троих, включая Ивамуру, были напряженные лица. А у только что перешагнувшего сорокалетний рубеж Кагами – даже трагическое.
– Вы же близко общались с Кадзи? – спросил Иё.
– Да нет. Я всего лишь слышал его имя и знал, как он выглядит, но личных контактов у нас не было.
– Это даже лучше.
Опустив мясистый подбородок, Иё придвинул к Кадзумасе лежащую на столе толстую папку. Личное дело Кадзи. На первой странице – краткая биография. 49 лет. Срок службы в полиции – 31 год. В послужном списке – полицейские участки, несколько подведомственных учреждений. Затем в течение 4 лет был помощником инструктора в школе полиции, 5 лет – в должности инструктора. С весны прошлого года – заместитель начальника учебного отдела. Нет ни поощрений, ни взысканий. Родители умерли. Владеет домом. Живет вдвоем с женой Кэйко.
– Времени нет. Быстро просмотри – и иди в центральное управление, начинай расследование.
«Подождите-ка. Я вообще-то не в вашем подчинении», – хотелось сказать Сики.
Потупив взгляд, он посмотрел на Ивамуру. Тот закрыл глаза.
– Но…
Сики только начал говорить, как Иё раздраженно перебил его:
– Ах да, я слышал. То дело передай кому-нибудь. В данный момент в приоритете дело Кадзи. А в расследованиях тебе ведь равных нет, так?
Сики опять украдкой взглянул на Ивамуру. Глаза того по-прежнему были закрыты.
Действительно, Сики – прирожденный следак. Еще когда он был помощником, его часто называли «Сики, добивающийся признания». Но ведь Кадзи, убив жену, явился с повинной. И мотив очевиден. Другими словами, он уже во всем признался. Поэтому нет никаких причин специально отправлять Сики разбираться с этим делом, когда он занят другим.
– В центральном управлении тоже есть опытные следователи, – произнес Сики.
– Что? Поручить это им? – Иё вытаращил глаза. – Ты вообще понимаешь, что это за дело? Полицейский убил собственную жену!
– Понимаю, но мое нынешнее дело тоже…
– Да, мне доложили о нем. В чем проблема? Этот учитель рисования выпил ядохимикат до прихода группы задержания, так?
– Да.
– В таком случае все нормально. Если б он выпил его после того, как группа ворвалась в дом, то вину повесили бы на нас.
Вот оно что. Оказывается, такой у него подход…
Слухи оказались верны: этот человек в первую очередь беспокоится о своем самосохранении. И все, что
Сики бросил злобный взгляд на Ивамуру. Почему он позволяет принимать решения далекому от расследования главе административного департамента?
Как будто услышав его мысли, Ивамура повернул свое квадратное лицо в сторону Сики.
– Дело художника передай Тацуми.
Кадзумаса подумал, что ослышался. Неужели будет так, как решил Иё?
Он решил не отступать.
– Да, но Такано сейчас везут в больницу, поэтому необходимо четкое руководство расследованием.
Иё щелкнул языком. Не обращая на это внимания, Сики продолжил. Он намеренно сгустил краски.
– Состояние может и улучшиться, но паракват – вещество замедленного действия, поэтому если оно проникло в легкие, не исключено, что через неделю Такано умрет. Нужно будет постоянно контролировать его состояние и общаться с врачом. И делать это очень деликатно.
– Ты хочешь сказать, что Тацуми не справится?
Под взглядом Имамуры Сики не знал, что сказать. Тацуми был таким же, как и Сики, следователем широкого профиля. И это не тот случай, чтобы причинять неприятности коллеге.
– Дело не в этом. Но я считаю, что расследование по делу инспектора Кадзи может вести любой. Нет ничего сложного в выяснении обстоятельств дела подозреваемого, полностью признавшего свою вину.
– Неизвестно, полностью ли он признал свою вину.
– Что?
– Кадзи сказал, что убил жену три дня назад.
Его слова прозвучали как пощечина.
Выходит, что это не было явкой с повинной сразу после убийства?
– И экспертиза также показала, что с момента смерти прошло несколько дней. Эти два дня вызывают у меня беспокойство. Поэтому на всякий случай я решил назначить тебя.
– Но…
– Кроме того, есть также момент субординации. Хотя Кадзи и совершил преступление, но он полицейский инспектор и ему сорок девять лет. Слишком необдуманно поручать расследование человеку младше тебя и ниже должностью или такому же инспектору. К тому же и прокуратура собирается назначить ответственным за расследование заместителя прокурора Сасэ. Так что не могу же я бросить на это дело рядового сотрудника.
Сики не знал, что ответить. Хотя ему много хотелось сказать, но если уж глава уголовного департамента – казалось бы, свой в доску – поддерживает другую сторону, то отказ будет означать лишение должности старшего следователя.
– Очень прошу тебя, Сики-кун [4] , – произнес молчавший до этого Кагами. – И до половины десятого доложи о результатах.
Сики вздрогнул от неожиданности. 9.30? Он шутит?
– До начала пресс-конференции, – пояснил Иё. Но понятнее не стало.
4
«Кун» – более неформальный, чем «сан», именной суффикс. Используется людьми равного социального положения, а также при обращении начальника к подчиненному.