Полуночный Дождь
Шрифт:
Блейк посмотрел на меня, и я скрестила руки на груди.
— Здесь так здорово. Идеальный вечер, чтобы расслабиться в джакузи с бокалом вина, тебе так не кажется?
— Почему ты не хочешь ехать без меня? Моя мама и Сара будут рады тебе помочь. Можешь поехать с ними завтра. — Блейк взял меня за руку, и я последовала за ним к машине его матери. — Я люблю тебя.
Я улыбнулась, когда его губы встретились с моими.
— Я тоже тебя люблю, но, возможно, я любила бы тебя немножечко больше, если бы у нас был дом. — Блейк накинул
— У тебя есть дом. Мы переедем в него раньше, чем ты поймешь. — Я расстроено вздохнула и посмотрела, как он обходит машину спереди. Он не понимал.
— Обещаешь, что поедешь со мной в понедельник? — спросила я, продолжая наш разговор. Мне нужно было его слово.
— Эм. Нет.
Я отняла от него свою руку и надулась, скрестив руки на груди.
— Я не собираюсь лгать тебе, Макайла; я уже знаю, что бригада по свету запланирована на этот день. Мне нужно быть там.
— Ладно, как угодно.
— Не будь такой. Как только мы все это сделаем, мы будем свободны.
— Нет, не будем. Ты все время проводишь там, работая, точно так же, как тогда, в «Зазен Ризортс». Тебя никогда не будет дома. Я не об этом мечтала.
— Что ты имеешь в виду?
— Ничего. Забудь. Ты заедешь к Wendy’s? (Wendy’s — американская сеть ресторанов быстрого питания. Прим.пер.).
— Я не хочу, чтобы ты злилась на меня.
— Тогда перестань вести себя, как идиот. Пи скоро исполнится пять, а у нее даже дома нет!
— У нее есть дом, а ты все слишком преувеличиваешь. Делаешь из мухи слона.
— Я не собираюсь спорить по этому поводу. У нас будет дом, когда у тебя появится свободное время, полагаю.
— Макайла …
— Что? Я уже ненавижу этот театр, тебя никогда не будет дома с нами.
— Я буду, любимая, обещаю. Я хочу быть дома, честно, просто позволь мне закончить с театром, и потом я весь твой. Обещаю.
Я покачала головой в темноте, закатила глаза и тихо вздохнула. Мне не хотелось выбирать мебель с Грейс и Сарой; Я хотела выбирать ее с Блейком. Я не собиралась валяться на диване с Сарой или Грейс. Мне был нужен Блейк, и плевать, если я вела себя, как сопливый ребенок, я хотела получить то, что хотела и точка. Коротко и ясно.
Меня не волновало, что Пи спала. Я сразу направилась в ее комнату и заняла место Зельды. Ее волосы все еще не высохли после ванны, и она пахла, как Пи.
— Я думала, ты приедешь до того, как я искупаюсь в ванне, — пожаловалась она.
— Это твой папа виноват, у него не получилось пораньше уйти из театра, — добавила я, перекладывая всю ответственность на него. Это была его вина, и я не собиралась выпутываться из этого самостоятельно.
— И поэму ты не села за руль сама? — спросила Пи, зевая.
— Поэму? Что это?
— Мои слова слишком сонные, — я приподняла верхнюю часть ее пижамы с изображением героев из мультфильма «Холодное сердце» и, прижавшись губами к ее животику, издала «пукающий»
— Ты такая умная. И почему я сама до этого не додумалась? — именно так я и должна была сделать. Думая об этом, я сделала первый шаг. Я должна была начать принимать меры к своему уходу; мне нужна была машина на мое имя, которую я могла бы водить. — Засыпай. Я уже все закончила в нашем доме, осталось только, чтобы твой папа свозил нас за мебелью. Завтра мы придумаем что-нибудь интересное.
— Клянешься?
— Да, пять раз. Я тебя люблю, малышка, — призналась я, целуя ее в животик, голову и в обе щечки.
— Спокойной ночи, я тоже тебя люблю, а Зельда — нет. Ты разбудила ее.
Пи повернулась на бок и положила свои ручонки под щеку. Я передвинула слишком большую для этой кровати львицу обратно на её законное место, рядом с ее четырьмя детенышами, и поцеловала Пи еще раз. Ее рука обвилась вокруг шеи львицы, и ее глаза закрылись.
Блейк только что вышел из душа, когда я присоединилась к нему. Он помог мне раздеться, но на этом все. Я заставила его уйти. Я хотела быстро принять душ и какое-нибудь антацидное средство, этот чили от Wendy’s прожигал мой желудок, стоило подумать, прежде чем есть его на ночь. Я думала, что никогда не смогу лечь. Однако, небольшая изжога не смогла бы помешать мне забраться голой к нему в постель.
Позволив горячей воде литься по моему телу, я расслабилась, позволяя напряжению стечь в водосток, ну или попыталась, во всяком случае. Что если я раздобуду машину? Что тогда? Что потом? Куда я поеду? Уеду ли я из Нэшвилля?
Мысль о том, чтобы оставить Пи, причиняла сильную боль. Вопросы роились у меня в голове, и я понимала, что должна уже прийти к чему-то определенному. Решив, что этот вечер не подходящий, я перестала об этом думать. Я была слишком уставшей, чтобы задумываться об этом.
Грейс ела пирог и читала книгу, в то время как Блейк валялся на диване и смотрел новости, или я так думала. Присмотревшись получше, я поняла, что он спал.
— Привет, хочешь кусочек пирога?
— Нет, но я бы лучше приняла Тамс или Ролэйдс (препараты от изжоги. Прим.пер.). Мне стоило подождать и поужинать твоими хот догами, этот чили убивает меня, — пожаловалась я, прижимая руку к груди. — Что читаешь? — возможно, это то, что мне было нужно, хорошая книга, чтобы отвлечься от всего.
— Там есть что-то, на второй полке, над специями. Я не уверена, что это, я только начала, — она перевернула книгу, показав мне обложку, Джетти Вудрафф, «Вся правда о Мак». Довольно неплохая. Эта девица чокнутая.
— О чем ты? — спросила я, направляясь за спасительным флакончиком.
— Ты должна это почитать. Она — сумасшедшая.
— Мне и в жизни безумия хватает, — призналась я, присев на край дивана. Блейк приподнял свои ноги, едва открыв глаза, и положил их мне на колени. — Ты смотришь это? — спросила я Грейс, прежде чем переключила канал.