Полуночные грехи
Шрифт:
– Спасибо, хорошо. Не сомневайтесь, я обязательно передам, что вы спрашивали о них.
Во взгляде виконта появилась нерешительность. Тень, мелькнувшую на его лице, можно было истолковать как сожаление.
– Я предполагаю, вы уже слышали о моей помолвке с дочерью лорда Лидса?
Стоявший возле нее Коннор резко дернулся. В его движении чувствовалась злость. Она посмотрела на него и ужаснулась: его глаза опасно сузились, превратившись в тонкие щелочки. Коннор смотрел на Томаса с такой яростью, будто тот совершил ужасное преступление.
«Что такое с ним
Пытаясь предотвратить ссору, которая могла сейчас произойти, Джиллиан торопливо ответила:
– Да. Да, я слышала об этом и желаю вам всяческого счастья.
Но было уже слишком поздно. Сделав вид, что он только сейчас заметил Коннора, виконт приподнял брови и осмотрел его с почти императорским высокомерием.
– Извините. Мне кажется, нас не представили.
Коннор заметно напрягся. Джиллиан могла поклясться, что воздух между двумя мужчинами заискрился от напряжения.
К счастью, в этот момент вмешалась Теодосия.
– Лорд Шиптон, – сказала она, – позвольте мне представить вам мистера Коннора Монро, владельца компании «Грейсон и Монро шиппинг». – Поднявшись на ноги с помощью трости, герцогиня направилась к ним и встала рядом. – Мистер Монро – один из деловых знакомых моего пасынка. Также, как и вы, он зашел по пути с визитом. Так как я сообщила ему, что Уоррена сейчас нет в городе, мне кажется, он как раз собирался уходить. Это так, мистер Монро?
Коннор с трудом оторвал от лица виконта свирепый взгляд и, несмотря на дрожащий от напряжения подбородок, сумел ответить ей с обворожительной учтивостью:
– Бы совершенно правы, ваша светлость. Благодарю вас за гостеприимство.
Герцогиня кивнула, а потом повернулась к Джиллиан:
– Дитя мое, ты не забыла о том, что тебе нужно взять несколько книг в библиотеке для дорогой тети Оливии?
Джиллиан с благодарностью ухватилась за предлог:
– Спасибо, что напомнили мне, Теодосия. Это совсем вылетело у меня из головы, а мне совсем не хочется навлечь на себя ее гнев.
– Тогда я провожу вас обоих. Томас, когда я вернусь, мы с тобой вдоволь поболтаем за чашкой чая.
Не дав тем временем осуществить церемонию прощания по всем правилам, герцогиня повела Джиллиан и Коннора в коридор. Оставшийся в гостиной виконт выглядел очень растерянным.
Как только входная дверь закрылась за ними, Джиллиан облегченно выдохнула. Последнее, что ей сейчас было нужно, так это чтобы Томас узнал о ее затее. Пришлось все же немало поволноваться, а поведение Коннора еще больше затруднило ситуацию.
Она повернулась к нему, уперев руки в бока.
– О чем вы думали? – зашипела девушка. – Нам совсем не нужно, чтобы Томас начал наводить о вас справки. С чего вы вдруг начали вести себя, как какая-то дворняга, защищавшая найденную кость?
Коннор окинул ее долгим непроницаемым взглядом, а потом заговорил решительно и абсолютно серьезно:
– Ты знаешь, Шиптон никогда не заслуживал тебя. – Не прибавив больше ни слова, он повернулся и направился по коридору в сторону фойе.
Джиллиан словно приросла к месту. Она с изумлением смотрела ему вслед, пока не услышала тихий
Глаза герцогини сияли от удовольствия.
– Мне понравился твой мистер Монро, моя дорогая, – объявила она Джиллиан голосом, полным веселья. – И если ты против того, чтобы выйти за него замуж, могу ли я посоветовать тебе подумать о бурном романе?
Глава 11
Никогда не отбрасывайте возможность того, что виновный может вернуться на место преступления.
Коннор опирался о крошащуюся стену в однокомнатной развалюхе Хайрама Ледбеттера. Скрестив обутые в сапоги ноги и глубоко засунув руки в карманы бриджей, он внимательно следил за Джиллиан, исследовавшей обстановку с такой же тщательностью и целеустремленностью, как и в кабинете Стюарта, как и у него дома.
На ней было надето скромное платье из муслина сливового цвета. Волосы Джиллиан были забраны назад в аккуратный узел, а на носу красовались очки. В общем, сейчас она представляла собой образец делового сдержанного стиля. Девушка сидела на краю провисшего матраса Хайрама и внимательно просматривала разные вещи, разбросанные на стоящем возле кровати столе. Ей великолепно удавалось делать вид, что она не замечает его присутствия. Джиллиан ни разу не посмотрела на него с тех пор, как они покинули Мейтленд-Хаус.
Но кто мог винить ее? Это он сам вел себя как последний дурак.
Чуть не выругавшись вслух, он дернул за узел шейного платка, почти не обратив внимания на то, что замысловатые фалды, над которыми ему пришлось так долго поработать перед зеркалом сегодня утром, исчезли. Коннор решил, что сейчас это не имело никакого значения, ведь он не очень-то рассчитывал, что сможет произвести на нее хорошее впечатление. В конце концов, он не только для этого разоделся сегодня, как последний безмозглый франт.
Коннор перевел взгляд на черную ленту на рукаве, опоясывавшую верхнюю часть его руки. Заупокойная служба по Стюарту состоялась сегодня утром. Это печальное мероприятие собрало мало народу. Кроме Коннора, там присутствовали Лоуэлл Ангер да пара клиентов, с которыми Стюарт поддерживал приятельские отношения. Как выяснилось позже, им было важнее разузнать, что теперь произойдет с компанией, после того как пропала двигавшая ее вперед сила, чем выразить почтение умершему. Коннора опечалило то,,что такой хороший человек, как Стюарт, не оставил больше после себя людей, искренне оплакивавших его смерть.
– В этом нет никакого смысла.
Услышав Джиллиан, он оторвался от своих унылых размышлений и посмотрел на нее.
– Что? – спросил Коннор, так и не дождавшись продолжения.
Вместо того чтобы ответить, Джиллиан покачала головой и встала напротив камина, который был так стар, что рассыпался на глазах. Она уставилась на угли в очаге, видимо, погруженная в глубокие раздумья.
И это было хорошо. Правда заключалась в том, что Коннор понятия не имел, какие слова должен был сказать ей, когда они в конце концов опять начнут общаться друг с другом.