Полундра!
Шрифт:
— Командир, мы не советские уже? — тихо поинтересовался кто-то из краснофлотцев.
— Мы советские! — убежденно ответил Рон. — Присягу мы давали раз и навсегда, но ты ведь о другом?
— Рот Фронт! — поднял кулак Невилл.
— Рот Фронт! — ответили ему остальные.
— А хорошая мысль, — улыбнулся командир. — Пусть так и будет. Пусть боятся, фрицы поганые!
С этим утверждением согласны были совершенно все. Наступала новая жизнь, и хоть история не была такой жестокой, как в прошлый раз, но товарищи бойцы и командиры уже все о фрицах знали, да и о британских
— Командир, а оружие? — поинтересовался Симус. — И взрывчатку бы еще.
— Союзники поделятся, — мрачно ответил Рональд, — магглоотталкивающие надо только вспомнить.
— Ну поделятся, и хорошо, — успокоено ответил партизан.
— Надо еще выснить, в честь чего была та резня на Чемпионате, — задумчиво заявила Гермиона. — На акцию устрашения похоже…
— Значит, поймаем и допросим, — размял пальцы товарищ лейтенант с двумя звездами Героя на кителе. — Всех поймаем… У меня еще к Министерству претензии.
— Да там у всех претензии, — хмыкнул кто-то из краснофлотцев.
— Ты идешь со мной, — проинформировала Гарри Гермиона. — Нам отдохнуть надо, а не думать, где трупы прятать. Кстати, о трупах… Товарищ Смерть!
— Товарищем меня еще не называли, — хмыкнула женщина в черном. — Что случилось?
— Как у магов браки заключаются? — невинно поинтересовалась девушка.
— Магия — это желание, — ухмыльнулась Смерть, сообщая тем не менее подробности простого ритуала. Луна и Гермиона абсолютно одинаково оскалились.
— Ну, значит, задачи понятны… — задумчиво произнес товарищ капитан-лейтенант. — Джинни держится рядом, посмотрим на курятник и к любимой уйдем.
— Ну, тогда мы готовы, получается, — вздохнула Гермиона. — До встречи, товарищ Смерть!
— Век бы вас не видеть, — ответила ей женщина в черном, отхлебывая из фляжки, и в тот же миг лесная поляна сменилась перестуком колес поезда.
Мгновение Рон, Гермиона и Гарри смотрели друг на друга, а затем абсолютно одинаково усмехнулись, подняв в воздух кулаки. Старый знак единения революционных масс оказался очень к месту. Гермиона вмиг оказалась в руках Гарри, а Рон поднялся.
— Пойду к любимой, надо успеть с ритуалом, — сообщил он, выходя их купе.
Чем займется Герой с возлюбленной, каплей отлично понимал, приглушенная дверями вспышка только подтвердила его мысли, а сам он отправился возлюбленную искать. Луна обнаружилась в купе с Джинни, которая ожидаемо прильнула к той, кого считала мамой. «У мамы Молли будут сюрпризы», — подумалось Рону. Впрочем, он к этому отнесся философски, сгребая в охапку обеих девочек. Пора было проводить ритуал.
Они, конечно, были не одиноки, ибо волею магии соединялись сейчас в поезде опаленные души. Не вышедшие из боя, не увидевшие, как в землю лег последний враг, они были готовы рвать фрицев на запчасти. Ну а то, что роль фрицев исполняли британские маги — это было несущественными деталями. Разницы ни Рон, ни его друзья особо не видели, потому как не могли спокойно относиться к тем, для кого вообще права на жизнь не имели.
Поезд шел в Лондон, а британские
— Они не наши, Гарри, но и не фрицы, сразу никого не убиваем, — вещала снова ставшая очень юной девушка. — Идешь за мной и делаешь, как я.
— Есть, понял, — кивнул товарищ лейтенант. — Веселей всего будет Симусу.
— Веселей всего Колину будет, — возразила ему Гермиона. — Потому как магический брак, то-се…
— Всем весело будет, — вздохнул юноша. — А Колин еще и твой коллега, учитываешь? Кстати, а чего в командиры тебя?
— Как Рон решил, — пожала она плечами.
Луна давала последние инструкции мужу и дочери, потому что Джинни считала ее мамой и сопротивляться этому было глупо. Рон же готовился никого не убить, что, судя по его воспоминаниям, задачей было нетривиальной. Но он в себя верил, а товарищи краснофлотцы тосковали по тельняшкам да бескозыркам. Это, пожалуй, было единственным, что их сейчас волновало.
Поезд же медленно втягивался под крышу платформы лондонского вокзала, волновались родители магов, тяжело вздыхали немаги. И те, и другие не подозревали, что их дети изменились, перестав фактически быть детьми. Теперь они были готовы к очень многому. А отдельных родителей, любивших повоспитывать традиционным способом, ожидали серьезные потрясения, возможно, даже госпитализация.
Глава девятая
Рон
Ну вот и снова бой. Родители… Не знаю, как у Гермионы, а мои — это точно бой, и сказки тут рассказывать нечего. Молча подняв кулак, наблюдаю такой же ответ от братьев по оружию, после чего, подхватив Луну и Джинни, двигаюсь к выходу. Ребята привычно страхуют командира, а я вглядываюсь в лица стоящих на перроне взрослых, и выражения этих лиц мне нравятся не сильно.
— Вперед, друзья, — напутствую я друзей. Мы здесь все уже друзья, ведь мы из одного теста все слеплены. Никакая магия не может разрушить боевого братства.
— Как-то Молли странно смотрит, — замечает Джинни. Мы перешли на местные имена, просто чтобы не засыпаться, но воспитанница наша Молли Уизли мамой пока не воспринимает. Учитывая, что мы знаем — вряд ли воспримет.
— Спокойно, — отвечаю я ей, поймав оценивающий взгляд местной формальной мамы, направленный на девочку. — Я рядом.
— Эх… — вздыхает любимая, — береги себя.
— И ты береги себя, — незаметно пожимаю я ее руку. — Если я правильно понимаю, скоро встретимся.
Я подхожу к «маме», не чувствуя по отношению к ней ничего. Видимо, здешнего Рона не особенно любили, раз он ее не воспринимает матерью, а это значит — будут сюрпризы. Но выглядит «мама» действительно странно, как будто… Может ли она быть заколдованной?
— Здравствуй, мама, — спокойно здороваюсь я, прижимая к себе Джинни, которой явно хочется убежать.