Полукороль
Шрифт:
— В самом деле, полезное дитя. Чтобы драться, нужны две руки, но чтобы ударить в спину, хватит и одной, а? Анкран! — пропела она в раскрытую дверь. — Анкран, твой капитан желает с тобой поговорить!
Звуки шагов шкипера быстро приблизились, но не так быстро, как билось сердце Ярви.
— Я проверил склады, капитан, пропал топорик… — Он заметил Ярви, нырнув в дверь, его лицо скривилось, сначала от шока, а затем от подозрения, и наконец он постарался улыбнуться.
— Принести вам еще вина…
— Больше никогда. — Повисла неприятная пауза. Капитан
Тонкие губы шкипера скривились.
— Капитан, он лжет!
— Но его ложь так совпадает с моими подозрениями.
— Это все…
Шадикширрам так быстро треснула Анкрана донышком бутылки, что Ярви этого почти не увидел, только услышал пустой звук. Анкран со стоном упал и лежал, моргая; по его лицу текла кровь. Она шагнула вперед, подняла сапог над его головой и спокойно, монотонно принялась бить его по лицу, сосредоточенно хмурясь.
— Надуваешь меня? — шипела она сквозь сжатые зубы. Каблук оставил на его щеке порез.
— Крадешь у меня? — и сапог расквасил нос Анкрану.
— Принимаешь меня за дуру?
Ярви смотрел в угол комнаты. Воздух застревал в горле, а избиение продолжалось.
— После всего… что я… для тебя сделала!
Шадикширрам села на корточки, положив руки на колени и свесив ладони. Она выдвинула челюсть вперед и сдула с лица выпавший локон.
— И снова я разочарована убожеством человечества.
— Моя жена, — прошептал Анкран, и Ярви снова посмотрел на его расквашенное лицо. На его губах набух и скатился кровавый пузырь. — Моя жена… и сын.
— Что с ними? — бросила Шадикширрам, хмуро глядя на красные брызги, попавшие на руку, и вытерла ее об чистую одежду Анкрана.
— Работорговец… у которого вы купили меня… в Торлби. — Голос Анкрана был хлюпающим. — Йоверфелл. Они у него.
Он закашлялся и вытолкнул языком кусочек зуба.
— Он сказал, что с ними будет все в порядке… до тех пор, пока я буду вносить за них плату… каждый раз, как мы проплываем мимо. Если я не заплачу… — Ярви почувствовал, что его колени подгибаются. Настолько, что он может упасть. Теперь он понял, зачем Анкрану нужны были все эти деньги.
Но Шадикширрам лишь пожала плечами.
— А мне что с того? — Она схватила Анкрана за волосы и вынула из-за пояса нож.
— Подождите! — крикнул Ярви.
Капитан резко на него посмотрела.
— Точно? Ты уверен?
Все его силы ушли на то, чтобы выдавить жидкую улыбку.
— Зачем убивать то, что можно продать?
Она немного посидела на корточках, глядя на него, и он раздумывал, не убьет ли она их обоих. Затем она фыркнула от смеха и опустила нож.
— Я решительно заявляю. Мое мягкое сердце принесет мне погибель. Тригг!
Шагнув
— Оказалось, шкипер меня обворовывал, — сказала капитан.
Тригг хмуро посмотрел на Анкрана, затем на Шадикширрам, и наконец, очень долго, на Ярви.
— Похоже, некоторые думают только о себе.
— Я думала, мы одна семья. — Капитан стояла, отряхивая колени. — У нас новый шкипер. Дай ему ошейник получше. — Она перекатила Анкрана ногой к двери. — И отправь это на свободное место на весло Джода.
— Хорошо, капитан. — Тригг вытащил Анкрана за руку и ногой закрыл дверь.
— Видишь, как я милосердна, — выразительно сказала Шадикширрам с милосердным жестом окровавленной руки, в которой все еще был нож. — Милосердие моя слабость.
— Милосердие это характерная черта величия, — удалось прохрипеть Ярви.
Шадикширрам на это широко улыбнулась.
— Вот как? Но, здорово, хотя я… Я думаю, Анкран исчерпал все мое милосердие на этот год. — Она положила длинную руку на плечи Ярви, засунула большой палец под его ошейник и подтащила ближе, ближе, так близко, что он почуял запах вина, когда она зашептала. — Если еще один шкипер предаст мое доверие… — И она умолкла, что было красноречивее любых слов.
— Вам не о чем беспокоиться, мой капитан. — Ярви заглянул в ее лицо, которое было так близко, что ее черные глаза почти сливались в один. — У меня нет жены или детей, мысли о которых будут отвлекать меня. — Надо только убить дядю, жениться на его дочери и вернуть Черный Стул Гетланда. — Я ваш человек.
— Тебя едва человеком можно назвать, но с другой стороны, прекрасно! — Она вытерла нож с обеих сторон об рубашку Ярви. — Тогда ползи в свои трюмы, мой маленький однорукий министр, разведай, где Анкран прятал мои деньги, и принеси мне немного вина! И улыбайся, мальчик! — Шадикширрам стащила с шеи золотую цепь и повесила на столбик кровати. На ней висел ключ. Ключ от рабских замков. — Я люблю, когда мои друзья улыбаются, а мои враги мертвы! — Она широко развела руки, согнула пальцы, и откинулась назад, на шкуры. — Рассвет сегодня так мало обещал, — проговорила она в потолок. — Но, в конце концов, все получили всё, что хотели.
Анкран с этим, наверное, не согласился бы, не говоря уже о его жене и ребенке. Но, направляясь к двери, Ярви подумал, что говорить об этом вслух было бы неблагоразумно.
16. Враги и союзники
Ничего удивительного не было в том, что Ярви понял — трюмы подходили ему намного больше, чем весла.
Поначалу он с трудом пробирался в свои темные скрипучие владения под палубами, к неразберихе из бочек, ящиков, множества сундуков и качающихся мешков, подвешенных к потолку. Но за день-другой он организовал всё, как на полках Матери Гандринг, несмотря на то, что через новые бледные доски заплаты постоянно сочилась морская вода. Вычерпывать соленую лужу каждое утро было неутешительным занятием.