Полудницы
Шрифт:
Дэн закатил глаза.
Дорога повернула, и вокруг раскинулись засеянные пшеницей поля.
Они проехали ещё немного и увидели красную точку с края обочины. По мере того как они приближались, точка принимала очертания машины. Что-то блеснуло вдали и исчезло. Словно кто-то повернул в руках зеркало.
Дэн первым заметил, что трактор съехал с дороги и стоит чуть накренившись. Когда они поравнялись с ним, стало видно, что трактор чудом не угодил в канаву – переехал на другую сторону и застыл на месте.
– Что за день сегодня?! Творится чёрт-те что… – сердито засопел Азим.
Вокруг, насколько хватало глаз, простиралось золотое поле колосьев.
– Кто это взял и бросил тут транспорт?
Не успел Илий заглушить двигатель – Дэн уже вышел из машины и перемахнул через канаву.
– Осторожно! – крикнул Азим. – Смотри под ноги.
Парень ступал по колее, оставленной колёсами трактора. Он понимал, что значит вырастить пшеницу, собрать её и выпечь хлеб, поэтому старался не примять ни одного колоса.
Он видел, что кабина трактора пуста, но когда подошёл поближе, разглядел за стеклом маленький тёмный холмик на фоне неба и на нём несколько торчащих волосков.
«Чья-то голова!»
Дэн запрыгнул на ступеньку.
– Кто там? – услышал парень за спиной голос доктора.
Дэн заглянул в кабину и увидел худого мужчину в грязной футболке. Он опустил голову на грудь и не двигался. Слюна длинной ниточкой тянулась к его согнутой ноге.
Парень отшатнулся и чуть не упал с подножки.
Илий уже был рядом. Он легко поддержал Дэна, затем отодвинул его в сторону и заглянул в кабину.
– Он мёртвый? – еле слышно спросил парень.
Доктор, не отвечая, начал ощупывать трактористу шею. Для этого ему пришлось целиком протиснуться в тесную кабину. Когда Илий вылезал, раздался звон, и Дэн увидел, что наружу выпала пустая бутылка.
– Пьян. Мертвецки.
Солнце шпарило беспощадно. Дэн чувствовал, как футболка прилипает к спине.
Дедушка стоял на обочине метрах в десяти от них и не мог расслышать, о чём они говорят.
– Что же нам с ним делать? – Парень чувствовал, что его язык еле ворочается во рту. Он посмотрел на небо, как будто там искал причину своей слабости, но яркое солнце только сильнее ослепило его.
– Придётся брать с собой. – Голос доктора звучал откуда-то издалека. Дэну показалось, что целая вечность прошла, пока он дождался ответа. – А то он испечётся здесь, как в духовке.
Дэн снова посмотрел на дедушку – тот вяло помахал им рукой. Дэну казалось, что и сам он двигается так же медленно, грузно.
– Что там стряслось? – крикнул Азим, прикрываясь ладонью от яркого света.
Солнечный блик на мгновение ослепил парня, и ему показалось, что по дороге проехала машина. Но ни звука мотора, ни самого автомобиля так и не
– Тянет же кого-то напиться в такую жару, – пробурчал Илий.
Снова сверкнуло. Дэн вспомнил, что подобные блики он видел, когда они ещё только подъезжали к трактору.
«Что это?!»
Дедушка сделал неуклюжую попытку перебраться через канаву. Позади него застыл пустой джип с открытой дверью. Горячие струи воздуха поднимались от капота, преломляли линию горизонта.
Горящее солнечное пятно, как живое, выплыло из-за пригорка, с другой стороны дороги, и стремительно переместилось за машину. Дэн сожмурился, раз, другой. В заднем тонированном стекле на мгновение мелькнул человеческий профиль – или ему только показалось? Вспышка. Полоска света резанула глаза, очертила силуэт автомобиля, разрослась, поползла, ослепляя лучами, прямо на них. Дэн закрылся ладонью, но, не смог удержаться, глянул в щель между пальцами: сгусток света высотой около полутора метров рванул вперёд. Парень разглядел дедушку, застывшую на пригорке, вернее, его тёмную фигуру.
– Де-е-ед! – крик сам вырвался из груди, глаза заслезились. – Дед! Ложись! Ложись!
Хотя на улице и так стояла жара, в лицо Дэну хлынул обжигающий поток воздуха, как бывает, когда открываешь разогретую духовку.
Белый свет ослепил до боли, проник сквозь зажатые пальцы, сквозь веки, ворвался в голову. Дэн завопил от страха. Только бы не ослепнуть! Лучше умереть, чем стать таким же беспомощным как та старуха в больнице!
«Не хочу терять зрение! Не хочу!»
Белизна сменилась краснотой, искрами в глазах. А потом и вовсе сделалось темно. На плечи Дэна легли чьи-то руки. Он вздрогнул. Медленно открыл глаза.
Илий стоял прямо перед ним и внимательно вглядывался в лицо парня. Дэн повертел головой – никакого солнечного сгустка в поле. Пели сверчки, хрустела солома под ногами. На раскалённом синем небе ни облачка.
– Живой?
Дэн попытался заглянуть доктору через плечо, но ему не хватило роста. Заметив это, Илий отошёл в сторону, развернулся.
Дедушка стоял, припав на одно колено, ощупывал голову. По лицу и шее струился пот, глаза ошалело вращались, искали что-то возле себя. Он медленно поднялся, отряхнул пыль и сухие стебли со штанов.
– Что это было? – спросил Дэн, пытаясь сглотнуть пересохшим горлом. Он не ждал чёткого ответа, просто не мог молчать.
Азим облизал сухие губы:
– В спину будто кто-то паром дохнул…
Дэн вертел головой, глядя то на дедушку, то на доктора.
– А ты… то есть вы, Илий. Вы ведь тоже это видели?
– Видел.
По лицу доктора было не разобрать, что он чувствует.
– И что это за ерунда?! Солнечный удар? Какое-то секретное оружие военных?