Полнолуние
Шрифт:
— Потому что ты мужчина, — ответила ему Аманда. — И другие мужчины предпочитают искать своих женщин среди женщин, а не среди мужчин. Кстати, — она обратилась к Лесли, — Меня зовут Аманда, а ее Молли.
Колин закачал головой.
— Ну женщины! Они могут несколько часов просплетничать, так и не узнав имена друг друга. — Потом привстал и протянул Лесли руку. — А меня зовут Колин.
— Очень приятно, — сказала Лесли, пожав по очереди три протянутых к ней руки. — Но ваши имена я узнала еще вчера, когда вы появились на пляже.
Лесли
— Что ж, к сожалению, мне придется вас покинуть. Хочется найти своих друзей и узнать, что заставило их искать меня.
— Я могу тебе сказать, — сказал Колин, садясь. — Мужчины без общества красивых женщин быстро становятся занудами и долго этого выдержать не могут.
— Уж это правда, — рассмеялась Аманда.
Лесли нравилась ее новая жизнь, полная приключений и интересных знакомств. А главное, она нашла своего мужчину. Осталось только немного подождать, чтобы и он нашел ее.
Она миновала многолюдный участок пляжа и, убедившись, что в ста метрах вокруг нее никого нет, решила искупаться. Конечно же, в купальнике.
Утомленная долгим плаванием, она вышла из воды, легла животом на горячий песок и, подложив под голову руку, погрузилась в дрему.
Капли воды, расплескавшиеся по ее разгоряченной спине, заставили ее с криком вскочить. Перед ней на корточках сидел довольный своей проделкой Жан-Поль.
— Привет! Проверяю, можно ли на твоей спине поджарить яичницу.
— И как? Можно? — щурясь от солнца, спросила она.
— Можно. Только боюсь, что пока побегу покупать яйца, ты опять сбежишь. Ты где пропадала? Даже пропустила шанс начать карьеру кинозвезды.
— У меня будет другой. А где Фатих?
Он усмехнулся.
— Я знал, что ты спросишь о нем. Мы расстались около часу назад. Наверное, все еще ищет тебя.
— А с какой это стати вы задумали разыскивать меня?
— Вообще-то зачинщиком был он.
— Значит, вы стали напарниками? А еще вчера ты бубнил, что он опасен. Эх, мужчины…
Жан-Поль виновато пожал плечами.
— Вообще-то ты вчера была права. Я просто ослеп от ревности. А сегодня мы разговорились. Он рассказал мне свою историю. Жаль парня. Я очень хорошо его понимаю. Он показал мне ее фото. Роскошная смуглянка.
У Лесли сдавило в груди.
— Он до сих пор не может расстаться с ее фото?
— Уже расстался. Решительно разорвал его при мне. — Он с грустью посмотрел на нее. Заметив, что она просияла, резко переменил тему: — Слушай, Лесли, а ты изрядно подпеклась. Тебе пора окунуться и спрятаться в тень.
Она повела плечами и поморщилась.
— Пожалуй, ты прав.
Потом встала, подошла к воде, смочила стопы и, обернувшись, увидела, что Жан-Поль энергично стаскивает с себя шорты.
— Догоняй! — крикнула она и побежала в воду.
Простившись
Еще по дороге домой у нее разболелась голова. Перегрелась на солнце? Или слишком много свалилось на ее несчастную голову за последние дни? Возможно, и то и другое.
Смочив полотенце, она уложила его на лоб, а потом, не раздеваясь, улеглась на кровать. Как бы там ни было, а ей сейчас нужен отдых.
Отгоняя мысли, она пролежала полчаса с закрытыми глазами в надежде, что заснет. Но пульсирующая боль в голове не унималась.
Аспирин, вспомнила она. У нее в чемодане должен быть аспирин, а в рюкзаке — остатки минеральной воды в бутылке. Отыскав аспирин, она проглотила две таблетки и снова легла в постель. Уже через несколько минут головная боль стала утихать, и она провалилась в сон.
Проснулась она на закате, с тяжелой головой, в испарине, и, с трудом разомкнув налитые свинцом веки, обнаружила, что ее комната объята пламенем.
Пожар! Яркие языки пламени мечутся по стенам и готовы переброситься на кровать! Лесли с ужасом вскрикнула и вскочила. Но тут же пошатнулась. Перед глазами все поплыло, закружилось. Колени подогнулись, и она снова рухнула на кровать.
Проклятие! Пламя бушует не вокруг, а внутри нее. Похоже, у нее жар. Тело пылает, каждое прикосновение к коже вызывает озноб, в голове стоит гул.
Лесли прикрыла глаза. Ничего страшного. Она сейчас еще немного поспит, а потом снова примет аспирин.
Но погрузиться в сон не удалось. Перед глазами настойчиво стали появляться образы. Сначала мелькнули лица ее подруг-официанток из кафе, где она работала. Потом появилось лицо Малкольма с горящими от страсти глазами. За ним возникли лица матери и сестры, которые, судя по выражениям на них, уговаривали ее выйти замуж. Следом за ними возник образ Жан-Поля в окружении делийских попрошаек. Их всех вытеснил образ Фатиха. Но Фатих оказался не один: рядом с ним стояла красивая смуглая женщина. Загадочно переглядываясь, они улыбались друг другу.
Потом Лесли увидела себя, одиноко сидящую на берегу. Ей хотелось остановить этот поток видений, но она была бессильна. Она бредила.
Потом она увидела красивое лицо цыганки Джины. Жгучая обида опалила сердце. Неужели цыганка обманула ее? Только зачем?
Перед глазами снова поплыли картинки. Она увидела кокосовую рощу, объятую сумерками. Через рощу, взявшись за руки, шли мужчина и женщина. Кто они, Лесли не знала. Но как только они растворились в пустоте, перед глазами Лесли возник образ Девы Марии с младенцем Иисусом на руках. Сначала они были статуей, окутанной теплым светом, которую она видела в соборе. Но внезапно их лица озарила жизнь. Склонив голову к младенцу, Дева Мария что-то шепнула ему, и малыш, обхватив ручонками шею матери, радостно рассмеялся.