Полночная невеста
Шрифт:
Джером остановился в изумлении. Гостиная превратилась в милую и уютную обеденную комнату с круглым столом посередине. Было накрыто на два прибора, стояли изумительные кресла, расшитые на восточный манер яркими голубыми и розовыми цветами так же, как и занавески на окнах.
Он повернулся к Рейчел в изумлении.
. – Как ты узнала, что это моя любимая комната в доме?
– Тебе нравится?
– Здесь никогда не было так уютно. Рейчел улыбнулась:
– Я приказала сегодня вечером накрыть обед. здесь. Надеюсь, ты не возражаешь.
Джером улыбнулся. Ему самому ужасно надоели церемонные трапезы.
– А лакей будет прислуживать один. Мы будем звать его, если нам что-то понадобится.
Джером выглядел очень довольным. В этой прелестной комнате сидеть одно удовольствие. Он всегда любил этот вид из окна. Да, его жена удивительно умна и заботлива. И, конечно, немыслимо прекрасна.
Лакей подал суп и удалился, прикрыв за собой дверь. Джером некоторое время наслаждался уединением, а потом спросил:
– В этой комнате прежде обедали?
– Пока твой отец не стал герцогом. Это он приказал накрывать стол в зале.
– Мой отец! Ну, конечно, я мог бы догадаться. Джером никогда не любил угнетающей роскошной обстановки, но отец настаивал, что именно так подобает обедать герцогам Уэстли.
«Нужно соблюдать традицию», – говорил он. Теперь Джером узнал, что эта традиция началась с его отца.
– Раньше в этих комнатах ваша семья проводила большую часть своего времени. Пусть опять будет так. Как ты думаешь?
Джером пришел в восторг. У них будут тихие, спокойные комнаты, где не станут толпиться слуги и не надо будет постоянно взвешивать свои слова и выверять жесты.
– Прекрасно!
Рейчел стала спрашивать, как прошел день. Раньше Джером никогда ни с кем не обсуждал своих дел, но она так ловко задавала вопросы, что вскоре он рассказывал ей обо всем доверительно и подробно.
Он сам удивился, какое удовольствие доставил ему этот разговор. Ее остроумные замечания и предложения, как справиться с возникшими трудностями, были так кстати. Неудивительно, что отец Рейчел доверил ей хозяйство Уингейт-Холла.
Обед подходил к концу, и Джером просто не мог припомнить, когда последний раз так наслаждался, едой. Он чувствовал себя гораздо свободнее в этой милой, уютной комнате.
Они встали из-за стола, и Рейчел сказала:
– Я нашла здесь твою гитару. Поиграешь немного?
Его ждала работа, но он вспомнил ее слова: «Пожалуйста, Джером, не отстраняйся от меня».
Герцог взял гитару и сел на кушетку на балконе. Рейчел устроилась рядом. Он начал с охотничьей баллады. Рейчел запела, и Джером стал подпевать, радуясь тому, как слаженно звучат их голоса.
Она знала гораздо больше песен, чем он, и некоторые из них ему особенно понравились. Джером спросил:
– Откуда такие обширные познания?
Рейчел объяснила, что в Уингейт-Холле они часто пели с братьями.
Время пролетело
Он улыбнулся этой приятной мысли. Ему больше не надо искать жену. Вот она – его красавица, страстная и любящая. Но вновь туман сомнений наполнил его душу: неужели такая ослепительная женщина ограничится только своим мужем.
Предположим, ничего не случится, пока они здесь, в поместье, где нет никого, кто бы добивался ее внимания. Но как только он появится с нею в Лондоне, на ее красоту, как мухи на мед, слетятся все столичные соблазнители. Она не сможет противостоять их искусным и настойчивым ухаживаниям.
Значит, в Лондон ее брать нельзя, а в «Королевских Вязах» она в безопасности.
По крайней мере от поклонников. Джером сжал губы, вспомнив о незнакомце, который, может быть, хотел ее смерти. Джерома все время мучила мысль, что это ее брат Джордж.
После того, как Ферри рассказал Джерому о странном посетителе трактира, герцог послал к Моргану в Лондон гонца с настоятельной просьбой вернуться домой.
Джером молил Бога помочь ему защитить Рейчел от опасности, которая ей угрожала.
Глава 24
– Эмили Хекстабл приехала к нам с визитом, – сказал Джером жене на следующее утро. – Идем, я вас познакомлю.
Рейчел удивилась, почему Эмили понадобилось наносить визит в такой ранний час. Но она послушно последовала за мужем в гостиную, чтобы встретиться с «хорошей женщиной», у которой увела жениха.
Рейчел успела уже несколько утомиться от разговоров о благороднейшей Эмили. Первый, кто нанес Рейчел визит сразу после ее приезда, был толстый викарий приходской церкви. Его сопровождала жена, такая же толстая, как он сам. Они в два голоса расхвалили бесконечные добродетели Эмили так красноречиво и многословно, что Рейчел, стиснув зубы, едва удерживалась от замечаний.
– Не представляю, что бы делал приход, наши бедняки и больные без миссис Хекстабл, – заученно выводил викарий. – Это такая редкость в наше время – встретить женщину, столь одаренную добродетелью.
– Нам ее просто Бог послал, – вторила его толстая жена.
Вот они и встретились ранним утром в «Королевских Вязах». Эмили оказалась высокой и худощавой женщиной, немного старше Рейчел. Ее узкое лицо не было хорошеньким.
«Его даже не назовешь привлекательным», – подумала Рейчел. Удивительная неуловимость и невыразительность черт приводила к тому, что лицо Эмили невозможно было запомнить. Право, непонятно, как узнавали ее знакомые при встречах. Серые тусклые глаза и узкий, никогда не улыбающийся рот начинали какую-то отдельную от лица жизнь, когда Эмили смотрела на Джерома.