Полночь у Колодца Душ
Шрифт:
Бразил тут же бросился в темноту, антилопы последовали за ним.
Раздался громовой раскат, сверкнула молния.
– Круг разбит, – пропела царица роя.
– Уходим в убежище, – отозвался рой, рассеиваясь. Остальные твари, стоящие на поляне, ожили; они либо бессмысленно болтали, либо вопили, между тем как царица взмыла в воздух и быстро полетела обратно к дереву, в своё укрытие.
– Небрежная работа, – пробормотала она. – Ненавижу спешку.
Полил дождь.
Работа и в самом деле была небрежной,
С наступлением ночи эти твари появились из своих убежищ и стали общаться между собой. Разговоров были мириады. В них фигурировали поступки и идеи, абсолютно чуждые Бразилу, но слова и фразы через приёмопередатчик, вмонтированный в рога, стучались в его разум, стимулировали его, позволяли что-то ухватить. К капитану медленно возвращалось самосознание, в его мозгу формировались идеи, пробиваясь через возведённый чарами барьер.
Внутренний огонь, всегда спасавший его «я» от гибели, не мог позволить ему совершить ошибку или бросить дело на полпути. Идеи и понятия бились у него в мозгу, рисуя словесные картины и создавая конструкции, прорывавшиеся в сознание.
И вдруг всё кончилось. Вернулись воспоминания, а вместе с ними возвратился и разум. Эта борьба невероятно измучила Бразила, но он понимал, что потратил немало драгоценного времени и что впереди его ждёт ещё больше препятствий.
Он огляделся. Поблизости от него спали трое остальных членов экспедиции – абсолютно одинаковые: царица роя спешила и использовала единственную модель.
Понимая, что он ничего не успеет сделать до рассвета, и не желая выдать себя какой-нибудь любопытной фее, которая может заметить, что он поступает не по-оленьи, Бразил расслабился в ожидании того момента, когда небо начнёт светлеть.
С рассветом пришла свобода действий. Бразил потратил больше часа, пытаясь наладить хотя бы подобие контакта с тремя самками, но их взгляд оставался пустым, а поведение – абсолютно естественным. Чары нельзя было развеять до тех пор, пока они сами не будут в этом заинтересованы.
В какое-то мгновение ему в голову закралась мысль бросить их – всё равно они не сумеют пересечь границу Иврома. Обстоятельства оправдывали такое решение, логика его диктовала.
Но он знал, что не сможет поступить так, не предприняв последней попытки.
Он тронулся в путь, даже не пытаясь повторить тот маршрут, по которому они мчались вчера сломя голову и который привёл их туда, где они сейчас находились. Самое разумное – идти на восток, мимо океана проскочить невозможно, а на берегу он надеялся определить верное направление.
Бразил шёл с такой скоростью, которую мог позволить себе в лесу только олень. Три
Он достиг океана ещё до наступления темноты, но не мог сообразить, где находится нужная ему колония фей – к северу или к югу. Немного потоптавшись на берегу, капитан решил, что для одного дня сделано достаточно и что утро вечера мудренее.
Проснулся он, когда солнце уже ярко светило в небе, а складки волн сверкали алмазными гранями.
"Где же эта чёртова поляна?" – спросил себя Бразил и двинулся вдоль берега на север; подумав, что, на худой конец, они выйдут на границу Глмона, где он ненадолго оставит своих спутников и вернётся к ним, когда исправит положение. Примерно через час он наткнулся на тюки, валявшиеся там, где группа провела первую ночь. Они подмокли и были засыпаны песком, но остались совершенно невредимыми.
Бразилу понадобилось десять минут, чтобы вскрыть нужный тюк, и намного больше времени, чтобы раскопать в нём один из огнемётов, которые Вардия совсем недавно из него доставала. Следующей задачей было вынуть оружие.
В конце концов он ухитрился ухватить его зубами. Это было неудобно, и, возвращаясь в глубь леса, он то и дело ронял его, но каждый раз терпеливо поднимал, перехватывая поудобнее.
Ему казалось, что он тащится с огнемётом уже несколько часов, когда впереди между деревьев мелькнула та самая зловещая поляна: кольцо поганок и гигантское дерево. Ошибки быть не могло – Бразил слишком хорошо запомнил это место, да и чувствительный нос антилопы чуял знакомый запах.
Отыскав большой неровный камень, Бразил с великим трудом подкатил его поближе к огромному дереву, в котором находилось дупло с троном царицы роя. В этот камень он упёр огнемёт, причём таким образом, что оружие стояло почти вертикально и было нацелено на дупло.
Полюбовавшись немного своей работой, капитан притащил из леса несколько сучьев и сложил вокруг огнемёта и камня грубую пентаграмму. Затем он встал так, что его передние ноги оказались по обе стороны от огнемёта – левая служила подпоркой для рукоятки, к которой был подсоединён баллончик с газом, а правая – точно справа от спускового крючка.
"До захода солнца ещё часа два, – подумал Бразил. – Вроде бы все правильно".
Наступила решающая минута. Для того, чтобы воспламеняющий механизм сработал, необходимо было сильно и резко рвануть спусковой крючок назад, Бразил знал, что если решится на это, то рискует потерять контроль над оружием; оно может даже подпрыгнуть и сжечь его самого. Вздохнув, он заставил себя успокоиться, упёр в левую переднюю ногу тыльную часть огнемёта, а правой ногой коснулся длинного, ничем не ограждённого спускового крючка, приспособленного для щупалец чиллианина.