Полночь у Колодца Душ
Шрифт:
– Мы что, собираемся разбивать здесь лагерь? – нагло спросил Хаин. – Пусть она торчит здесь сколько угодно. Обойдёмся без неё!
– Терпение, Хаин, – остановил его Опора. – Мы не можем продолжить путь, пока этот спектакль не закончится, даже если он будет длиться многие часы. Нам предстоит долгая прогулка по этому гексу, и мы все хотим остаться в живых.
Вардия ничего не видела и не слышала, будто её подвесили в преддверии ада. На сон это не походило: она знала, что существует,
Неожиданно она почувствовала чьё-то присутствие, и та мощная мысль, которая подавила её, когда насекомое впервые вонзило в неё свой хоботок, окружила девушку со всех сторон.
В её мозгу словно что-то взорвалось; она отчаянно пыталась сохранить контроль над собственной личностью, чувствуя, как та разрушается, смешиваясь с чьим-то более крупным и могущественным комплексом мыслей, воспоминаний, картин, идей.
"Почему ты сопротивляешься? – спросил голос, который был чистой мыслью. – Покорись. Именно этого ты всегда хотела. Совершеннейшая гармония в единообразии. Покорись!"
Логика была неопровержима. Вардия покорилась.
– Оно возвращается! – завопил Скандер. Проследив за полётом насекомого, все увидели, что оно опять погрузило свой острый тонкий хоботок в голову Вардии. В таком положении насекомое оставалось очень долго – в три-четыре раза дольше, чем раньше. Наконец оно с громким жужжанием поднялось в воздух и улетело к родному цветку. В тело Вардии начала возвращаться жизнь. Она огляделась вокруг, втянула в себя корни и повертела щупальцами.
– Чон! С вами всё в порядке? – спросил встревоженный Скандер.
– С нами все хорошо, доктор Скандер, – ответила Вардия странно изменившимся голосом. – Теперь мы можем без проблем двигаться дальше.
Мигающие огоньки Провидца пришли в крайнее возбуждение. Опора заявил:
– Провидец утверждает, что вы – не то существо, которое входило в состав нашей группы. Кто вы или что вы? Уравнение изменилось.
– Мы – Чон. Мы – всё, что когда-либо было Чон. Прежняя Чон исчезла. Теперь она не одна, а все. Вскоре, как и полагается, всё станет Чон и Чон станет всем.
– Ты – этот проклятый цветок! – обвиняющим тоном заявил Хаин. – Ты каким-то образом обменялась разумом с чиллианином.
– Никакого обмена, – сказала она. – И мы – не этот проклятый цветок, как вы говорите, а все цветы. Регистраторы, как вы догадались, переносят сообщения, но этот процесс обычно начинается с момента появления ростка, иначе как бы мы могли получать информацию, развивать интеллект? Новый цветок – это пустота, чистый лист бумаги. Мы сливаемся.
– И вы слились с чиллианином? – скорее отметил, чем спросил Опора. – Вы обладаете его памятью, не считая всего того, чем владеете сами?
– Верно, – подтвердило существо. – И поскольку теперь все знания и опыт чиллианина сосредоточены в нас, мы знаем о
Скандер вздрогнул. "Сбылась заветная мечта Вардии, – подумал он. – У нас же возникли проблемы".
– А если мы откажемся? – бросил он быстрый взгляд на новую Вардию. – Одно движение Хаина, и вас не станет.
Существо, находящееся в теле Вардии, смело подошло к Хаину и уставилось в огромные глаза гигантского насекомого.
– Вы хотите съесть меня, Хаин? – тихо спросило оно.
Хаин начал высовывать липкий язык, но что-то его остановило. Ему вдруг вообще расхотелось есть чиллианина. Он понял, что перед ним чудесное создание, всем сердцем готовое служить барону Азкфру. Это был лучший друг, которого Хаин когда-либо имел, самый преданный.
– Я… я не понимаю, – сказал он растерянно. – Почему я должен его есть? Это мой друг, мой союзник. Я не хочу причинять вред ни ему, ни этим прелестным цветам и насекомым.
– Это же мощное психологическое воздействие! – закричал Скандер и в панике попытался выбраться из седла. Хаин неожиданно потянулся и шлёпнулся на спину, раскинув ноги.
Освободившись от своей сбруи, Скандер огляделся в поисках места, куда бы он мог отползти. Его ненавидящие глаза встретились с жёлтыми плошками чиллианина, и внезапно вся его паника улетучилась.
Вардия подошла к русалке так близко, что они могли бы коснуться друг друга. Щупальца чиллианина погладили умиау по голове, русалка улыбнулась и расслабилась, почувствовав себя полностью удовлетворённой.
– Я тебя люблю! – со страстью в голосе произнёс Скандер. – Я сделаю для тебя все.
– Конечно, сделаешь, – мягко ответил слелкронианин. – Мы вместе отправимся к Колодцу, не так ли, любимая? И ты все мне покажешь?
Умиау кивнула в экстазе.
Слелкронианин повернулся к Провидцу и Опоре, которые бесстрастно наблюдали за этой сценой.
– Что ты намерен делать? – спросил Опора настолько саркастически, насколько для него это было возможно. – Посмотреть мне в глаза?
Слелкронианин заколебался, почувствовав некоторую неуверенность. Он нацелил свой разум в сторону северянина, но не обнаружил ничего, за что можно было бы зацепиться и вступить в контакт.
– Если мы не можем вас контролировать, то вы нам по меньшей мере безразличны, – спокойно произнёс Слелкронианин голосом Вардии.
Провидец и Опора не шелохнулись.
– Я говорил, что уравнение изменилось. Но не сказал, каким образом, – заметил Опора. – Похоже, Провидец всегда прав. До этого момента я понятия не имел, как нам удастся держать под контролем Скандера, когда мы окажемся у Колодца, и почему присутствие в группе чиллианина склонит чашу весов в нашу сторону. Теперь всё ясно.