Полноценность
Шрифт:
Мобильный аппарат стал мертвым, неодушевленным предметом, который хотелось расшибить об стену. То же самое ощущал и я. Неужели я могу быть таким бесчувственным и мерзким к этому милому созданию? Каждая последующая секунда приумножала отвращение к самому себе. Будто стая голодных, свирепых волков поселилась во мне, разрывая нутро на куски. Я должен был позвонить и извиниться. Я набрал ее номер. Эфир выдавал гудки.
*****
Было около полуночи, но она настолько ценила время, что не могла упустить ни единой секунды. Я же, со своим вальяжным образом бытия, чувствовал себя серым, дождливым, ненастным днём, о котором страх как не хочется вспоминать. В тот знойный, забытый богом день, время в моей жизни остановилось, и я так и не нашел, чем снова завести этот сложный механизм.
– В этом мире я чувствую себя как инородное растение, которое все никак не может прижиться, мне нравится здесь и одновременно я ненавижу все, что меня окружает. Это так… так… – Она заплакала. – Столько красоты и необъятное множество всего вокруг поражает воображение, а люди ничтожны, думают исключительно о материальных благах, о том, как нажиться, захватить чужую, не принадлежащую им территорию, даже убить ради золотого тельца. Мне очень тяжело осознавать всё это. Нескончаемо долгий период я пыталась смириться, но так и не смогла. Со временем меня поглотила тень одиночества. Понимаешь, разочаровавшись в людях, я прекратила поиски человека, который мог бы прочувствовать, увидеть мир в моих тонах, и этот накопившийся вулкан извергся на тебя в день нашей встречи. Все же я не психопатка, не шизоидная припадочная дура, как ты, вероятно, подумал. Проще говоря, я хочу, чтобы в этот раз у тебя сложилось правильное мнение обо мне.
Рассмеявшись, я сказал, что такого рода бестактные мысли меня не посещали, а теперь всерьёз стоит призадуматься. Меня поражала ее откровенность. Она действительно была пылающим извергающимся
****
Время угасало настолько быстро, что молчание было всего лишь маневром для того, чтобы заполнить легкие воздухом! С ней даже молчание приобретало смысл, тайное послание в мою неизведанную вселенную было первоклассно доставлено. Я проводил ее до такси, мы расстались, предварительно договорившись подробно обсудить таинственный план, который она тщательно разработала. После ее отъезда я обнаружил в кармане сложенный листок бумаги, который она тайно всунула для ознакомления.
Когда захлопнулась дверь такси и машина растворилась в тумане, я ощутил, что моя великая депрессия притаилась в тени, выжидая, когда же её конкурентка свалит подальше, чтобы снова на меня напасть! Эта неутолимая маньячка, вечно жаждущая моей крови, напомнила мне, что я тридцатилетний неудачник, который должен идти домой и покормить кошку, потому так как, кроме нее, никому не нужен. Да и кошке, если разобраться, был нужен лишь для того, чтобы убрать за ней дерьмецо, хорошенько покормить и не забывать вычесывать блох за ушком. Вот сука, вечно меня достает! Это мерзкое ощущение мертвеца, запертого в сером доме, среди весенних цветов, и ярких лучей солнца, на которые ты любуешься сквозь щель заколоченной двери. Ощущение, что вот оно счастье, совсем рядом за дверью, но ключ потерялся в прошлом, и шанс один, что кто-нибудь найдёт его и распахнет эту чертовую дверь! Но вместо того, чтобы искать ключ, я хлопнул ещё двести виски и заснул в сером доме на белой подушке.
Проснувшись с головной болью разбитым, я решил привести себя в порядок и отправился на пробежку. Каждая преодоленная миля возрождала бодрость духа и наполнила свежими мыслями, мне захотелось поскорее прочесть записку, оставленную вчерашней спутницей. Вернувшись, наскоро принял контрастный душ, позавтракал, и был на сто процентов восстановлен. Вылизал свой мохнатый зад, навёл полный марафет и был готов для серьезных дел. Не понимая, зачем нужно было это делать, я всё же почувствовал себя гораздо увереннее и моложе. Развернув лист, я принялся внимательнейшим образом вчитываться в каждое слово пляшущих строк.
Конец ознакомительного фрагмента.