Шрифт:
«..Преданные своему делу профессиональные полевые сотрудники Корпуса были выше того, чтобы позволять внешнему виду партнеров мешать выполнению своих профессиональных обязанностей, и неослабно применяли просвещенные концепции, разработанные в ШК Корпуса глубоко и далеко мыслящими группами Высшего Уровня, беспрестанно трудившимися в подземных пещерах, выковывая дух дружбы между разумными существами. Действенность тесных культурных связей вкупе с дружной работой миссии была крайне эффективно продемонстрирована преданным исполнением своих
Т. VII, катушка 98, 488 г. а. э. (2949 г. н. э.)
– «Консул Земных Штатов,- диктовал Ретиф,- свидетельствует о своем почтении и т. п. Министерству культуры Гроакской Автономии и, в связи с присланным вышеупомянутым министерством приглашением посетить сольный концерт интерпретирования гримас, имеет честь выразить глубокое и искреннее сожаление ввиду невозможности…»
– Вам никак нельзя отвергать это приглашение,-решительно воспротивилась административный помощник фройляйн Мойл.- Я переделаю так: «с удовольствием принимает».
Ретиф выдохнул облачко сигарного дыма.
– Фройляйн Мойл,- напомнил он,- за последнюю пару недель я пережил шесть легких концертов, четыре покушения на камерную музыку и Бог знает сколько разных фольклорных ансамблей. С тех пор, как я здесь нахожусь, у меня не было ни секунды свободного времени.
– Это вовсе не повод обижать гроаков,- резко сказала фройляйн Мойл.- Консул Ваффл никогда бы…
– Ваффл отбыл отсюда три недели назад,- напомнил Ретиф.- Оставив руководить земной миссией меня.
– Хм!
– бросила фройляйн Мойл, отключая диктопринтер.
– Я, безусловно, не знаю, под каким предлогом отказать министру.
– Да забудьте вы о предлогах, просто скажите ему, что меня там не будет.- Он встал.
– Вы уходите?
– поправила очки фройляйн Мойл.- Мне нужно, чтобы вы подписали несколько важных писем.
– Что-то не припоминаю, чтобы я диктовал сегодня какие-то письма,- усомнился Ретиф, надевая легкий плащ.
– Я составила их за вас. Они именно таковы, какими их захотел бы видеть консул Ваффл.
– Вы что, писали за Ваффла все его письма, фройляйн Мойл?
– Консул Ваффл был человек крайне занятый,- чопорно ответила фройляйн Мойл.- Он вполне доверял мне.
– Поскольку я отныне сокращаю культурную программу, то буду не столь занят, как мистер Ваффл.
– Хм! Можно мне спросить, где вы будете, если что-то произойдет?
– Я отправляюсь в Архив Министерства иностранных дел. Фройляйн Мойл моргнула за толстыми линзами очков.
– С какой целью?
Ретиф задумчиво посмотрел на нее и сказал:
– Вы пробыли на Гроа четыре года, фройляйн Мойл. Что стояло за государственным переворотом, который привел к власти нынешнее правительство?
– Я, ясное дело, не встревала в…
– А что вам известно насчет того земного крейсера, исчезнувшего где-то в этих
– Господин Ретиф, это именно те вопросы, которых мы избегаем касаться в разговорах с гроаками. Искренне надеюсь, что вы не собираетесь открыто вторгаться…
– Почему бы и нет?
– Гроаки очень чувствительный народ. Они не принимают с распростертыми объятиями инопланетных копателей в грязном белье. С их стороны достаточно любезно вообще позволить нам загладить тот факт, что земляне как-то подвергли их глубокому унижению.
– Вы имеете в виду, когда прибыли искать крейсер?
– Лично мне стыдно за примененную тогда тактику произвола. Этих невинных созданий допрашивали с пристрастием, словно настоящих преступников. Мы стараемся не бередить эту рану, господин Ретиф.
– Однако крейсер так и не нашли, не правда ли?
– Уж во всяком случае, не на Гроа,
– Спасибо, фройляйн Мойл,- поблагодарил Ретиф и кивнул.- Я вернусь прежде, чем вы закроете офис.
Когда он закрыл дверь, на тощем лице административного помощника пролегли морщины мрачного неодобрения.
Глядя сквозь зарешеченное окошечко, бледнолицый гроак страдальчески вибрировал горловым пузырем.
– В Архив не входить,- слабо произнес он,- Отрицание разрешения. Глубокое сожаление архивариуса.
– Важность моей задачи здесь,- настаивал землянин, с трудом выговаривая звуки горлового языка гроаков.- Мой интерес к местной истории.
– Невозможность доступа для инопланетянина. Уйти тихо.
– Необходимость мне войти.
– Определенные инструкции архивариуса,- голос гроака поднялся до шепота.- Не настаивать больше. Бросить эту мысль!
– Ладно, кащей, я понимаю, когда меня обыгрывают,- сказал по-земному Ретиф и передразнил: - Проявлять осторожность.
Выйдя на улицу, он на мгновение остановился в задумчивости, глядя на покрытые глубокой резьбой оштукатуренные фасады без окон, тянущиеся вдоль всей улицы, а затем двинулся в сторону Генерального Консульства Земли. Встречающиеся на улице немногочисленные гроаки украдкой посматривали на него и спешили свернуть в сторону при его приближении. По упругой мостовой катили, тихо попыхивая, хрупкие паровые автомобили на высоких колесах. Воздух был чист и прохладен. А в офисе наверняка ждет фройляйн Мойл с очередным списком жалоб. Ретиф изучил резьбу над одной из открытых дверей. Сложный узор, выделенный розоватой краской, указывал, если он не ошибался, на гроакский эквивалент бара. Ретиф решил заглянуть туда.
Бармен-гроак, проворно выдававший глиняные горшки с местными алкогольными напитками из бара-ямы в центре помещения, заметил Ретифа и застыл, не закончив движения, с металлической трубкой в руках над дожидающимся своей очереди горшком.
– Прохладительный напиток,- сказал по-гроакски Ретиф, присаживаясь на корточки у края ямы.- Опробовать истинное гроакское зелье.
– Не наслаждаться моими скромными предложениями,- промямлил гроак.- Боль в пищеварительных мешочках. Выражать сожаление.