Полёт

Уильямс Николь

– Я подошел бы поздороваться, но пацан и так чуть не задохнулся.

– Да, по-моему, ты правильно сделал, что сдержался, – засмеялась я. – Уверена, скажи ты хоть слово, маленькое сердечко не выдержало бы.

Джуд достал ключи из кармана и остановился перед черной машиной.

– А я уверен,

мое сердце не выдержит, если я тебя не поцелую, – начал он, положив руку мне на бедро. – Знаешь, Люси, я хочу, чтобы ты зацеловала меня до дрожи в коленках.

От его взгляда я снова «поплыла» – от живота по всему телу стал растекаться жар. Я сплела пальцы у него на затылке и встала на цыпочки.

– Я живу, чтобы служить тебе! – шепотом процитировала я Джуда и прильнула к нему губами.

Мягким, нежным или застенчивым наш поцелуй не назовешь. Такой поцелуй дарят за считаные секунды до смерти. Такой поцелуй может воспламенить человека прямо на крытой парковке аэропорта. Прямо в одежде.

Моя рука нырнула Джуду под рубашку и заскользила по поясу его джинсов. Большие пальцы проникли еще глубже, а наши языки переплелись. Джуд застонал, положил руки в задние карманы моих джинсов и притянул меня к себе. Нет, это невозможно! Если он продолжит в таком духе, через пару секунд я сорву одежду с нас обоих.

Джуд оторвал меня от пола, и я обвила его ногами. Он прижал меня спиной к машине, наклонил мне голову и приник губами к шее. Джуд целовал чувствительную кожу, пока у меня не сбилось дыхание.

Остатками одурманенного разума я понимала, что владелец черной машины не обрадуется, что мы с Джудом на капоте его авто занимаемся сексом прямо в одежде. Только я давно утратила способность соображать.

Вокруг нас все громче щелкали фотокамеры, но я сперва

не обращала на них внимания. Для меня существовали только тело и жадные губы Джуда. Он, очевидно, тоже ничего не замечал. Мы опомнились, только когда все эти люди с камерами остановились буквально в паре шагов от нас.

– Джуд! Джуд! – закричали они. – Люси! Люси!

Снова послышались щелчки и вопли – такие громкие и многочисленные, что вывели нас из любовного транса.

Я почувствовала, как напряглись мышцы Джуда, а когда он поднял голову, увидела почти забытое выражение лица «Я не доктор Джекилл, а мистер Хайд».

– Джуд, остынь! – взмолилась я, когда он опустил меня на пол.

Окружающие продолжали вопить. Их комментарии я даже повторить не смогу: слишком вульгарно. Камеры щелкали не переставая.

Заслонив меня собой, Джуд напрягся еще сильнее. Черт! Мизансцена закончится плохо для всех ее участников, если я не уговорю Кинг-Конга слезть с Эмпайр-стейт-билдинг.

– Джуд! – Я схватила его за руку и попыталась повернуть лицом к себе. Джуд не шевельнулся. – Ничего страшного. Они же просто фотографируют!

Господи, бицепсы Джуда напряглись так, что казалось, рукав сейчас треснет.

– Люси, они фотографируют нас с тобой, – отозвался Джуд, закипая оттого, что камеры продолжали щелкать. – Фотографируют то, что для них не предназначено.

– Джуд, мы не в первый раз оказались под прицелом папарацци, – напомнила я. – И точно не в последний. Еще точнее то, что я не перестану позволять тебе целовать меня где и когда захочется. Просто нам пора привыкать.

Откуда взялись такие разумные слова, я понятия не имею.

Конец ознакомительного фрагмента.