Полет ворона
Шрифт:
Что было не так? Что выбивалось из общей картины? Волнение Леона за ленчем, его напряжённость? Эта внезапная поездка, была ли она запланированной? Возможно, она вызвана желанием избежать слежки. Но почему за рулем Теодор? Все люди Леона заслуживали доверия. Он приезжал на лимузине к дому, где временно содержались близнецы, не так ли? И за рулем был постоянный водитель, как доложил их оперативник. Почему сегодня за рулем был Теодор?
Рейвен была напряжена, спускаясь вниз на лифте, но одно подозрение развеялось, когда
— Добрый день, дорогая.
— Леон, — она села в автомобиль. Значит, это не было спланированной Теодором ловушкой, как она подозревала. Но ее обучили серьезно относиться к непоследовательности: внезапное изменение привычек у любого человека — это тревожный знак; особенно, когда привычки такие устоявшиеся, как у Леона.
Почему за рулем был Теодор?
— Прошу прощения, что не предупредил заранее, дорогая, — мягко сказал Леон. — Надеюсь, я не нарушил Ваших планов?
— Никоим образом. — Опыт давал о себе знать: в ее голосе не прозвучало ни единого намёка на напряженную работу мысли. — Право, Леон, я очень довольна, что мы наконец-то перешли к делу. Я могла потерять этот контракт, если бы мои клиенты получили товар в другом месте.
— Я надеюсь, что наш товар вас удовлетворит, — безразлично сказал он.
Ощущая тяжесть оружия в сумочке на своих коленях, Рейвен сказала:
— Я предъявила вам довольно длинный перечень заказов. На данный момент у вас в наличии имеются все позиции?
— Нет, — Леон смотрел прямо перед собой. — Но сегодня вы получите особый товар, который заказывали. Близнецов.
Она придала своему голосу оттенок прохладного удовлетворения:
— Хорошо. С этого я получу самые большие комиссионные.
— Я знал, что вы будете довольны, дорогая.
Джош, не тратя времени впустую, направился к своему автомобилю. Он сказал Рейвен, что не будет следовать за ней, и намеревался сдержать слово, зная, что его, скорее всего, засекут. Но он слышал, что человек Треверса говорил про Лонг-Бич, и принял решение.
Если он доберётся туда первым, у него появится шанс, подумал он. Маленький, но, тем не менее, шанс. Он должен исходить из того, что они выберут наиболее короткий путь до Лонг-Бич, и надеяться, что сможет их там засечь. И если он будет осторожен, то далее сможет следовать за ними на расстоянии.
Он был знаком с местностью и поэтому быстро продвигался, избегая пробок и сдерживая себя, чтобы не превысить скорость: он совершенно не хотел, чтобы его остановил дорожный патруль. Его сознание работало, предугадывая действия Леона Треверса и его водителя. Он отчаянно надеялся, что интуиция его не подвела.
Он должен быть там, должен быть настолько близко к Рейвен, насколько это возможно, когда эта ситуация достигнет своей
С самого начала его мало что удерживало во всем этом. Кроме Рейвен, но это до сих пор было слишком ново и удивительно для него, чтобы он мог полностью осмыслить. Что до остального…
Он не мог это контролировать. Это делал кто-то другой. Треверс. Он контролировал ситуацию. Или… Небольшая часть его сознания сконцентрировалась на этом мысленном колебании, исследуя его и проверяя внезапно возникшие серьезные сомнения. Что-то, сказанное Стюартом о Хагене… или что-то, сказанное Сириной… Туманные подозрения Рейвен…
Что же это было?
Хаген и Келси как можно ближе подобрались к уединенному дому, прячась за живой изгородью, тянувшейся вдоль забора. Небольшой чемоданчик с электронным оборудованием лежал открытым возле Келси, и тихие звуки разговора доносились из маленьких колонок.
— Если Вы подождёте здесь, дорогая, Теодор заберет девушек и передаст их к Вам.
Голос Рейвен, сухой и удивлённый:
— Четверо охранников для двух девушек-подростков? Какая осторожность, Леон. Я подожду здесь.
Затем тише, когда в глубине дома закрылась дверь:
— Если вы уходите, Леон, пожалуйста, заберите этих мужчин с собой. Я хотела бы поговорить с девушками и не хочу, чтобы они дрожали от страха.
Голос Леона Треверса:
— Двое охранников останутся здесь с Вами, дорогая, а я возьму двух других. Теодор также останется здесь.
— Разве Вы не доверяете мне, Леон? — сухо спросила Рейвен
— Я доверяю Вам, дорогая.
Хаген уставился на дом, внимательно прислушиваясь к голосам.
— Молодец, девочка, — пробормотал он, — мы знаем, сколько всего там охранников и где будут, по крайней мере, двое из них.
Лицо Келси было каменным, а глаза горели. Он едва слышно пробормотал:
— Я должен был догадаться. Чёрт возьми, должен был догадаться. Как я не догадался после этих восьми лет? Вы потеряли двух агентов. Рейвен и меня.
Хаген криво усмехнулся:
— Я это предполагал.
— Она подсадная утка, будьте вы прокляты! — Ожесточенность в голосе Келси была немного смягчена обстоятельствами, но не подавлена. — А нас только двое. Как, черт возьми…
— Больше, чем двое, — сухо прервал его Хаген, махнув рукой.
Келси посмотрел, и его хмурое лицо просветлело.
— Вы не могли этого знать, — сказал он решительно Хагену. — Этого вы никак не могли спланировать!
— Никакого уважения к гению, — печально пробормотал Хаген.