Полет орлов

Хиггинс Джек

В вестибюле сержант-охранник помог ему снять шинель и забрал пистолет «вальтер». «Рейхсфюрер в гостиной, полковник. Вас проводить?»

Буби отрицательно покачал головой и стал подниматься по лестнице. По всему замку были развешаны нацистские флаги. Даже на потолке были свастики.

В гостиной горел камин и было еще больше флагов. Гиммлер сидел за письменным столом. Он поднял голову: «Наконец-то вы добрались».

– В Берлине туман, рейхсфюрер. Чем могу служить?

– Я просмотрел почту. Меня заинтересовала информация о брате барона фон Хальдера. Он выполнял миссию прикрытия для Манро

и сбил два наших самолета, а затем выбросился с парашютом над морем, где очень удачно оказался спасательный катер. Все это смахивает на мелодраму.

– Да. – Буби не знал, как еще можно на это отреагировать.

– А теперь Келсо получает звание подполковника американских ВВС и становится пилотом для особых поручений, он перевозит Эйзенхауэра. Странно, не правда ли?

– Да, странно, – пролепетал Буби.

– Еще более странным, полковник, представляется обстоятельство, которое вы упустили из виду. Третий самолет. Тот, который не пострадал. Вам не интересно узнать, кто им управлял?

Буби весь похолодел и проглотил образовавшийся в горле ком: «Рейхсфюрер?..»

– Это был барон Макс фон Хальдер. Знаменательное совпадение.

Буби удалось справиться с удушьем: «Каковы будут указания, рейхсфюрер?»

– Зачем? Никаких указаний, полковник. Абсолютно никаких. Есть еще один вопрос, который я желал бы с вами обсудить. Вы помните, что фюрер интересовался, возможно ли убить Эйзенхауэра? Мы можем внедрить в его окружение кого-нибудь из наших людей?

– Не думаю, рейхсфюрер. У меня есть в Англии несколько человек, но они не составляют сеть. Забросить туда агента на парашюте слишком рискованно.

– Вы так думаете? Ну, что же, попробуйте что-нибудь изобрести, полковник. Я не хочу разочаровывать фюрера.

Жизнь Гарри стала на какое-то время относительно упорядоченной. Он выполнял курьерские полеты и часто летал с Эйзенхауэром из Лондона в Саутвик. Не менее часто он летал с Манро и Джеком Картером в Колд-Харбор, иногда к ним присоединялась Молли. Подготовка высадки союзников во Франции шла полным ходом. Манро засылал туда все новых и новых агентов.

Погода стояла замечательная, и, когда Молли приезжала в Колд-Харбор, они с Гарри гуляли по берегу, ели в «Висельнике», где им составляли компанию Зек Экланд и команда спасательного катера.

Конечно, это не могло продолжаться долго, и однажды Гарри получил предписание явиться в штаб УСО. Когда он прибыл на Бейкер-стрит, он увидел разложенную на столе у Манро крупномасштабную карту Ла-Манша.

– Зачем это? – спросил Гарри.

– Морле, двадцать миль вглубь от французского побережья. К полуночи мне нужно доставить туда агента. Оттуда забирать никого не надо. Это очень важная миссия. Агент – Жако, руководитель Сопротивления всего этого района. Лететь должен был Грант, но этот болван свалился с мотоцикла и сломал руку. Для этой операции нужен кто-нибудь твоего калибра.

– Не надо лести. Когда лететь?

Низкого роста, в очках в круглой стальной оправе, твидовом костюме и мягкой фетровой шляпе, Жако был больше похож на школьного учителя, чем на секретного агента. В Кройдоне они с Гарри говорили по-французски.

– Эта история, – сказал Жако, –

о вас и вашем брате, мне ее рассказал Манро. Я бы осмелился предположить, полковник, что она больше похожа на роман.

– Кажется, Оскар Уайльд сказал, что жизнь в своих наивысших проявлениях напоминает дурной роман, – ответил Гарри.

– Такие понятия, как «хороший» и «дурной», значат очень мало в жизни, которой я живу. – Жако закурил «житан». – Из Колд-Харбора обещают хорошую погоду?

– Отличную.

Наконец прибыли Манро и Джек Картер. «Прошу прощения за задержку, – обратился к ним Манро. – Если вы не против, Гарри, мы можем отправляться».

– Конечно, бригадир. Я готов.

– Молли просила передать, – вступил в разговор Картер, – что она хотела бы вас проводить, но в госпитале, как обычно, что-то экстренное. Вы знаете, как это бывает.

– Она напрасно беспокоится, – сказал Гарри. – Завтра вечером я приглашу ее в «Савой». Хорошая еда, хорошая музыка – кто может требовать большего?

– Молли, – ответил Картер.

– Ну да. Пути женщины неисповедимы. Поехали.

Сквозь облака в небе проглядывал месяц. Лететь, выдерживая высоту четыреста футов, чтобы избежать вражеских радаров, было довольно просто. Таркуин, как обычно, сидел на полу кабины, и тут случилось неожиданное.

Внизу слева появились два торпедных катера голландских ВМС, базировавшихся на базе в Фалмуте, и сразу же открыли огонь. Гарри быстро набрал высоту и укрылся в облаках. Он повернулся к Жако и прокричал: «Извините за случившееся. Голландцы, судя по всему, не знают, на чьей стороне они воюют».

В это время Гарри засекли в Ферманвиле. Три «Ме-109» взлетели в ночное небо и отправились на поиски.

Гарри приземлился в Морле очень удачно. Жако быстро вылез из самолета навстречу бежавшим к нему людям и захлопнул люк. Гарри разогнался и уже оторвался от земли, но в этот момент произошла катастрофа.

Два «мессершмитта» подлетели на малой высоте и открыли по пустоши, где еще догорали посадочные костры, шквальный огонь. Третий «мессер» погнался за самолетом Гарри и огнем из пушки оторвал часть крыла. Машина, клюнув носом, пошла вниз. На дальнем конце пустоши росли деревья. Гарри взял штурвал на себя, но задел колесами шасси верхние ветки дерева. Мгновение спустя в ночное небо взметнулся огненный столб.

Жако и его люди бросились в сторону взрыва. Они добежали до леса и углубились в него, но тут на фоне пламени перед ними выросли два бронетранспортера. Один из партизан, фермер Жюль, схватил Жако за руку: «Это подразделение СС. Мы ничего не сможем сделать».

– Ладно, – сказал Жако. – Но все же посмотрим, что будет дальше. – Они подползли к опушке и стали наблюдать за происходящим.

Гарри удалось открыть люк. Он схватил сумку с Таркуином и вывалился на землю. Куртка на нем горела. Когда он попытался встать, выяснилось, что он не может опереться на левую ногу. Он пополз, волоча за собой парашютную сумку, но боль была столь сильной, что сумку ему пришлось бросить. Вскоре появились эсэсовцы и перенесли Гарри в свой БТР. Когда пламя утихло, люди Жако поднялись и подошли поближе к остаткам обгоревшего «лисандра».