Полет бумеранга
Шрифт:
— Повторяю, я не желаю ничего об этом слышать! — в отчаянии крикнула Эвелин, борясь с новым приступом дурноты, накатившей, словно волна, и грозившей поглотить ее сознание.
— Ну хорошо! — Он резко втянул воздух, на мгновение задержал дыхание и выдохнул, словно стараясь справиться с собой. — Послушай, есть ведь и еще одно обстоятельство. Через три дня Вулстроды собирались отправиться в долгожданный трехмесячный круиз вокруг света. Как ты думаешь, после того, что произошло сегодня, они смогут уехать?
Лин смотрела на него во все глаза. Она
— Им незачем обо мне беспокоиться, — без особой уверенности в голосе возразила она. — Я скажу им…
— И что же ты им скажешь? — с вызовом переспросил Эндрю, когда она замолчала, подбирая слова. — Что ты прекрасно проведешь время, проливая слезы в одиночестве?
— Вот еще, — фыркнула Эвелин, разозленная его насмешкой.
— Прекрасно, — одобрительно кивнул Эндрю. — Только сможешь ли ты предоставить их самим себе после того, что они пережили? Очень сомневаюсь, — заявил он, не дожидаясь ответа. — И даже если тебе удастся уговорить их уехать, думаешь, они будут наслаждаться поездкой, зная, что бросили тебя здесь одну?
— Я могу пожить у Вивиан…
— Твоя подруга через два-три месяца сама собирается замуж, — напомнил Эндрю.
— Откуда ты знаешь? — ахнула пораженная девушка.
Но он лишь покачал головой, отметая этот вопрос как несущественный.
— Просто знаю, и все. И навязываться Вив в такое время означает испортить ей все удовольствие от помолвки, потому что твоя неудавшаяся свадьба будет постоянно стоять между вами.
— Но это не значит, что я должна навязываться тебе! — воскликнула Эвелин, задетая тем, как грубо и прямолинейно он заставил ее посмотреть в лицо фактам.
— Почему бы и нет? — Мрачные серые глаза впились в лицо девушки. — Если кто этого и заслужил, так именно я. Ты же сама сказала, что ваша свадьба расстроилась по моей вине, и я это сам осознаю, черт побери! — прямо признался Эндрю. — Это ведь я позвонил Аннабелл, сообщил, что Винс собирается жениться, и посоветовал вернуться как можно быстрее, если у нее остались хоть какие-то чувства к моему брату. Я всеми возможными способами поощрял их встречи, стараясь заставить этого дурачка понять, что, обвенчавшись с тобой, он совершит ужасную ошибку.
— Господи, как же я тебя ненавижу! — задохнулась Эвелин и бросилась лицом вниз на кровать. Боль, казалось, охватила все ее тело.
— Выслушай меня! — Эндрю вытянулся рядом с ней на кровати, словно уже получил на это право. А ведь еще вчера он на нее и не смотрел! — Лин… — Слегка дрожащими пальцами он погладил ее влажные волосы. — Я признаю свою вину. И чувствую себя очень паршиво. Я в долгу перед тобой. Так позволь помочь тебе выйти из этого положения, сохранив чувство собственного достоинства.
— Предложив себя вместо брата? — Эвелин пронзительно расхохоталась. Она была уже на грани истерики. —
Левендер поморщился.
— Тридцать четыре.
— А мне двадцать два.
— Ну и что? — рявкнул Эндрю, вскакивая с кровати. — Хорошо, пусть я не гожусь своему брату в подметки! Я же не прошу тебя полюбить меня, просто хочу помочь прийти в себя.
Прийти в себя! Эвелин казалось, что она никогда не оправится от этого потрясения.
— А ты-то что с этого получишь? — спросила девушка. Она не зря проработала три года в компании, принадлежавшей Левендерам. Этого времени с лихвой хватило, чтобы твердо уяснить, что президент фирмы, к которому все относились с таким благоговением, никогда и ничего не делает просто так.
— То же, что и ты, — отозвался Эндрю. — Спасу доброе имя нашей семьи.
— Ты так заботишься о фамильной чести? — скептически скривила рот Эвелин.
— Моего брата следовало бы высечь и с позором выгнать из города за то, как он с тобой обошелся, Лин. Использовав тебя, он опорочил имя Левендеров.
Использовал… Она снова в изнеможении откинулась на подушки. Да, Вине действительно использовал ее все это время, несмотря на пылкие заверения в любви до гроба. Не просто использовал, но еще и обманывал! Единственное, за что Эвелин могла быть ему благодарна, так это за то, что он не поддался на ее робкие предложения близости.
— Боже мой, меня сейчас стошнит! Пошатываясь, она сползла с постели и, спотыкаясь, бросилась в ванную, где ее вывернуло наизнанку. Эндрю все время стоял рядом, поддерживая ее голову.
Вот тебе и невеста-девственница в день свадьбы, с горечью подумала Эвелин. Только жениху наплевать, что она берегла себя для него! Слезы горечи и унижения жгли ей глаза, и она включила холодную воду, чтобы ополоснуть лицо.
Эндрю ошибался, утверждая, что он брату в подметки не годится. Он стоил десяти таких, как Винс с его красотой и обаянием. Любовь к жениху по-прежнему терзала сердце Эвелин, несмотря на боль, которую он причинил ей, но она вынуждена была признать, что старший из Левендеров наделен несомненным достоинством — врожденным чувством ответственности, которое и заставило его сообщить бывшей возлюбленной брата о том, что тот намеревался сотворить. И сейчас это самое чувство призывало исправить зло, которое причинил член его семьи юной девушке.
Склеить ее разбитую жизнь. Спасти доброе имя.
И честь их обоих.
— Я не выйду за тебя замуж, Эндрю, — произнесла Эвелин, тяжело опираясь на раковину. — Ни ради твоей семьи, ни ради собственной репутации. Я не стану еще больше унижать себя, позволив Левендерам снова использовать меня.
— Я не собираюсь делать ничего подобного, — сердито проворчал тот.
— Еще как собираешься! — Эвелин подняла голову и посмотрела в его мрачное лицо, потом снова уставилась в пустоту, и на глаза ее навернулись слезы. Девушка в отчаянии закрыла лицо руками, охваченная новым приступом жалости к себе.