Полечу в пропасть
Шрифт:
Я никогда не испытывала этих ощущений. Разве что в детстве, но это было без обязательств, без клятв, без ничего. Тогда мы были беззаботными, и не чувствовали ответственности за свои слова и поступки. Тогда всё было легко и просто. А сейчас всё изменилось.
Сейчас мы не знаем, как доверять друг другу. Как сделать так, чтобы исцелить. мир от боли, бед и несчастий. А всё потому, что мы слишком эгоистичны и действуем только ради себя, не думая ни о ком другом. В современном мире уже давно забыли о самых хороших и приятных чувствах.
Я не
У каждого в жизни есть такой период, когда его бросают друзья, или же есть какие-либо трудности. Тогда мы думаем, что хуже быть не может, но рано или поздно этот период заканчивается.
А я чувствую, что у меня этот период не закончится вплоть до самой смерти. И думаю, я права.
Завтра будет всё, как всегда. Ничего не изменится. Я буду лежать на кровати и читать какую-то книгу. Почему ничего не изменится? Возможно, я не хочу этого. Может быть. Может быть, я понимаю, что все мои попытки как-то изменить жизнь были ложными и ничего так и не получилось.
Я медленно проваливаюсь в сон.
Это единственное, что я могу сделать.
— Эй, видишь! — из моих мыслей меня выводит Адам и тычет пальцем небо. Сейчас девять часов, мы вышли погулять. Он затащил меня куда-то, и только сейчас я всматриваюсь, где мы. Вокруг большое поле, где нет ни одной живой души. Я смотрю вверх и вижу черное, усыпанное звездами, безграничное небо. Я ещё никогда не видела такой красоты. Внутри меня всё переворачивается, я смотрю на парня. Он светится от радости, и мы встречаемся взглядами. Адам берет меня за руку, и мы идем вперед. — Тебе нравится? — спрашивает он.
— Да, очень, — говорю я, не отрывая взгляда от ночного неба. Как красиво. Словно рассыпались миллионы осколков, словно они не хотят быть вместе, а хотят быть по одельности, а хотят быть самостоятельными.
Он проводит меня, и мы ложимся в поле. Он смотрит на меня, а я улыбаюсь. Такие красивые, насыщенные зеленые глаза. Их нельзя сравнить ни с чем. Слишком красивые для сравнений. Я, наконец-то, отворачиваюсь и продолжаю наблюдать за звездами. Сейчас я верю, что этот мир только наш, и ничей больше. Мы единственные. Мы никогда не будем пойманы, мы можем делать всё, что хотим. Это наша планета. И мы здесь главные.
— Ты чувствуешь это? — спрашивает Адам, я опять встречаюсь с ним взглядами. Он улыбается. Ух, эта улыбка. Она спасет мир, она спасет меня, она спасет этот вечер.
Она спасет время.
Нет, времени нет.
Оно остановилось.
— Что, Адам? — откликаюсь я. Его бездонные глаза завораживают, наши пальцы переплетаются.
— Этот мир полностью наш, — говорит он, словно читает мои мысли,— и ничей больше, — договаривает
— Да, — отвечаю я, по мне скатывается волна. Волна вдохновения, волна любви. Пламя. Во мне бушует пламя. Я чувствую стук своего сердце, мне кажется, что оно сейчас остановится. Так не должно быть. Оно не должно выпрыгивать.
Это он на меня так действует.
Адам.
— Знаешь, о чем я всегда мечтала? — спрашиваю я, он поворачивается ко мне, но не открывает глаза. Он чувствует это. Он наслаждается этим. Свобода.
— О чем? — уточняет он. Я ему ещё не рассказывала, но друг друга мы знаем очень хорошо.
— Я всегда хотела написать книгу, — говорю я, дыхание останавливается, я чувствую, чувствую это. — О любви.
— Любви? — переспрашивает он, так, как будто он не знает, что это такое. Я смеюсь и закрываю глаза от смущения, заливаясь краской.
— Знаю, глупо, — сквозь смех выдавливаю я. Но он не смеется. Его лицо серьезное, но уголки губ приподняты.
— Совсем не глупо, — отрицает он. — А почему о любви? — я прикусываю губу, чтобы остановить смех. Затем я смотрю на него. Ему совершенно не смешно, но интерес виден в его глазах. Красивых глазах.
— Потому что много прочитала, — отвечаю я. — И много романтики. Я всегда мечтала влюбиться, так, как в книгах. По-настоящему. Но, думаю, этого не будет. А вот придумать историю о любви легче, — на духу выдаю я и жадно вдыхаю воздух. Это мой секрет. А теперь это — совместный секрет. Наш секрет.
— А там будет счастливый конец? — интересуется он.
— Не думаю.
— Почему? — глаза у него округлились. Красивые глаза.
— Потому что в реальной жизни не бывает счастливых концов.
— Уверена?
— Ну, да, — с недоумием говорю я.
— Я думаю иначе, — выдает он, я распахиваю глаза.
— Правда? — переспрашиваю я.
— Да. Мне кажется, что конец — всегда счастливый. Когда ты умираешь, например, ты, наверно, начинаешь вспоминать только хорошие моменты, и тебе становится хорошо. Вот он — хороший конец, — я опять начинаю смеяться.
— По-твоему, смерть — хороший конец? — он подхватывает мой смех, и когда я его слышу, всё переворачивается. Такой мелодичный и мужественный, хотя нам только по двенадцать лет. Но все равно, он безумно красивый. Даже идеальный.
— Знаешь, бывают такие моменты, когда смерть — это единственный выход из ситуации, — умно отвечает он.
— Не думаю, что такое случится со мной, — говорю я. — Вместе с тобой мне ничего не страшно.
Он смотрит мне прямо в глаза и от этого взгляда по моей коже пробегают мурашки.
Это наш мир.
Наша Вселенная.
Это наш момент.
Время остановилось.
И только мы одни, здесь и сейчас.
Я просыпаюсь и ещё до сих пор чувствую этот сон. Мне давно не снились подобные сны, разве что, когда он только уехал. Я пыталась справиться с этим, но ничего не получилось.