Покрытый Льдом
Шрифт:
Полагаю, ты забыл о моём рейтинге в ФИФА. В любом случае, ничего не поделаешь. Я собираю свое барахло и готовлюсь вернуться домой. Я улетаю на следующий день после встречи с тобой. Что бы ни случилось, мне нужно вернуться и быть подальше отсюда. Если ребенок мой, то новости неизбежно разнесутся, и я ни за что не буду в городе, когда это произойдет.
ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ МОРГАН
Справедливо, приятель. Просто успокойся. Держу свой телефон рядом, если я
Я закрываю сообщения и ищу контакт моей мамы — мне нужно сообщить ей, что я планирую вернуться домой в межсезонье. К счастью, полгода назад я купил недвижимость в Коко — Бич, так что мне не нужно возвращаться жить к родителям. Предполагалось, что этот дом станет для нас с Эми вторым домом, куда мы сможем сбежать и провести время с моей семьей.
— Привет, милый, как у тебя дела? — из динамика доносится её звонкий голос.
После инцидента в декабре прошлого года в Нью — Йорке, когда Шнайдер повалил меня, в результате чего я получил сотрясение позвоночника и сломал челюсть и большую берцовую кость, я несколько дней пролежал в больнице. Конечно, я завёл его, сказав, что ребенок мой, а не его, но заранее продуманный удар фактически положил конец его карьере. Ему назначили дисквалификацию на двадцать пять игр, крупный штраф, и когда у него подошел к концу контракт с “Блейдс”, они не стали его продлевать. Теперь он свободный агент, и никто не хочет его брать.
В тот момент у меня не было другого выбора, кроме как сообщить моим родителям об измене Эми и её беременности.
— Я в порядке, — вру я. Мама и так уже переживает из — за меня; ей не нужно знать, что я буквально дрожу от напряжения. — Все тесты сделаны, так что теперь мы ждем.
Она тяжело вздыхает в трубку.
— Тебе нужно чем — то себя занять, особенно с тех пор, как Джон уехал ради помолвки.
— Да, он спросил её, и она ответила ‘да’.
— О, это фантастические новости! Этому мальчику давно было пора кого — нибудь найти.
У меня сводит живот. Я, может, и моложе его почти на четыре года, но в тридцать один год я, честно говоря, думал, что уже встретил ту единственную. Вместо этого у меня была череда неудачных отношений. Эми — первая, кто изменила мне, но я начинаю задаваться вопросом, где я ошибаюсь и что такого непривлекательного в Заке Эвансе. Я не любитель перепихонов. Я могу пересчитать по пальцам одной руки количество женщин, с которыми я спал, которые не были моей девушкой.
— Да, я тоже, мам, — мой тон такой же сдавленный, как и мои опущенные плечи. Я редко позволяю жизни брать надо мной верх, но нельзя отрицать, что последние несколько месяцев довели меня до предела.
— О, милый, всё будет хорошо. Мы рядом, что бы ни случилось.
— Да, насчет этого. Я подумываю вернуться домой в межсезонье. Мне нужно привести в порядок пляжный домик и поработать над ним. Подумал, что это может дать мне передышку, в которой я нуждаюсь.
— Значит, ты его не продаешь?
Я задумчиво провожу ладонью по лицу.
— Нет, не продаю. Да, он был и для неё, но я люблю это место. Там тихо и уединенно. Я хочу приступить к работе над
— Ладно, если это то, чего ты хочешь. Только не напрягайся слишком сильно — тебе нужно быть добрее к себе после такого удара. Но боже! Я с нетерпением жду встречи с тобой. Будет здорово, если ты вернешься домой.
Я думаю о доме. Мама и папа живут всего в десяти минутах ходьбы от моего нового дома, да и большинство моих старых школьных друзей живут в районе Коко — Бич. С некоторыми из них я поддерживал связь на протяжении многих лет.
Это хороший план. Что бы ни случилось в ближайшие два дня, я, по крайней мере, смогу быть рядом с людьми, которым больше всего доверяю, в течение следующих двенадцати недель.
ГЛАВА 2
ЗАК
Деревянный пол в моей квартире почти полностью разрушился.
Я ходил по нему последние два дня. После того, как я закончил собирать вещи, чтобы вернуться домой, я провалился в кроличью нору в Интернете, отчаянно пытаясь понять, насколько велика вероятность того, что ребенок будет моим. Проблема в том, что я полагаюсь на очень ненадежную Эми. С этих надутых красных губ слетает больше лжи, чем правды. Единственное, что достойно выходит из всего этого бардака, — это то, что чары, которыми она меня околдовала, наконец — то развеялись, и я вижу её такой, какая она есть на самом деле.
Коварная стерва.
Предположительно, сегодня день результатов, и моя электронная почта автоматически обновляется. Меня так и подмывает позвонить в клинику и выяснить, почему они так долго не приходят. Сейчас только десять утра, но, серьезно, сколько времени может длиться это дерьмо?
Я останавливаюсь, когда слышу стук в дверь. Распахнув ее, я нахожу Джона по другую сторону. Приятно видеть его, и, боже, мне нужно отвлечься.
— Ты ужасно выглядишь. У тебя сломалась бритва?
Я провожу рукой по подбородку. Да, я позволил себе расслабиться.
— Слишком занят обновлением электронной почты, — я поворачиваюсь и иду в свою гостиную; моя квартира полностью открытой планировки, так что, по крайней мере, у меня было достаточно места, чтобы делать круги. — Почему ты не воспользовался своим ключом и почему ты здесь так рано?
Джон входит и закрывает за собой дверь.
— У меня нет их с собой, и Фелисити нужно было вернуться пораньше. У её босса тяжелое дело, и ему нужна лучшая команда. Клянусь, всё, что она делает, — это работает и учится в адвокатуре.
— Она целеустремленная, это точно, — отвечаю я.
— Определенно, и это чертовски горячо, — говорит он, проводя ладонью по губам.
Я поднимаю руку.
— Да, ладно, чувак, мне не нужны подробности о том, что заставляет твой член дергаться. Мы все знаем, что это больше, чем когда — либо, когда ты трахал всё, что движется.
Плечи Джона трясутся от беззвучного смеха. Если бы я сказал ему это в прошлом году, его реакция была бы совершенно другой. Его тревожные дни плейбоя остались далеко позади, и я чертовски горжусь тем, как далеко он продвинулся с помощью своей будущей жены.