Покоряясь тебе
Шрифт:
Я захлебывалась в чувстве унижения, но хуже всего казалось то, что я не могла избежать ненавистных вопросов своего инквизитора. Я, родившаяся в современном обществе, со всеми правами и свободой, вынуждена была сидеть здесь, прикованная цепью и отвечать на его ужасные вопросы.
Он хотел правды. Мне придется дать ее, если надеюсь поскорее покончить со всем этим.
— Да.
Не знаю, где у меня взялись силы произнести это короткое слово и при этом не отвести взгляда от его лица.
Мне показалось, что глаза Адама на миг угрожающе сверкнули, но маска полного самоконтроля тут же вернулась
— Кто лишил тебя девственности?
Это была медленная, пыточная смерть. Я согласна была на то, чтобы он рвал и метал, тряс меня, и даже стерпела бы пощечину. Но только не говорить с ним об этом.
Как много он захочет узнать?
— Рей Питерс, — после заминки все же ответила я. — Он был на два года старше меня и учился в выпускном классе, когда мы начали встречаться.
— Ты любила его?
Я передернула плечами, не зная, что ему на это ответить. После того прошло уже семь лет, и те давние чувства сейчас представлялись в другом свете.
— Тогда мне казалось, что да. Но теперь понимаю, что это было просто юношеское увлечение.
— Как это произошло?
Адам приложил пальцы к губам, внимательно наблюдая за мной. Ему, правда, хотелось знать каждую деталь из моей интимной жизни.
— Почему ты спрашиваешь? — нервно усмехнувшись, не выдержала я. — Зачем тебе знать о каждой личной подробности?
— Грейс, ты забываешь, что здесь я задаю вопросы, — вкрадчивым, предупреждающим тоном напомнил он. — Я спрашиваю — ты отвечаешь.
Я на мгновение прикрыла глаза, борясь с подступившими слезами.
Почему он мучает меня? Что заставляет его получать удовольствие от того, что испытывает меня?
Я чувствовала, что недолго смогу выдерживать все это. В итоге свернусь на полу в позу эмбриона и завою от безысходности.
— Это был день рожденье Рея, — сделав глубокий вдох, с усилием продолжила я. — У него дома была вечеринка по этому случаю, а когда гости разошлись, мы пошли в его комнату и сначала просто целовались. Потом… потом это случилось.
— Опиши это.
Чертова зажигалка вновь клацнула.
Он и в самом деле был конченым извращенцем.
Ладно, будут ему подробности.
Я поднялась с дивана и, стараясь сохранить достоинство — что не просто с постоянно звякающей цепью на ноге — пересела на низкий столик перед креслом, в котором восседал Адам. Расстояние между нами сократилось, и я могла чувствовать ненавязчивый запах его одеколона, который всегда заставлял мою голову кружиться и наталкивал на грешные мысли. Но сейчас былой реакции не было, чему я обрадовалась.
— Хочешь самых подробных деталей? — Я чуть поддалась вперед, призывая себя не робеть перед ним. — Хорошо. Мы очень долго целовались, лежа на его постели. Он был сверху, и его рука шарила у меня под блузкой. Гладила живот, грудь сквозь бюстгальтер, а потом он осмелел и запустил ее внутрь, играя с сосками. Я не противилась, потому что мне хотелось этого. Мне хотелось, чтобы его пальцы проникли в мои трусики, которые уже были мокрыми. Они часто становились влажными, когда мы целовались и ласкали друг друга. Мне было шестнадцать, и я знала о сексе только понаслышке. Реакция собственного тела порой сбивала с толку, между ног словно пылало и отчаянно хотелось прикосновений. —
Мы раздели друг друга, и он вновь накрыл меня своим телом, только на этот раз наша кожа была прижата друг к другу и я чувствовала его жар. Чувствовала, как его твердый член упирается в мое бедро. Он спустил с меня трусики и стал гладить пальцами между моих ног. Это был чистый восторг, потому что мое тело, наконец, получило желаемое. Я возбудилась еще сильней, когда он ввел в меня свои пальцы, действуя осторожно, потому что я все еще была девственницей, и он знал это.
Я была полностью готова, истекая в его руках, и хотела большего. Хотела, чтобы он заполнил меня собой, проник во всю свою длину. Он достал презерватив из тумбочки и раскатал его по своему внушительному размеру. Потом удобно устроился между моих широко разведенных бедер и стал медленно проникать внутрь моего тела. — По моим губам скользнула удовлетворенная улыбка: Адам диким зверем смотрел на меня. Долбаная зажигалка, наконец, была оставлена в покое.
Он ведь сам хотел всех деталей, пусть получает.
— Боль была чудовищной, но я терпела, пока он полностью не заполнил меня, сделав меня женщиной. Казалось, что внутри меня скребут когти животного, но постепенно, с каждым его движением, сквозь боль проступало нечто новое, еще неиспробованное, но определенно приятное. Что-то, что в итоге могло стать источником чистого удовольствия.
Я слегка откинулась назад, собираясь закончить свой поток откровения. Наэлектризованные волны, излучаемые телом Адама, достигали меня, вызывая во мне мелкую дрожь.
— Потом он кончил, и хоть я в тот раз так и не познала оргазма, мне было приятно, что ему было хорошо со мной. Что на какой-то момент мы стали одним целым. И предвидя твой вопрос, скажу, что мы трахались при любой удобной возможности, вплоть до его отъезда в колледж.
Я замолчала, чувствуя, как адреналин от брошенного ему вызова проходит, сменяясь ощущением полного опустошения. Я была выжата и выкручена.
Адам был взбешен, и это не скрывала даже его маска «Я контролирую все вокруг». Его серые глаза стали цвета грозового неба; на скулах проступили желваки. Я исполнила его желание, была полностью честна с ним, чем, скорее всего только усугубила свое положение. Но сейчас, в этот конкретный момент у меня был чертов дефицит эмоций. Я не чувствовал ничего. Мне было совершенно наплевать, как он отреагирует.
Отстраненно я обратила внимание, как он сжимает и разжимает кулаки, но внутри не было ничего, кроме сплошного равнодушия.
— Встань туда и сними свитер, — негромким, обманчиво-уравновешенным голосом велел мужчина, кивнул на пол возле столика.
Выдерживая его тяжелый взгляд, я поднялась и, не разрывая зрительного контакта, стянула с себя единственный предмет одежды, отбросив на диван. Мою кожу покалывало от его пронзительного, угрожающего взгляда, в котором читалось неприкрытое желание садиста.