Поиск Пути
Шрифт:
Я только усмехнулся.
– Саске!? Саске!
– Сакура уже склонилась над телом Учихи. По её щекам катились крокодиловы слёзы.
Я, как и Какаши направился к телу Учихи.
– Саске, не умирай, пожалуйста.
Какаши присел у тела глазастика, осмотрев его, он посмотрел на Сакуру.
– М-м-а-а-а. Сакура, не хочу тебя отвлекать, но Саске не умирает.
– Он указал на один из сенбонов.
– Он попал точно в одну из нервных точек. Саске просто спит.
Сакура замерла, смотря на наставника неверяще.
Какаши вытянул
Через несколько секунд Учиха открыл глаза и немного мутным взглядом, осмотрел нас.
– Я жив?
– Хм, кажется, мой удар был для него полной неожиданностью. Прости Учиха, но я не хотел, чтобы ты был свидетелем моего разговора с Хакурэ.
– Жив Саске, если бы кто-то разбирался в медицине, то не устраивал бы здесь потоп.
Я ехидно посмотрел на счастливую Сакуру, которая, улыбаясь, старалась вытереть слёзы.
– Как он меня достал?
– Учиха с подозрением посмотрел на меня.
– Не надо было отвлекаться. Не получил бы сенбон как украшение.
– Я потянул из его плеча одну из игл, которые украшали тело глазастика, как ёжика.
Он только поморщился, но ничего не сказал, что было весьма странным. Даже не дёрнулся.
– Что с Забузой и его учеником?
– Ученика убил Какаши, а Забуза убил Гато и его наёмников.
– Сакура тараторила, разрываясь между желанием обнять Саске и опаской услышать от него что-нибудь этакое.
Она смотрела с завистью, как я вытягиваю из его тушки сенбоны. Я специально делал это медленно, порой неловко шатая их в ране, отчего Учиха только шипел и бросал на меня злобные взгляды, но вопреки всему молчал.
Мне даже доставляло это удовольствие, издеваться над ним.
Сакура смотрела на меня и теребила подол своего платья.
– Наруто, осторожнее, ему же больно.
Я посмотрел на куноичи.
– Если можешь, сделай лучше.
– Я боюсь и не умею.
Я усмехнулся, кажется - это стало моей привычкой.
– А кто тебе не давал учиться, в команде всегда должен быть квалифицированный меднин.
– А у кого мне учиться?
Я встал, и показательно отряхнув руки, кивнул головой на оставшиеся иглы.
– Учись. Я ведь тоже не знаю, как его лечить. Просто мне понравилось смотреть как Учиха корчит рожи, когда я их вытаскиваю.
– Ты!
– Учиха посмотрел на меня злобно.
– А если бы это было опасно?
Я посмотрел на него удивлённо.
– В таком случае Какаши-сенсей занимался бы этим сам.
Теперь Учиха смотрел злобно и на Копирку.
Но не долго.
Он вскрикнул от неожиданности, когда Сакура вытащила из его тела очередной сенбон.
– Аккуратнее, Сакура. Это вообще-то больно.
Сакура потупилась, но я решил приободрить её.
– Ты не останавливайся, давай, а то в теле этого сноба слишком много железяк. А меня он теперь на бросок куная не подпустит к себе. Вон как глазами сверкает.
О себе решил напомнить Тадзуна.
– Может, домой вернёмся? Я за Цунами с Инари волнуюсь. Как они
Послышался новый вскрик Учихи. Я обернулся. Сакура стояла красная, сжимая в руке сенбон, а Учиха растирал свою пятую точку.
Ну Хакурэ, ну садистка, а ведь там нет никаких нервных узлов и танкецу.
Забуза сидел хмурый.
Уже на базе он обнаружил что тело Хаку растворилось как иллюзия. Но ведь он сам видел, как Какаши пробил её грудь?
Да и если это иллюзия, кто её наложил на нукенина и когда?
Какаши с Шаринганом, отпадает. Он и сам выглядел удивлённым
Учиха тоже. Слишком уж он молод, для такого уровня. Да и насколько знал Забуза, Шаринган срабатывает только при прямом контакте, глаза в глаза.
Как не странно, Хенге отпадает. Сквозь такую иллюзию Забуза мог смотреть не напрягаясь. Преобразование, но оно срабатывает только на неорганические предметы.
Единственным непонятным персонажем остаётся Кицуне, предупредивший Камору и этот демоненок. Кажется, Удзумаки?
В этот момент дверь в комнату открылась и послышись тихие шаги.
– Учитель?
Забуза дёрнулся как от удара.
Обернувшись, он ощутил как сердце отпускают тиски боли.
Жива!
– Учитель, простите, что я вас подвела.
Хаку стояла, потупив взгляд. Её кимоно выпирало в области груди и волосы были распущены.
В руках она теребила свой медицинский набор.
– Позвольте я вас перевяжу, а то вы сами плохо присматриваете за своими ранами.
Забуза без слов полуобернулся и протянул руку.
Хаку правильно поняла учителя и тут же оказалась рядом, аккуратно развязала тряпку, накрученную Забузой на локоть чтобы остановить кровь. Она аккуратно стала наносить мазь на рану.
Забуза наблюдал за её действиями, пытаясь подобрать слова.
– И как так случилось, что ты выжила после удара Копирующего. Хаку?
– Простите учитель, но Хаку умер на мосту, защищая вас. Моё имя Хакурэ.
– Мда? И с чего вдруг?
– Такова плата за вашу жизнь. Удзумаки Наруто сказал что даст мне шанс прожить жизнь заново. Вместо меня вас защитил его клон. Как он смог создать полную мою копию и при этом не распасться от смертельного ранения? Я не знаю. Я не могла понять, что за технику он применил, но я даже пошевелиться не могла, когда его клоны вынесли меня с моста.
– Значит это он, Кицуне.
– Забуза погрузился в свои мысли, обдумывая ситуацию.
И всё это провернул простой генин? Что-то мало верится. Такие техники подмены, клоны. Возможно за ним стоит кто-то более могущественный? Да и это чувство, при последнем столкновении. Удзумаки вёл себя как какой-то зверь, а его чарка воспринималась как концентрированный ужас. Когда он также бросился в атаку на этих смертников, Забуза впервые порадовался что этот генин не его противник. Сильный, жестокий и хладнокровный. Но и вполне человечный, не безумный убийца, упивающийся своей силой. Почти как сам Забуза.