Поиск Патриарха
Шрифт:
Он вздохнул и, положив на стол несколько купюр, достал мобильный телефон. И что она забыла на улице в такое время?.. В её возрасте да с её внешностью ходить ночью одной — значит искать все виды неприятностей на свою симпатичную головку. Пристальное внимание обладателей нечеловечески острых клыков, к примеру.
Поднявшийся со своего места Ларс держался в нескольких шагах позади девчонки, пока та шла к выходу. Немного неровная походка и чуть несобранные движения ясно показывали, что ей никак не больше семнадцати. Возраст как раз подходящий, чтобы забыть об осторожности и думать,
Дождавшись соединения, он бросил в трубку пару фраз, после чего оборвал вызов — и направился за уже успевшими покинуть ресторанчик Ларсом и его предполагаемым обедом. Висящая над баром плазменная панель теперь показывала чемпионат штата по бейсболу, что вызвало гораздо больший энтузиазм посетителей. Многие подтянулись поближе, на пути к выходу ему даже пришлось попросить одного из особо рьяных болельщиков уступить дорогу.
Распахнув дверь наружу, он полной грудью вдохнул прохладный ночной воздух. После полумрака ресторанчика свет уличных фонарей казался ярким, а фары пронесшегося мимо одинокого автомобиля почти ослепляли. Сверкающие витрины резали глаз неестественностью оттенков. Даже небо закрыла грязная пелена отражённого сияния.
Не боясь показаться старомодным, он не скрывал, что предпочитает живой огонь. Пусть недолговечные и сильно уступающие в удобстве порождениям современной технологии, но факелы, тысячелетиями освещавшие людские города, были настоящими, в них не чувствовалось фальши… Однако ещё в прошлом веке верх взяли прагматики, предпочитавшие цивилизацию природе и практичность красоте.
Что ж, это их выбор.
… Фигура Ларса виднелась в квартале впереди. Тёмные волосы девчонки развевались на ветру чуть дальше. Немногочисленные — улочка лежала в стороне от людных проспектов — прохожие вокруг спешили по своим делам, не тратя времени на то, чтобы оглядываться по сторонам.
Ларсу везло. Девчонка углублялась в переплетение узких проулков, служивших пристанищем мусорных контейнеров, крыс, бродяг и прочих отбросов общества. В такое время нормальный человек туда по собственной воле никогда бы не сунулся, каким бы ни было искушение срезать путь. Она об этом вряд ли задумывалась.
Поспешив за удалявшейся парочкой, он покачал головой. Молодость, молодость…
Девчонка свернула в подворотню, идущий за ней по пятам охотник нырнул следом, отстав всего на миг. Разворачивающаяся драма перешла в финальный акт, скоро огни в театре погаснут. Он ускорил шаг, прислушиваясь к происходящему за углом.
— … ну разве ты не красавица? — приятный тенор Ларса, переполняемый сейчас эмоциями, звучал словно музыка. — Мне очень повезло тебя встретить…
С таким голосом ему не было ни малейшей необходимости кого-то преследовать, с ним с радостью пошла бы любая, стоило только предложить. Никакое Очарование Блуждающего-в-Ночи не понадобилось бы.
Но Ларсу требовалось не это. Он не хотел простоты. Он хотел поиграть.
— Кто вы?.. — она даже испугаться не догадалась.
— Я —
… Остановившись в отдалении, он с интересом наблюдал за развитием событий. Ни девчонка, ни поглощённый ролью романтического героя Ларс его не замечали.
— Я вас не знаю… — она заметно смутилась, но не сделала и попытки отступить.
— Зато я знаю тебя. Мне кажется, я всегда знал тебя!..
Он едва слышно вздохнул. Ещё в детстве родители учат не играть с едой; но некоторые взрослые забывают о правилах приличия по первому капризу. Смотря на это со стороны можно подумать, что жизнь — не более чем комедия абсурда. Зрелище на любителя. Не то чтобы он осуждал Ларса, но нецелесообразность действий того почти утомляла.
… а камень на груди бился всё сильнее.
— Простите, мне, конечно, очень приятно это слышать, — в её тоненьком голосочке звенели нотки удовольствия — и ни тени страха, — но я должна идти…
— Конечно! Как ты захочешь!… Но прежде чем уйдёшь навсегда — подари мне поцелуй. Всего один поцелуй, на память о нашей встрече.
Ларс уже стоял вплотную к девчонке. Едва заметное движение — и та оказалась в его объятиях. Маленькие кулачки упёрлись в широкую мужскую грудь… но скорее от неожиданности, чем действительно отталкивая.
— Я… — обычному человеку очень трудно, почти невозможно сопротивляться Очарованию немёртвых. Странно, что она ещё старалась что-то сказать, а не замерла, полностью покорная воле Ларса.
— Ты не пожалеешь, — прошептал тот ей на ушко.
И обнажённые клыки нарочито медленно начали приближаться к тонкой белой шее. Ближе… Ещё ближе…
— Хватит.
Его голос вдребезги разбил тишину момента. Ларс резко обернулся, порождая взглядом «Глаза саламандры», — неспокойная жизнь свободников учила сначала бить, а потом смотреть кого. Два сгустка пламени, способные пробить насквозь пару городских кварталов, устремились к нему… и погасли, отброшенные взмахом руки.
Предупреждая ещё какие-нибудь необдуманные действия, он нанёс удар сам. Ларс с воплем выпустил девчонку — та обессилено опустилась на грязный асфальт, прижав руки ко рту, — и сжал ладонями голову, согнувшись пополам. Помедлив секунду, он, вполне удовлетворённый результатом, оборвал заклинание и подошёл ближе.
— Я думаю, молодой леди хватит приключений на одну ночь.
Ларс, пошатнувшись, выпрямился. Окинул его горящим ненавистью взором, собираясь что-то сказать… И замер.
И ненависть во взгляде свободника сменилась узнаванием.
Он остановился в двух шагах от лидера собора, глаза которого медленно загорались торжеством, и в сомнении наклонив голову к плечу. Неужели?..
— Вы — тот, кто я думаю?! — выпалил Ларс с искренним благоговением, которое ни с чем нельзя спутать.
Очень неожиданный и очень неприятный сюрприз. Скрывать свою личность дальше смысла не имело — интердикция уже расколота.
— Моё имя Лорен, — услышав это, Ларс вздрогнул. — Я удивлён, что ты догадался. Знает обо мне большинство Блуждающих-в-Ночи, а вот узнать при встрече смогли бы единицы.