Поход самоубийц

Попов Илья В.

Зеваки загудели. Птаха же с Ленсом принялись продираться сквозь возбужденных бюргеров, не слишком ускоряя шаг, дабы не выделяться. Не успели они добраться до выхода с площади, как в воздухе раздался пронзительный визг:

— Господин великий магистр!.. Господин великий магистр!..

К Рихтеру, сошедшему с помоста, попытался было подлететь какой-то юнец лет десяти, но дорогу ему преградил один из Карателей, уже занесший над головой кнут.

— Постой, Арми, — инквизитор послушно опустил руку, Рихтер же опустился на корточки перед мальцом: — Что случилось, дитя?

— Там… там… — начал было тот тот, еле-еле переводя

дыхание; грязные спутанные волосы его прилипли к вискам и лбу, лицо было серым от пыли, по щекам же расползись красные пятна.

— Попробуй успокоиться, — мягко сказал Рихтер, снял с пояса флягу и протянул ее мальчику: — Прошу, выпей воды и расскажи, что произошло.

Паренек трясущимися руками вынул пробку, послушно припал к горлышку, сделал несколько больших глотков, вытер губы и дрожащим голосом произнес:

— В таверне «Могила моряка» какие-то чудища напали на стражу! Одно — рогатое, косматое, размером с теленка! Другое — синее, огромное, больше тятьки моего, глазища огнем сверкают! Я как в окошко увидал, сразу побежал сюда, пока… пока…

— Ты поступил как истинный слуга божий, — остановил его Рихтер и похлопал по плечу. — Сможешь ли ты проводить нас до того места? — мальчонка кивнул. Рихтер же поднялся на ноги и обратился к своим людям; голос его стал по-прежнему властным, не терпящим возражений: — Кажется, мы нашли, что искали. Ни один из них не должен уйти — каждый, кто дрогнет или струсит будет лично отвечать перед Советом. За мной, во имя Троицы!

Последние слова великого магистра Птаха и Ленс едва расслышали, так как покинув площадь оба, не сговариваясь, пустились в бег, ловя недоуменные взгляды случайных прохожих.

* * *

Существо, вошедшее в зал, напоминало помесь человека, волка и быка. Ростом оно было не менее шести футов, хоть и казалось заметно ниже, так как сильно горбилось. Стояло создание на двух ногах, опираясь о пол длинными лапами, заканчивающимися кривыми когтями. Бугристые мышцы покрывала бурая мелкая шерсть, вытянутая пасть скалилась острыми клыками и была вдоль и поперек покрыта глубокими шрамами. Оглядев застывших в ужасе посетителей, лупящих на него глаза, создание подняло башку и издало громкий рев, от которого задрожали стены.

В тот же миг в «Могиле моряка» начался настоящий хаос. Люди рвались к выходу, расталкивая друг друга, на ходу переворачивая стулья с посудой и топча упавших; некоторые лезли в окна, другие принялись искать укрытие под скамьями, скуля от страха и лопоча молитвы всем известным им богам. Быстро оценив обстановку, стражники, не раздумывая, бросились к дверям, охаживая попавшихся им на пути горожан тяжелыми кулаками и дубинками.

Завидев бегство блюстителей закона, один из инквизиторов громко выругался и выхватил из-под плаща пистоль. Прыгнувший на святошу Морган вцепился ему в руку, не давая прицелиться, и через миг они уже оба кубарем покатились по грязному полу, обмениваясь ударами.

Церковник, сжимающий петлю на шее Спайка, чуть ослабил хватку, чем тот не преминул воспользоваться, со всего размаху засадив святоше локтем под ребра. Охнув, он выпустил цепь и согнулся вдвое. Спайк хуком в ухо уронил его с ног, а потом с наслаждением впечатал подошву сапога прямо ему в лицо, сломав нос и заставив зубы разлететься фонтаном желтоватых крошек.

Зверь — а это, без сомнения, был он; Спайк, конечно же, слышал о том, что чудик умеет обращаться

в чудовище, но лишь увидев его второе «я» воочию, понял, что вряд ли когда-нибудь еще захочет высмеивать внешний вид или привычки своего спутника — сиганул на оставшихся в живых инквизиторов, что взмахнули пред собой мечами. Тщетно — лезвия клинков ударили вскользь, оставив на шкуре Зверя едва различимые царапины, тогда как один святоша, распоротый от паха до шеи, рухнул на ближайший стол, второй же почти лишился башки, что теперь висела на тоненькой нити кожи.

Морган, оседлав-таки инквизитора, хорошенько приложил его головой о пол. Он затих — Морган же, кряхтя, поднялся на ноги, поднял упавшую шляпу, нацепил ее на затылок, огляделся и присвистнул:

— Одно из двух: после сегодняшнего нашего перфоманса это уютное заведеньице станет известным на весь город, либо его хозяин разорится и пойдет на паперть. Надо признать, господин Зверь, ваше появление было весьма кстати… Архан, а вот вы, похоже, пропустили все веселье…

В зал действительно ступил шрау, который выглядел как обычно невозмутимо. Интересно, а если ему ночью меж пальцев ног горящую бумагу засунуть, он хоть почешется? Впрочем, подобные опыты явно не того не стоили.

Взглянув на Спайка, Архан вдруг выкинул в его сторону руку. Спайк и моргнуть не успел, как в волоске от его уха просвистел нож и вонзился в спину инквизитора, что умудрился укрыться в общей суматохе за перевернутым столом и пытался выскользнуть наружу сквозь выломанное окно.

— …или нет, — продолжил Морган, наблюдая за тем, как Архан, упершись сапогом в плечо покойника, с хрустом выдирает из его позвоночника кинжал. — Как бы то ни было — кажется, нам пора покинуть сию гостеприимную харчевню, отыскать Ленса с Птахой и отчалить в Санарит, да поживее, пока за святыми воинам не явились их приятели.

— Думаете, Птаха и Ленс сумели отыскать наш корабль? — спросил Тео.

— Если нет — им же хуже, — буркнул Спайк, подобрал валяющийся неподалеку меч и взвесил его в руке. Баланс — дрянь, но сойдет. Его клинок, оставшийся в подвале, был немногим лучше, так что возвращаться за ним не имело ровно никакого смысла.

Столпившиеся снаружи зеваки при виде их пятерки — особенно Зверя, с чьей морды капала темная кровь, а глаза горели точно фонари — тут же бросились врассыпную. Воздух наполнился топотом нескольких десятков башмаков, стуком закрывающихся ставень, лязгами замков. Не прошло и нескольких мгновений, как улица опустела. Какое-то время все пятеро переминались с ноги на ногу — кроме разве что Зверя, что принюхивался к земле, подергивая остроконечными ушами — кидали взгляды по сторонам и друг на друга, покуда Морган, смущенно откашлявшись в кулак, задал всеобщий вопрос:

— Собственно говоря, господа, кто-нибудь вообще в курсе, где здесь порт?

Зверь вдруг замер, с шумом втянул ноздрями воздух, а потом издал тихий рык и рысцой направился вниз по улице. Остальным пришлось двинуться следом, искренне надеясь, что он ведет их в нужном направлении. Немного поплутав по кишкообразным проулкам Итеса, пугая своим нежданным появлением случайных бюргеров и бродячих кошек, обогнувши очередной угол они чуть нос к носу не врезались с двумя фигурами, несшимися им навстречу. Удар сердца — и все рассыпались в разные стороны, схватившись за оружие. Увидав, что пред ними не закованные в сплошные латы святоши, Спайк с облегчением выдохнул.