Поход Командора

Волков Алексей Алексеевич

Четыре – на всякий случай. Мэри стреляла прекрасно и была уверена, что обойдется двумя.

Да и как тут не попасть?

Только… подождать нападения или покончить с проблемой прямо сейчас? Сейчас даже лучше…

21

Калинин. Две вести

В отличие от знатной леди Аркадий проверил оружие гораздо раньше. Это был один из уроков Командора – оружие гораздо важнее еды и отдыха. Без еды человек в состоянии прожить месяц, если не больше. Без отдыха можно

протянуть несколько суток. Без оружия порою достаточно минуты, чтобы отправиться на тот свет.

Эту нехитрую мысль Кабанов вбивал в своих соотечественников столь старательно, что она превратилась в условный рефлекс.

Пусть Аркадий был уверен, что его пистолеты в порядке, но, оказавшись в комнате, он первым делом старательно проверил их, подсыпал на полки свежего пороха и, как несколько позже сделала Мэри, ввернул новые кремни. Все-таки дорога была дальней, а ветер приносил с моря вполне достаточно сырости.

Время от времени Калинин посматривал в окно: стоит ли в бухте бригантина под британским флагом.

Бригантина, разумеется, стояла. В такую погоду ни один корабль не сумеет выйти из гавани. Проход достаточно узкий, лишний порыв ветра – и выбросит на берег. Тут поневоле задержишься в порту, даже если палуба начинает припекать под ногами. Но альтернатива настолько ужасна, что, даже объявись сейчас в море фрегат под черным флагом с веселой кабаньей мордой, вряд ли Ягуар сделал бы попытку к бегству.

Не объявится. Родной фрегат стоит сейчас, зарывшись носом в песчаный берег, а по его корме бьют злобные волны.

Обидно. И вроде добыча взята знатная, и Ягуара почти догнали, а вот в последний момент внезапно сами оказались у разбитого корыта. И что теперь делать? Грызть локти да ждать, пока их всех не возьмут тепленькими?

Или, может, все-таки удастся подлатать корабль и пуститься на нем в дальнейшее плавание? Столько уже пережито и пройдено на «Вепре», что расставаться с ним жалко до слез. Корабль – как человек. У него своя судьба, свой характер и даже конец свой. Кто догнивает на корабельном кладбище, кто погибает в бою, а кто вот так, остается на чужом берегу до тех пор, пока его не разрушит море.

А «Сан-Изабелла» вон, качается на волнах. Сюда бы ребят да дождаться ночи… Раз флаг британский, то Ягуар там. Да и пленниц он не станет везти на сушу. Тогда делиться придется с союзниками, объяснять им, что, как да почему.

Нет, Калинин был твердо убежден: на это Ягуар не пойдет. Больно ухватистый парень. Такой в жизни не уступит того, что раз попало в его загребущие руки.

Аркадий думал немного задержаться, убедиться, что женщины остаются на корабле. Может, подобное жестоко по отношению к беременной Наташе, однако лучше уж ей немного потерпеть. До тех пор пока Аркадий не приведет сюда Командора.

Все в корне изменилось, когда Калинин узнал о стягивании войск

к месту крушения «Вепря». Выбора не осталось. Пока не поздно, надо предупредить Командора. Тем более что без корабля флибустьеры даже не сумеют отплыть. Отходить же пешком в чужую враждебную страну – явная гибель.

Оставалось улизнуть так, чтобы ни в ком не вызвать подозрений. Мало ли куда может отправиться благородный дон во второй половине дня? Погодка, конечно, шепчет. Хорошая собака хозяина в такую на улицу не выведет. Но на то и благородный, чтобы иметь свои причуды.

Аркадий нацепил перевязи с пистолетами, проверил, легко ли вынимается шпага, и лишь тогда шагнул из комнаты.

Со шпагами здесь ходили все, кому они полагались. Вернее, кому были разрешены. С пистолетами несколько сложнее. С другой стороны, он – герой-одиночка, сумевший вырваться из пиратских лап. В городе не исключают нашествия злых флибустьеров. Поэтому пистолеты вряд ли вызовут какие-то вопросы. Если бы он пулемет нес на плече, тогда дело другое. Да и то: откуда местным знать, что такое пулемет?

Аркаша напустил на себя самый беззаботный вид, на который только был способен, и спустился в зал.

– Хозяин! Как насчет обеда?

Трактирщик шевельнулся было, однако Калинин остановил его небрежным движением руки.

– Часика через два. Я сейчас совершу небольшую верховую прогулку, нагуляю аппетит, посещу костел и уж тогда со спокойной душой сяду за стол.

– Погода не очень, сеньор, – предупредил трактирщик.

Словно гость не знал об этом сам! В любое окно выгляни и увидишь, как колышутся деревья.

– Ерунда. Мой покойный отец заповедовал мне никогда не обращать внимания на погоду и закалять дух и волю.

– Достойный человек был ваш отец, – с чувством произнес сидевший неподалеку горожанин с большим брюхом и двойным подбородком. – Детей ни в коем случае нельзя баловать. Только тогда из них вырастают настоящие мужчины.

– Вот так, милейший хозяин… – Аркадий чуть склонил голову. – Чем отговаривать, лучше скажи: где мой негр? Я что, сам буду выполнять всю черновую работу?

На улице, стоя под пронизывающим ветром, Калинин громко приказал негру:

– Седлай коней! И запасных тоже. Заодно немного выгуляем их.

В трактире оставалась пятая лошадь вместе с вещами. Но уж пусть вещи лежат на месте, не привлекая ничьего внимания. Никому в голову не придет, будто можно оставить нечто драгоценное, не думая возвращаться за ним.

Пока Хуан, так звали негра, стал седлать, Калинин снова прошел в зал. Вдруг кто рассказывает последние известия? А он пропустил их по недомыслию и лени.

Но нет, ничего такого вроде не говорили. Разве что пару раз произнесли, что теперь, мол, мы покажем всем пиратам. Отступать флибустьерам некуда, сполна рассчитаемся с ними за Картахену и разгром флота у Пор-де-Пэ.