Похитители Историй
Шрифт:
Это судьба. Рок. Предназначение. Он был избран, чтобы спасти Магистра — величайшего волшебника всех времён.
Теперь Оуэну оставалось только уговорить Бетани взять его с собой.
Глава 4
Бетани стояла у раздвижных дверей библиотеки, глядя на Оуэна за стойкой регистрации. На самом деле он ничего не делал, просто смотрел в пространство, как всегда делал на уроках. Грезил наяву.
Когда она в последний раз мечтала? Бетани на самом деле не
Конечно, для этого приходилось тайком проносить книгу к себе домой, чтобы не заметила мама, которая категорически запрещала прыгать в любую книгу.
Именно поэтому приходилось всё время скрывать это от неё, выжидая удобного момента, чтобы всерьёз начать действовать. Момента, когда она точно не заметит отсутствие дочери.
Бетани вздохнула, прижимаясь лицом к окну библиотеки. Возможно, фантазировать было бы лучше.
Плохая была идея — рассказать Оуэну о… обо всём. Как она это делает, но что ещё хуже, зачем. Но избежать встречи с ним не было никакой возможности, особенно потому, что он работал в библиотеке.
Не имея денег, библиотека оставалась единственным местом, где можно было раздобыть больше книг. А без новых книг она никогда не сможет найти то, что ищет.
Бетани снова вздохнула. Либо она перестанет таскать книги тайком и прекратит поиски, либо ослушается свою мать и будет чувствовать себя ужасно. По крайней мере, чувство ужаса в конце концов пройдёт.
Обязательно пройдёт, ведь так?
Всё это глупость. Она просто расскажет Оуэну достаточно, чтобы удовлетворить его любопытство. А затем подкупит его, чтобы он оставил её в покое.
Она сунула руку в карман, чтобы убедиться, что Вечная конфета, которую она взяла с фабрики Вилли Вонки, всё ещё там. Конфета, которая никогда не теряет свой вкус и не становится меньше, независимо от того, как долго ты её жуёшь? Это казалось хорошим компромиссом для того, чтобы держать рот на замке.
На мгновение она увидела, как Оуэн улыбнулся кому-то, проверяя их книги, и ей стало не по себе. Не так уж много людей выстраивалось в очередь, чтобы стать её другом, по крайней мере, с тех пор, как много лет назад она праздновала свой день рождения.
После вечеринки мама не выпускала её из дома без присмотра. Она даже забирала Бетани из школы следующие несколько лет.
И вот появился Оуэн, тот, с кем было бы интересно поговорить или даже отправиться исследовать книги. Но вместо этого она собиралась подкупить его, чтобы он держался от неё подальше. Отлично.
Ох! Почему она не могла просто вернуться в книгу прямо сейчас, избегая всего этого?
Глубоко вздохнув, Бетани шагнула через раздвижные стеклянные двери, взглянула на Оуэна и кивнула в сторону столов в глубине зала, за которые никто никогда не садился.
Мальчик
Не прошло и минуты, как Оуэн скользнул на сиденье напротив неё.
— Моя мама наблюдает за столом. Я сказал ей, что мы встречаемся, чтобы обсудить кое-какую домашнюю работу, — он ухмыльнулся. — Отзыв о книге. Понимаешь, потому что…
— Я понимаю, — перебила его Бетани. — Что такого? Просто ты обманываешь свою маму? Ничего особенного?
Чувство вины скрутило её живот, но она решила, что Оуэн заслужил такое обращение.
Оуэн откинулся на спинку стула и густо покраснел.
— Нет, я ей обычно не вру, но я ведь пообещал никому ничего не рассказывать, поэтому…
— Ладно, неважно, — сказала Бетани, махнув рукой, и пытаясь отвлечься от того, что он солгал ради неё. Ведь тогда выходило, что и она виновата в этом обмане. — Слушай. Я тебе кое-что принесла, — она сунула руку в карман и вытащила жевательную конфету.
Глаза Оуэна расширились, и он почти благоговейно взял конфету в руки.
— Это… это сделал сам Вонки? — прошептал он.
Вау.
— Ага. И теперь это всё твоё. Ты просто должен согласиться оставить меня в покое и никогда никому не рассказывать о том, что видел прошлым вечером.
Его глаза расширились ещё больше. Он поднял конфету, чтобы рассмотреть её повнимательнее. Затем вздохнул и протянул сладость девочке.
— Оставь её себе, — сказал он, качая головой. — Есть слишком много книг, которые я предпочёл бы посетить!
Бетани прищурила глаза и подтолкнула конфету обратно к нему.
— Я не предлагала выбор. Либо ты получаешь конфету и оставляешь меня в покое, либо не получаешь конфету и оставляешь меня в покое.
Оуэн взял конфету, но отложил её в сторону.
— Мы обсудим это через минуту. В первую очередь я хочу знать, как ты всё это делаешь.
Бетани огляделась, чтобы убедиться, что никто их не подслушивает.
— Мой… Мой отец. Он, хм, вымышленный. Ну, то есть, из книги.
Она с трудом сглотнула, зная, что сейчас произойдёт.
Оуэн бросил на девочку озадаченный взгляд.
— Прости, он… Кто?!
— Мой отец — вымышленный персонаж, — сказала Бетани, чувствуя нарастающий гнев. Она понимала, что это было не совсем справедливо. Ведь это не то же самое, что сказать Оуэну, что её отец был из Швеции или что-то в этом роде. Это было не то, с чем большинство людей сталкивалось ежедневно. Поэтому, возможно, следует простить ему такую реакцию.
Зачем вообще нужно было говорить об этом Оуэну? Какое это имело отношение к нему?
— Что?! — повторил Оуэн, всё ещё сбитый с толку.