Похитители Историй

Райли Джеймс

Магистр кивнул.

— Я понял, что необходимо узнать о твоей силе как можно больше. Я не был уверен, на что ты способна. Как я уже сказал, твоя сила казалась странной, чуждой. В некотором смысле нереальной.

Девочка с трудом сглотнула.

— Вы понятия не имеете.

Магистр приподнял бровь.

— Вообще-то, имею.

Подтекст этого заявления заставил сердце Бетани подпрыгнуть.

— Вы… знаете?

— Да. Но, возможно, нам следует обсудить, где мы находимся, — он обвёл рукой библиотеку. — То, что ты видишь перед собой, — это дом человека по имени Джонатан Портерхаус, — маг замолчал, очевидно,

решив, что Бетани должна узнать это имя. На самом деле, оно действительно показалось знакомым. Где же она слышала его раньше?

И тут её осенило. Не слышала, а видела. Перед ней возник образ обложки книги, и на мгновение её сердце полностью остановилось.

— Ох, — простонала она, опускаясь обратно в кресло. — Ох, нет.

Магистр молча кивнул.

— НЕТ, НЕТ, НЕТ! — закричала Бетани, вскакивая на ноги. — Вам нужно немедленно вернуться! Пожалуйста! Где книга? Я сама отведу вас обратно. Дайте мне руку! Вы не можете быть здесь, это очень-очень плохо!

— Присядь, будь добра, — сказал Магистр, указывая на кресло.

— Нет, я не могу! — закричала она. — Вы даже не представляете, как это ужасно! Это невозможно, этого не может быть! НЕТ. Вы вернётесь, верно… — И тут она замолчала, потому что до неё дошло кое-что ужасное. — Где он? Где Джонатан Портерхаус?

Магистр просто смотрел на неё, пока она не села обратно. Наконец он заговорил.

— Оуэн сказал мне, что твой отец родом из моего мира. Это правда?

Неужели Оуэн всё выдал? И кстати говоря, где же он?

— Что вы сделали с Оуэном? — спросила Бетани, чувствуя подступающую тошноту.

— Он ждёт моего возвращения вне времени точно так же, как и доктор Верити, — ответил маг. — Он будет чувствовать себя совершенно комфортно, пока я не освобожу его. С ним не случится никакого вреда.

— На самом деле, я бы больше беспокоилась о вреде, который он может причинить, — сказала Бетани, но, по крайней мере, Оуэн был в безопасности. В безопасности, в несуществующей тюрьме, за пределами времени и пространства, откуда освободить его может только вымышленный персонаж. Так что, похоже, «в безопасности» было не лучшим словом, скорее «в ловушке».

— Как бы то ни было, ответь на мой вопрос, пожалуйста.

— Мы не будем это обсуждать, — сказала Бетани, качая головой. — Что бы вы не узнали, этого и так слишком много. Просто позвольте мне вернуть вас обратно. Для вас так будет намного лучше. Я нашла заклятие забвения в вашей книге заклинаний. Я могу использовать его на вас. И всё из этого больше никогда не будет иметь значения. Вы освободите Оуэна, и мы все вернёмся к нашим жизням!

— Это правда? О твоём отце? — повторил Магистр.

— И правда, и нет, ясно? Он… он из мира, похожего на ваш, но не из вашего. И, кроме того, я знаю ненамного больше, чем вы.

Магистр кивнул:

— Как это происходит? Как эти писатели в этом мире описывают истории миров, подобных моему?

— Они используют такие штуки, называемые компьютерами, — сказала Бетани, пытаясь взять себя в руки. — Я знаю, вы не разбираетесь в науке, но…

— ЭТО НЕ ТО, ЧТО Я ХОЧУ ЗНАТЬ! — взревел Магистр. Свет в комнате начал тускнеть по мере того, как рос его гнев. Однако он, казалось, взял себя в руки, так как мгновение спустя всё вернулось в нормальное русло. Его голос снова стал размеренным, когда он продолжил. — Я хочу знать, откуда они узнают то,

что пишут. Может ли этот человек заглянуть в мой мир?

Бетани уставилась на него.

— Честно говоря, я не знаю, — произнесла она тихим голосом.

Взгляд Магистра стал жёстким.

— Потому что, если он не может заглянуть в мой мир, а вместо этого мой мир каким-то образом возникает у него в голове, это означало бы, что вся моя жизнь, а также жизни всех, кто мне дорог, были ложью. Выдумкой. Вымыслом.

Бетани снова с трудом сглотнула, но ничего не сказала.

— Я могу вспомнить события тысячелетней давности, Бетани, — сказал Магистр. — Я помню своё детство, когда первые маги построили великие города Магистерии. Я помню, как впервые встретил Сильвию, любовь всей моей жизни. Я помню столетия за столетиями изучения магии. И моих детей. Я наблюдал, как они растут, стареют и заводят собственных детей. Я помню школу, в которой я когда-то преподавал, до того, как квантерианцы разрушили её и ввели на моей планете военное положение, запретив любую магию. Я помню тех, кого сумасшедший доктор заключил в тюрьму только за то, что они жили так, как хотели, используя магию, — он наклонился вперёд. — Моя сила поддерживала во мне жизнь всё это время, в то время как другие, дорогие друзья и близкие, уходили из жизни. Это произошло потому, что я знал, что у меня есть цель, причина продолжать жить, несмотря ни на что. Так что ты можешь представить, каково было бы, если бы на самом деле всё моё существование сводилось не более чем к шести приключенческим книгам для детей.

— Семи, через неделю или около того, — сказала Бетани, её голос был едва слышен.

— Если ты не ответишь на мой вопрос, то не оставишь мне иного выбора, кроме как выяснить правду другим способом, — произнёс Магистр опасно низким голосом. — Я уже использовал заклинание «Туман истины» на твоём друге и ещё не имел возможности изучить его повторно. Но есть и другие методы.

— Я… я действительно не знаю! — вскрикнула Бетани. — Клянусь, не знаю! Некоторые авторы говорят, что слышат голоса своих персонажей у себя в голове, будто они разговаривают с ними…

— Их персонажей? — медленно проговорил Магистр.

— Людей, о которых они пишут, вот и всё, что я имела в виду! И если это правда, то они не могли же просто выдумать их, вы же не можете просто слышать голоса. Конечно, некоторые люди слышат их, но у них есть психические заболевания, а у авторов, скорее всего, таких психических заболеваний нет. Я имею в виду, они могли бы слышать, но…

— Я вижу, что нам придётся пойти другим путём, — сказал Магистр. — Пойдём.

Он встал и махнул рукой. Невидимые руки выдернули Бетани из кресла и понесли следом за магом, который направился к двойным дверям.

Снаружи библиотеки было что-то вроде просторного вестибюля с мраморными полами и белоснежными колоннами. Посреди прихожей, прямо перед большой лестницей, стояли два человека. Один из них был помоложе, в каком-то чёрном плаще, с двумя волшебными палочками в чём-то похожем на кобуры на поясе. Другой — мужчина средних лет, в джинсах и свитере, с глазами полными ужаса, так как верёвки, словно змеи обвивались и извивались вокруг рук и ног, удерживая его на месте.

— Девочка помогла не так сильно, как я надеялся, — сказал Магистр. — Так что придётся попробовать другой способ узнать правду.