Похитители Историй
Шрифт:
Или, что ещё хуже, он этого не сделал, потому что он… он…?
Заклинание, которое действует только один раз. Она сможет найти своего отца. Она СМОЖЕТ найти своего ОТЦА!
Нет. Она не может.
Кто-то повернул за угол и бросил на неё обеспокоенный взгляд. Бетани поняла, что вспотела, что её ноги всё ещё дрожат. Она выдавила из себя улыбку, затем быстро прошла в детскую секцию и рухнула на стул.
Книги помогали. Пребывание рядом со всеми этими историями каким-то образом позволило ей снова вздохнуть свободно. Они ничего от неё не хотели,
Когда её ноги перестали дрожать, девочка вытерла лоб рукавом, затем встала и прошлась вдоль полок, прикасаясь к случайным книгам то тут, то там. Нужно найти что-то, что отвлечёт её. Какой-нибудь удивительный мир, которому было наплевать на отцов, матерей или Оуэнов. «Остров голубых дельфинов?» Красивый, но слишком опасный с собаками, дьявольской рыбой и всем прочим. «Трещина во времени?» Слишком много квантовой теории для такого вечера, как этот.
— Могу я чем-то тебе помочь? — спросила женщина у неё за спиной. Бетани оглянулась и увидела маму Оуэна, приветливо смотрящую на неё.
Бетани быстро отвернулась, покачав головой.
— О, нет, спасибо. Я в порядке.
— Я могу что-нибудь посоветовать, если хочешь, — проговорила библиотекарша, стоя рядом с Бетани. — Какие книги тебе нравятся?
— На самом деле я не очень люблю читать, — тихо сказала Бетани, стараясь не смотреть на женщину.
— О, я постоянно вижу тебя здесь, — сказала мама Оуэна, пробегая руками по книгам, словно что-то искала. — Не волнуйся. Возможно, ты просто ещё не нашла свою любимую книгу. Честно говоря, я сомневаюсь, что кому-то это удалось. Как только тебе начинает казаться, что вот она самая любимая, как появляется что-то ещё лучше. Это первое правило, которому меня научили в школе библиотекарей.
— Вы ходили в школу библиотекарей? — помимо воли поинтересовалась Бетани.
— Ты можешь проверить меня по десятичной системе Дьюи, если хочешь. Или спроси, под каким номером идут викторианские биографии. Я бросаю тебе вызов.
Бетани улыбнулась, но тут же вспомнила, что случилось.
— Я в порядке. Я просто хотела… вот эту книгу, — она схватила что-то наугад с полки и попыталась сбежать, но мать Оуэна встала перед ней.
— «Наполовину в сказке»? Однажды я встречалась с автором этой истории. Он неправильно написал своё имя в моей книге, когда подписывал её. Странный. На твоём месте я бы взяла… Вот, как насчёт этой? Одна из моих любимых.
— Я думала, у Вас нет любимчиков? — спросила Бетани.
— Нет, второе правило, которому нас учили в школе библиотекарей, заключается в том, что у тебя может быть столько любимых книг, сколько пожелаешь, — сказала она, сдерживая улыбку. — Хочешь узнать, в чём заключается третье правило?
— Что не существует никаких правил?
Библиотекарь рассмеялась:
— Вообще-то, это четвёртое правило. Третье заключается в том, что если ты хочешь найти новую любимую книгу, обратись к библиотекарю. Они всегда знают. — Она протянула Бетани экземпляр книги под названием
Бетани кивнула, сдаваясь, затем последовала за матерью Оуэна к стойке регистратуры и оформила книгу. Она повернулась, чтобы уйти, но остановилась.
— Эм, спасибо. За книгу. Это было любезно с Вашей стороны.
— Дай мне знать, если она тебе понравится, — сказала женщина. — И в следующий раз, возможно, ты сможешь порекомендовать что-нибудь мне.
Бетани улыбнулась и помахав на прощание, вышла из библиотеки, прижимая к себе новую книгу. Она совершенно не думала о том, что делает. Не обратила внимания, что ей потребовалось больше времени, чем обычно, чтобы добраться домой из библиотеки. Даже не поняла, каким образом снова оказалась около дома Оуэна.
Ох. Что она делает? Она ничем ему не обязана. На самом деле это он должен извиниться перед ней.
Но что он на самом деле сделал не так?
Он сказал персонажу в книге, что…
Ладно, это случилось. И это было грандиозно, да. Но это не появилось в книге, и возможно, никогда не появится. В конце концов, тот маг должен был умереть, верно? Так что, возможно, у него даже не будет шанса рассказать кому-нибудь о том, что произошло. Она могла бы вернуться в книгу через несколько дней, до выхода последней книги «Киль Гноменфут», чтобы просто убедиться, что ничего не изменилось.
Жаль, что она не изучила заклинание стирания памяти или чего-то в этом роде. Насколько бы это всё упростило.
А пока она могла бы зайти и ещё раз выслушать извинения Оуэна. Это было не самое худшее, что можно пережить, по крайней мере, в течение нескольких минут. Лучше покончить со всем этим сейчас, чем терпеть, как он бросает на неё виноватые взгляды в школе или где-то ещё. Если ему вообще будет не всё равно.
Кроме того, мама Оуэна оказалась не такой уж плохой, так что, возможно, и Оуэн где-то глубоко внутри не так уж ужасен.
Бетани постучала во входную дверь и подождала несколько секунд. Затем постучала снова. Никакого ответа. Может быть, он не слышал её, находясь наверху, в своей комнате? Может, он слушает депрессивную музыку, думая о том, как печально, что он предал её. Такое ведь возможно?
Девочка подёргала дверь, и та оказалась не заперта. Тогда она толкнула её и вошла внутрь. Она была почти уверена, что это не является взломом и проникновением, если просто возвращаешься туда, откуда недавно ушёл.
Свет не включали с тех пор, как она покинула дом, так что похоже, Оуэн даже не выходил из своей комнаты. Это заставило Бетани почувствовать себя ещё более уверенной в том, что она позволит ему снова извиниться. Очевидно, он был расстроен. Так расстроен, что даже не смог спуститься вниз.
Если только он не играл в видеоигры в своей комнате или что-то в этом роде.
Нет, он должен быть расстроен. Невозможно сделать что-то вроде того, что сделал он, и не чувствовать себя после этого ужасно. Никто не может быть настолько бессердечным.