Похититель жизней
Шрифт:
— Это для меня? — прозвучал за его спиной голос Торета.
Развернувшись вместе со своей добычей к лестнице, Чейн увидел, что его бледный низкорослый хозяин стоит на нижней ступеньке и его здоровый глаз неотрывно смотрит на девушку.
— Да… конечно, — с трудом ответил Чейн.
Ему отчаянно не хотелось отдавать Торету такое «лакомое блюдо». Хотя девушка и была невелика ростом, в ней бурлили жизненные силы, подкрепленные желанием выжить. Отдать ее Торету было все равно что налить редкостное вино пьянице, который истосковался по глотку дешевого пива.
Чейн держал извивающуюся девушку
Торет жадно обхватил ее обеими руками и так стремительно вгрызся в ее горло, что Чейн невольно разжал пальцы, которыми сжимал сзади шею девушки. Без особой охоты он выпустил ее руку и отступил, едва удержавшись от того, чтобы презрительно фыркнуть.
Такой деликатес… И кому же он достался? Крысенышу!
Наверху оглушительно хлопнула дверь, и по лестнице затопали вниз решительные шаги. Минуту спустя на площадке лестницы, спускавшейся в вестибюль, появилась Сапфира. Ее локоны, всегда так тщательно уложенные, растрепались, круглое лицо исказилось от бешенства. Если это очередная истерика, то на сей раз она превзошла себя.
— И не смей меня избегать, недомерок ты крысиный! — во все горло завопила она. — Никуда я отсюда не поеду, ясно тебе? Никуда!
Торет отшвырнул от себя мертвую девушку и распахнул тунику. Зияющая рана в его груди затягивалась на глазах. Поврежденное веко раскрылось, и в глазнице обнаружился новый, хотя и мутноватый глаз. Торет повернулся к лестнице.
— Заткнись, — приказал он Сапфире. — Иди собирать вещи. Быстро!
Сапфира захлопнула рот, передернулась, мимолетно схватившись за голову, точно ее вдруг настиг острый приступ мигрени. Потом повернулась и неверным шагом, молча направилась к себе.
— Собирать вещи? — переспросил Чейн.
— Мы уезжаем.
— Из этого дома?
— Нет, из этого города. Мы поедем домой, в мои родные края. Подкупим контрабандистов, чтоб они завтра вечером вывезли нас из доков, и отплывем на юг, в Суманскую империю. Давно я не был дома… слишком давно. — Торет помолчал. — Если мы останемся, дампир нас отыщет. Мы сможем уцелеть, только если покинем город. Тебе понравится пустыня, там чисто. — И Торет шагнул на лестницу, бросив на полу вестибюля мертвую шлюху. — Если вдруг заявится темноволосый человек с седыми висками, — продолжил он, — не впускай его в дом. — Он поднялся еще на одну ступеньку, но вдруг остановился и обернулся. — В таком большом городе дампир вряд ли сумеет отыскать нас до отъезда, но лучше уж не надеяться на счастливый случай. Нам надо пробыть в этом доме еще один день. На случай, если кто-то проберется в дом, поставь какую-нибудь ловушку, западню или что-то в этом роде. Что-нибудь простенькое, чтобы задержало дампира и подало нам сигнал об опасности.
Чейн, не изменившись в лице, послушно склонил голову:
— Чтобы предостеречь нас об опасности, довольно оставить на нижнем этаже Тихко и твоего волка, хозяин, а уж способ задержать дампира я придумаю.
— Только никаких там проволочек или пружинок, — предупредил Торет. — Такую ловушку, я думаю, полукровка способен за милю разглядеть.
— Да, хозяин, — ответил Чейн. Вот тебе и «что-нибудь простенькое»!..
Такой поворот событий был ему совершенно не по душе. Если Торет воплотит в жизнь свой новый замысел, все они завтрашним вечером отправятся в Суманскую империю, будут жить среди верблюдов, кочевников и еще бог весть какого отребья. Пройдут годы, а то и десятилетия, прежде чем Чейну снова подвернется такой удобный случай избавиться от рабства. Надо что-нибудь придумать… Но что?
Хотя Вельстил никогда прежде не бывал в миссии Хранителей, он несколько раз встречался с ними, навещая в городском совете Ланджова. Пожилой домин Тилсвит время от времени появлялся там, стремясь подвигнуть советника на предоставление миссии более подходящего помещения. Сейчас, впервые увидев старые казармы, Вельстил понял, почему домин проявлял такую настойчивость. В одном старом, хотя и крепком, здании нелегко разместить со всеми удобствами и библиотеку с архивом, и жилые помещения для дюжины Хранителей.
Вельстил постучал у входа, и вскоре из-за двери отозвался женский голос:
— Кто там?
— Меня зовут Вельстил Массинг. Полагаю, что кое-кому в вашей миссии известно мое имя. Я время от времени помогаю советнику Ланджову в некоторых деликатных делах.
Дверь приотворилась, и из-за нее выглянула девушка в сером одеянии Хранителей, с длинной каштановой косой.
— Вас ведь зовут Винн, верно? — спросил Вельстил. — Помните меня? Мы как-то раз встречались в здании городского совета.
— Да, я вас помню, но… сейчас уже так поздно. — Овальное лицо девушки осунулось от тревоги, и, говоря с Вельстилом, она украдкой поглядывала по сторонам, — У вас к нам какое-нибудь послание?
— Вовсе нет, — покачал он головой. — Просто я побеседовал с советником Ланджовом и решил предложить вам свою помощь. Я кое-что знаю о существах, за которыми сейчас охотится дампир, а вы, насколько я понял, с ней сотрудничаете.
Винн помедлила, размышляя, затем отступила от двери, чтобы пропустить Вельстила.
— Конечно, — сказала она, — входите. Извините, если я показалась вам чрезмерно осторожной, но у нас тут сегодня выдался такой бурный вечер…
Вельстил вошел и поблагодарил девушку изысканным поклоном.
Винн провела его в комнату, которая раньше была, судя по всему, сержантской. Теперь ее превратили в комнату для занятий и соответственно обставили.
— Вы давно виделись с дампиром? — спросил Вельстил. — Я надеюсь, что после пожара в трактире она и ее спутник нашли себе новое пристанище. Советник Ланджов за них так беспокоится…
— А разве он еще не знает? — удивилась Винн. — Ах, ну да… Я хотела ему сообщить, но забыла — у нас сегодня было столько происшествий! Я думала, что домин Тилсвит обо всем известил советника, но если нет — скажите ему, что беспокоиться не о чем. Магьер и Лисил сейчас живут у нас.
Вельстил на миг остолбенел.
— У вас? — переспросил он. — И… Магьер сейчас здесь?
— Да, — кивнула Винн, — а вы хотели бы с ней увидеться? Наверное, она и Лисил в кухне, возятся с Мальцом. Он вполне здоров, но недавно получил несколько ожогов.