Похититель слов

Ветрова Василиса

— Ну вот, значит, понимаешь, как это работает, — иномирец улыбнулся. — Не переживай, твои запросы были совершенными крохами по сравнению с их аппетитами. Потому тебя и не заметили стражи.

— Да, у меня ещё вопрос. Ты говорил, что стражи хранят равновесие. Этот кинулся на меня, а груши даже не подумал поставить на место!

— Хранят, но где-то по своему, — пожал плечами парень. — Ваши стражи, они забыли себя и теперь на стороне, хм, «груш», их прикормили той же энергией из системы.

— И здесь капитализм! —

ругнулся Пётр Леонидович, чем вызвал улыбку на лице иномирца. — Им можно воровать в особо крупных размерах, нам — нельзя! И закон на их стороне. Эх, устроить бы им революцию!

— Что внутри, то и снаружи, — пожал плечами иномирец. — Есть разные миры по уровню развития, и населяют их соответствующие существа. Вспомни, как сам поддался искушению и уподобился, "грушам". У тебя был такой же выбор, как и у них: умереть или, чтобы жить дальше, взять у других. Может, стоит попробовать понять их?

Пётр Леонидович смутился, мучаясь угрызениями совести, отвёл взгляд. Сам он, как большая жирная "груша"!

— Что же теперь делать? Оставить всё, как есть?

— Именно, — кивнул парень. — Оставить мир в покое. Принять решение только за себя. Всё, что проявлено, имеет право существовать, и «груши» тоже. Так во вселенной для каждого существа находится подходящее место. Перемены нужны не в существующем порядке, а в нас самих. Миры — это просто ступени для развития отдельного существа. Ты сначала и сам поддался искушению, а теперь готов сделать иной выбор. Или? — иномирец сделал паузу и оценивающе прищурился. — Ты можешь оставить всё, как есть. Тебя не обнаружат, если снова не приспичит зачерпнуть прямо из центрального потока кормушки.

— Ну уж нет! — фыркнул Пётр Леонидович. — Ты раскрыл мне глаза. Я больше не хочу уподобляться «грушам». Но и кормить их не стану! Помирать, так помирать! Как и решил тогда. Вернуться в Источник! Но тогда… в нашем мире ведь нет Источника? Куда я попаду после смерти, в брюхо к этим тварям?!

Пётра Леонидовича пробил озноб. Неужели вся его жизнь была нужна лишь для питания каких-то паразитов, и даже после смерти они переварят то, что от него останется?! Такой финал его ждёт?

— Что же тогда изменится от моего выбора?

Парень улыбнулся:

— Не волнуйся, я нашёл Источник в вашем мире. Каждый из нас — изначально бесконечный Источник энергии, и не надо ничего ни у кого воровать. Он внутри тебя, но чтобы раскрыться в таком качестве, нужно пройти трансформацию. Я много повидал в своих скитаниях и принёс это знание из других миров. Там я стал другим. С помощью этого знания победил стража. Он ушёл вспоминать свою истинную природу. Источник — это ещё и дверь внутрь себя. Я могу быть твоим проводником, если хочешь. И ты можешь попробовать измениться.

Пётр Леонидович задумался:

— Это ведь равносильно смерти, так?

— В какой-то

мере да. Ты ведь уже не будешь прежним. Но и смерть бывает разной, — ответил иномирец. — Редкий человек уходит через дверь в другие миры. В основном, вы остаётесь здесь, чтобы снова воплотиться.

— И снова становимся пищей для этих? — уточнил Пётр Леонидович. — Как батарейки, вернее аккумуляторы. Перезарядил и снова вперёд!

— Ну… вы развиваетесь и становитесь всё ближе к тому, чтобы обнаружить Источник внутри себя. Пойти дальше. И в какой-то момент, прокрутив много перерождений, уходите. Этот мир, как ступень, перешагнув её, можно идти в другие. И так до бесконечности.

— А вернуться можно? — уточнил Пётр Леонидович.

— Вернуться? А зачем? — удивился парень и тут же улыбнулся. — А, и правда. Я-то вернулся. Прошла почти вечность, сотни миров за спиной, и почувствовал, что ты, мой первый ученик, в опасности. И вот — я здесь. И не думал, что оставил такой сильный якорь.

— А здесь прошло всего ничего времени…

— Время лишь условность, течёт, как ему вздумается, — улыбнулся иномирец и пригубил чаю.

Пётр Леонидович последовал его примеру, а в голове, обгоняя одна другую, полетели мысли.

«Якорь, чтобы вернуться. Наш мир — всего лишь какая-то там ступень. Жрать людей, значит, им можно. И это мы должны вырасти, трансформироваться, чтобы уйти в Источник. А эти «груши» так и будут висеть? Ну уж нет! Надо их всех отправить в Источник, пусть работают над собой. А мы перейдём на следующую ступень, всем миром. Так то!»

— Я готов пойти в Источник, — решительно заявил Пётр Леонидович. — Выпускай свой светящийся шар, или как ты там это делаешь!

— Хорошо, но хочу предупредить тебя: все твои представления о мире, о людях и ожидания… они рассыпятся вдребезги. От тебя прежнего вообще может ничего не остаться. И этот мир, возможно, покажется тебе блеклой картонкой, ты не захочешь сюда возвращаться. — Парень улыбнулся, словно умел читать мысли.

— Понимаю, — кивнул Пётр Леонидович, — твой источник вроде как сингулярность — такое, что и представить трудно. Более того, мне самому предстоит этой сингулярностью стать. В сущности, а куда ещё идти, если весь привычный мир рушится к чертям? И не оставаться же нахлебником. Больше ни слова ни у кого не украду! Лучше пойду с тобой в неизвестность. Я так решил.

— Хорошо, — парень перестал улыбаться и отложил надкусанное печенье, внезапно потеряв к нему интерес. — Я открою для тебя дверь. Посмотрим, кем ты станешь.

И прежде, чем они вновь оказались среди пульсирующих коконов, прежде, чем всё заполнил яркий свет, Пётр Леонидович успел подумать о своём якоре, чтобы вернуться сюда, в этот мир. Об Ольге, которая ждёт в больничной палате…